393 цитаты Веры Полозковы для тех, кто любит думать

Подборка из 393 цитаты Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не ищите новых встреч со старой мечтой. О, это погоня за миражами.

   Не ищите новых встреч со старой мечтой. О, это погоня за миражами.
2. «

   Я вся бронзовая: и профилем, и плечом. Я разнеженная, раскормленная, тупая. Дай Бог только тебе не знать никогда, о чем Я тут думаю, засыпая.

   Я вся бронзовая: и профилем, и плечом. Я разнеженная, раскормленная, тупая. Дай Бог только тебе не знать никогда, о чем Я тут думаю, засыпая.
3. «

   И вот потом — отхлынуло, завершилось, Кожа приобретает былой оттенок - Знай: им ты проверяешь себя на вшивость. Жизнеспособность. Крепость сердечных стенок.

   И вот потом — отхлынуло, завершилось, Кожа приобретает былой оттенок - Знай: им ты проверяешь себя на вшивость. Жизнеспособность. Крепость сердечных стенок.
4. «

   Град, град! Вот он нас понимает: Плут, барабанщик и задира. Нам весело и очень сыро - Мы вымокли до самых маек. Лес опрокинут, перебужен, Машины воют оглушенно. А мы несем два капюшона Жемчужин.

   Град, град! Вот он нас понимает: Плут, барабанщик и задира. Нам весело и очень сыро - Мы вымокли до самых маек. Лес опрокинут, перебужен, Машины воют оглушенно. А мы несем два капюшона Жемчужин.
5. «

   ... Я знала, что будет, когда я тебя отыщу. Как знала и то, когда именно это случится. И мир рассмеется и бликами будет лучиться, И ты будешь дерзок, и я тебе это прощу,

   ... Я знала, что будет, когда я тебя отыщу. Как знала и то, когда именно это случится. И мир рассмеется и бликами будет лучиться, И ты будешь дерзок, и я тебе это прощу,
6. «

   Дело в том, что говорить «Люблю» при «люблю» — это огромная человеческая потребность и необходимость. Почти такая же, как есть и спать. И как Рената Литвинова говорила в незабвенном фильме «Богиня. Как я полюбила»: «хочется сказать «Я люблю тебя», но всё время некому». Это первое, что вообще с человеком происходит. Надо кого-нибудь полюбить. Не оказаться любимым, не почувствовать, что ты кому-то необходим, а самому обязательно и желательно по гроб. И каждый раз по гроб. В глубине души чувствовать при этом, что уже не любишь. Я думаю, любовь всегда одна, просто объекты меняются. Их время от времени нужно менять, что бы не приедались.

   Дело в том, что говорить «Люблю» при «люблю» — это огромная человеческая потребность и необходимость. Почти такая же, как есть и спать. И как Рената Литвинова говорила в незабвенном фильме «Богиня. Как я полюбила»: «хочется сказать «Я люблю тебя», но всё время некому». Это первое, что вообще с человеком происходит. Надо кого-нибудь полюбить. Не оказаться любимым, не почувствовать, что ты кому-то необходим, а самому обязательно и желательно по гроб. И каждый раз по гроб. В глубине души чувствовать при этом, что уже не любишь. Я думаю, любовь всегда одна, просто объекты меняются. Их время от времени нужно менять, что бы не приедались.
7. «

   Мы так устали, Что жди беды. Я не из стали, А из воды.

   Мы так устали, Что жди беды. Я не из стали, А из воды.
8. «

   Я бы не вернулась ни этим летом, Ни потом — мой город не нужен мне. Но он вбит по шляпку в меня — билетом, В чемодане красном, на самом дне.

   Я бы не вернулась ни этим летом, Ни потом — мой город не нужен мне. Но он вбит по шляпку в меня — билетом, В чемодане красном, на самом дне.
9. «

   Мир — это диск, как некогда Терри Пратчетт Верно подметил; в трещинах и пиратский.

   Мир — это диск, как некогда Терри Пратчетт Верно подметил; в трещинах и пиратский.
10. «

    Все слова переврутся сплошь, А тебе за них отвечать. Постарайся не множить ложь И учись молчать.

    Все слова переврутся сплошь, А тебе за них отвечать. Постарайся не множить ложь И учись молчать.
11. «

    Губы плавя в такой ухмылке, Что на зависть и королю, Он наколет на кончик вилки Мое трепетное «люблю».

    Губы плавя в такой ухмылке, Что на зависть и королю, Он наколет на кончик вилки Мое трепетное «люблю».
12. «

    Ну все уже: шепоток, белый шум, пустяк. Едва уловимый, тлеющий, невесомый. Звонка его ждешь не всем существом, а так Одной предательской хромосомой.

    Ну все уже: шепоток, белый шум, пустяк. Едва уловимый, тлеющий, невесомый. Звонка его ждешь не всем существом, а так Одной предательской хромосомой.
13. «

    Им казалось, что если все это кончится — то оставит на них какой-нибудь страшный след: западут глазницы, осипнет голос, деформируется скелет, им обоим в минуту станет по сорок лет. Если кто-то и выживает после такого — то он заика и инвалид. Но меняется только взгляд, ни малейших иных примет. Даже хочется, чтоб болело... ...но не болит.

    Им казалось, что если все это кончится — то оставит на них какой-нибудь страшный след: западут глазницы, осипнет голос, деформируется скелет, им обоим в минуту станет по сорок лет. Если кто-то и выживает после такого — то он заика и инвалид. Но меняется только взгляд, ни малейших иных примет. Даже хочется, чтоб болело... ...но не болит.
14. «

    Утро близится, тьма всё едче, Зябче; трещинка на губе. Хочется позвонить себе. И услышать, как в глупом скетче: — Как ты, детка? Так грустно, Боже! — Здравствуйте, я автоответчик. Перезвоните позже. ... Куда уж позже.

    Утро близится, тьма всё едче, Зябче; трещинка на губе. Хочется позвонить себе. И услышать, как в глупом скетче: — Как ты, детка? Так грустно, Боже! — Здравствуйте, я автоответчик. Перезвоните позже. ... Куда уж позже.
15. «

    Город носит в седой немытой башке гирлянды И гундит недовольно, как пожилая шлюха, Взгромоздившись на барный стул; и все шепчут: глянь ты! Мы идём к остановке утром, закутав глухо Лица в воротники, как сонные дуэлянты.

    Город носит в седой немытой башке гирлянды И гундит недовольно, как пожилая шлюха, Взгромоздившись на барный стул; и все шепчут: глянь ты! Мы идём к остановке утром, закутав глухо Лица в воротники, как сонные дуэлянты.
16. «

    Расскажи мне, как те, кому нечего сообщить, любят вечеринки, где много прессы Все эти актрисы Метрессы Праздные мудотрясы Жаловаться на стрессы, Решать вопросы, Наблюдать за тем, как твои кумиры обращаются в человеческую труху Расскажи мне как на духу Почему к красивым когда-то нам приросла презрительная гримаса? Почему мы куски бессонного злого мяся?

    Расскажи мне, как те, кому нечего сообщить, любят вечеринки, где много прессы Все эти актрисы Метрессы Праздные мудотрясы Жаловаться на стрессы, Решать вопросы, Наблюдать за тем, как твои кумиры обращаются в человеческую труху Расскажи мне как на духу Почему к красивым когда-то нам приросла презрительная гримаса? Почему мы куски бессонного злого мяся?
17. «

    И ты идешь трещинами от того, что человеку, который давно уже и прочно занимает постоянную комнату в твоей голове, так плохо сейчас, а ты ничем не можешь ему помочь.

    И ты идешь трещинами от того, что человеку, который давно уже и прочно занимает постоянную комнату в твоей голове, так плохо сейчас, а ты ничем не можешь ему помочь.
18. «

    Носи себя пустым, ходи и резонируй. записывай, где хорошо звучим.

    Носи себя пустым, ходи и резонируй. записывай, где хорошо звучим.
19. «

    Мальчики не должны длиться дольше месяца – а то ещё жить с ними, ждать, пока перебесятся, растить внутри их неточных клонов, рожать их в муках; печься об этих, потом о новых, потом о внуках. Да, это, пожалуй, правильно и естественно, разве только все ошибаются павильоном – какие внуки могут быть у героев плохого вестерна? Дайте просто служанку – сменить белье нам.

    Мальчики не должны длиться дольше месяца – а то ещё жить с ними, ждать, пока перебесятся, растить внутри их неточных клонов, рожать их в муках; печься об этих, потом о новых, потом о внуках. Да, это, пожалуй, правильно и естественно, разве только все ошибаются павильоном – какие внуки могут быть у героев плохого вестерна? Дайте просто служанку – сменить белье нам.
20. «

    Никто из нас не хорош, и никто не плох. Но цунами как ты всегда застают врасплох, А районы как я нищи и сейсмоопасны. Меня снова отстроят – к лету или скорей – А пока я сижу без окон и без дверей И над крышей, которой нет, безмятежно ясно. Мир как фишечка домино – та, где пусто-пусто. Бог сидит наверху, морскую жует капусту И совсем не дает мне отпуску или спуску, А в попутчики посылает плохих парней. И мы ходим в обнимку, бедные, как Демьян, Ты влюбленная до чертей, а он просто пьян, И бесстыжие, and so young, and so goddamn young, И, как водится, чем печальнее, тем верней.

    Никто из нас не хорош, и никто не плох. Но цунами как ты всегда застают врасплох, А районы как я нищи и сейсмоопасны. Меня снова отстроят – к лету или скорей – А пока я сижу без окон и без дверей И над крышей, которой нет, безмятежно ясно. Мир как фишечка домино – та, где пусто-пусто. Бог сидит наверху, морскую жует капусту И совсем не дает мне отпуску или спуску, А в попутчики посылает плохих парней. И мы ходим в обнимку, бедные, как Демьян, Ты влюбленная до чертей, а он просто пьян, И бесстыжие, and so young, and so goddamn young, И, как водится, чем печальнее, тем верней.