405 фраз Веры Полозковы, которые запоминаются

Подборка из 405 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   поздравляю, мой лучший жалко-что-только-друг, мы сумели бы выжить при ядерной зиме, равной силе четырехсот разлук, в кислоте, от которой белые волдыри; ужас только в том, что черти смыкают круг, что мне исполняется двадцать три, и какой глядит на меня снаружи- такой же сидит внутри. а в соревнованиях по тотальному одиночеству мы бы разделили с тобой гран-при..

   поздравляю, мой лучший жалко-что-только-друг, мы сумели бы выжить при ядерной зиме, равной силе четырехсот разлук, в кислоте, от которой белые волдыри; ужас только в том, что черти смыкают круг, что мне исполняется двадцать три, и какой глядит на меня снаружи- такой же сидит внутри. а в соревнованиях по тотальному одиночеству мы бы разделили с тобой гран-при..
2. «

   Предостереженья «ты плохо кончишь» — сплошь клоунада. Я умею жить что в торнадо, что без торнадо. Не насильственной смерти бояться надо, А насильственной жизни – оно страшнее.

   Предостереженья «ты плохо кончишь» — сплошь клоунада. Я умею жить что в торнадо, что без торнадо. Не насильственной смерти бояться надо, А насильственной жизни – оно страшнее.
3. «

   Столько Бога вокруг, что хочется три страницы, А не получается и абзаца..

   Столько Бога вокруг, что хочется три страницы, А не получается и абзаца..
4. «

   Никого не люблю — тех немногих только, На которых обречена.

   Никого не люблю — тех немногих только, На которых обречена.
5. «

   Не интересно быть в литературе проводником исключительно женских энергий и сил. На мой взгляд, это межгендерное пространство.

   Не интересно быть в литературе проводником исключительно женских энергий и сил. На мой взгляд, это межгендерное пространство.
6. «

   Жизнь – это творческий задачник: условья пишутся тобой. Подумаешь, что неудачник – и тут же проиграешь бой, сам вечно будешь виноватым в бревне, что на пути твоем; я в общем-то не верю в фатум – его мы сами создаем; как мыслишь – помните Декарта? – так и живешь; твой атлас – чист; судьба есть контурная карта – ты сам себе геодезист.

   Жизнь – это творческий задачник: условья пишутся тобой. Подумаешь, что неудачник – и тут же проиграешь бой, сам вечно будешь виноватым в бревне, что на пути твоем; я в общем-то не верю в фатум – его мы сами создаем; как мыслишь – помните Декарта? – так и живешь; твой атлас – чист; судьба есть контурная карта – ты сам себе геодезист.
7. «

   Что-то верно сломалось в мире, Боги перевели часы. Я живу у тебя в квартире И встаю на твои весы.

   Что-то верно сломалось в мире, Боги перевели часы. Я живу у тебя в квартире И встаю на твои весы.
8. «

   И хохотать про себя от злобы, В прихожей сидя до темноты. Со мной немыслимо повезло бы Кому-то, пахнущему, как ты.

   И хохотать про себя от злобы, В прихожей сидя до темноты. Со мной немыслимо повезло бы Кому-то, пахнущему, как ты.
9. «

   Теми губами, что душат сейчас бессчетную сигарету, ты умел ещё улыбаться и подпевать. Я же и так спустя полчаса уеду, а ты останешься мять запястья и допивать. Я же и так умею справляться с болью, хоть и приходится пореветь, к своему стыду. С кем ты воюешь, мальчик мой, не с собой ли. Не с собой ли самим, ныряющим в пустоту.

   Теми губами, что душат сейчас бессчетную сигарету, ты умел ещё улыбаться и подпевать. Я же и так спустя полчаса уеду, а ты останешься мять запястья и допивать. Я же и так умею справляться с болью, хоть и приходится пореветь, к своему стыду. С кем ты воюешь, мальчик мой, не с собой ли. Не с собой ли самим, ныряющим в пустоту.
10. «

    Он целует влажно, смеется южно, я шучу так плоско и так натужно, мне совсем, совсем ничего не нужно, кроме этого наглеца.

    Он целует влажно, смеется южно, я шучу так плоско и так натужно, мне совсем, совсем ничего не нужно, кроме этого наглеца.
11. «

    Как все дети, росшие без отцов, мы хотим игрушек и леденцов, одеваться празднично, чтоб рубцов и не замечали. Только нет на свете того пути, где нам вечно нет ещё двадцати, всего спросу — радовать и цвести, как всегда вначале...

    Как все дети, росшие без отцов, мы хотим игрушек и леденцов, одеваться празднично, чтоб рубцов и не замечали. Только нет на свете того пути, где нам вечно нет ещё двадцати, всего спросу — радовать и цвести, как всегда вначале...
12. «

    Если пить — то сейчас, если думать — то крайне редко, Избегая счастливых, мамы и темноты. Для чего мне все эти люди, детка, Если ни один всё равно не ты.

    Если пить — то сейчас, если думать — то крайне редко, Избегая счастливых, мамы и темноты. Для чего мне все эти люди, детка, Если ни один всё равно не ты.
13. «

    Он ничейный и всехний – эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует – безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие.

    Он ничейный и всехний – эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует – безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие.
14. «

    И вот потом — отхлынуло, завершилось, Кожа приобретает былой оттенок - Знай: им ты проверяешь себя на вшивость. Жизнеспособность. Крепость сердечных стенок.

    И вот потом — отхлынуло, завершилось, Кожа приобретает былой оттенок - Знай: им ты проверяешь себя на вшивость. Жизнеспособность. Крепость сердечных стенок.
15. «

    Как они одеты, мама! Как им все вещи великоваты! Самые скелеты у них тончайшей ручной работы. Терракотовые солдаты, мама, воинственные пустоты. Белокурые роботы, мама, голые мегаватты. Как заставишь себя любить настоящих, что ты!? Когда рядом такие вкусные суррогаты.

    Как они одеты, мама! Как им все вещи великоваты! Самые скелеты у них тончайшей ручной работы. Терракотовые солдаты, мама, воинственные пустоты. Белокурые роботы, мама, голые мегаватты. Как заставишь себя любить настоящих, что ты!? Когда рядом такие вкусные суррогаты.
16. «

    встречу — конечно, взвизгну да обниму. время подуспокоило нас обоих.

    встречу — конечно, взвизгну да обниму. время подуспокоило нас обоих.
17. «

    Может, рассказать им, как есть: «Так и так, дорогая Анечка, я одна — боевое подразделение по борьбе со вселенскою энтропией...»

    Может, рассказать им, как есть: «Так и так, дорогая Анечка, я одна — боевое подразделение по борьбе со вселенскою энтропией...»
18. «

    Полно, деточка, не ломай о него ногтей. Поживи для себя, поправься, разбогатей, А потом найди себе там кого-нибудь без затей, Чтоб варить ему щи и рожать от него детей, А как всё это вспомнишь – сплевывать и креститься.

    Полно, деточка, не ломай о него ногтей. Поживи для себя, поправься, разбогатей, А потом найди себе там кого-нибудь без затей, Чтоб варить ему щи и рожать от него детей, А как всё это вспомнишь – сплевывать и креститься.
19. «

    Катя вспоминает, как это тесно, смешно и дико, когда ты кем-то любим. Вот же время было, теперь, гляди-ка, ты одинока, как Белый Бим. Одинока так, что и выпить не с кем, уж ладно поговорить о будущем и былом. Одинока страшным, обидным, детским – отцовским гневом, пустым углом.

    Катя вспоминает, как это тесно, смешно и дико, когда ты кем-то любим. Вот же время было, теперь, гляди-ка, ты одинока, как Белый Бим. Одинока так, что и выпить не с кем, уж ладно поговорить о будущем и былом. Одинока страшным, обидным, детским – отцовским гневом, пустым углом.
20. «

    Всё бегаем, всё не ведаем, что мы ищем; Потянешься к тыщам – хватишь по голове. Свобода же в том, чтоб стать абсолютно нищим – Без преданной острой финки за голенищем, Двух граммов под днищем, Козыря в рукаве.

    Всё бегаем, всё не ведаем, что мы ищем; Потянешься к тыщам – хватишь по голове. Свобода же в том, чтоб стать абсолютно нищим – Без преданной острой финки за голенищем, Двух граммов под днищем, Козыря в рукаве.