27 цитат Вероники Тушновы, проверенных временем

Ниже 27 цитат Вероники Тушновы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И хорошо, что годы изменчивы, как река. Новые повороты, новые берега.

   И хорошо, что годы изменчивы, как река. Новые повороты, новые берега.
2. «

   Нам двоим посвящённая, очень краткая, очень долгая, не по-зимнему чёрная, ночь туманная, волглая, неспокойная, странная... Может, всё ещё сбудется? Мне — лукавить не стану все глаза твои чудятся, то молящие, жалкие, то весёлые, жаркие, счастливые, изумленные, рыжевато-зелёные. Переулки безлюдные, непробудные улицы... Мне — лукавить не буду — все слова твои чудятся, то несмелые, нежные, то тревожные, грешные, простые, печальные слова прощальные. Эхо слышу я древнее, что в полуночи будится, слышу крови биение... Может, всё-таки сбудется? Ну, а если не сбудется, разве сгинет, забудется тех мгновений течение, душ заблудших свечение?

   Нам двоим посвящённая, очень краткая, очень долгая, не по-зимнему чёрная, ночь туманная, волглая, неспокойная, странная... Может, всё ещё сбудется? Мне — лукавить не стану все глаза твои чудятся, то молящие, жалкие, то весёлые, жаркие, счастливые, изумленные, рыжевато-зелёные. Переулки безлюдные, непробудные улицы... Мне — лукавить не буду — все слова твои чудятся, то несмелые, нежные, то тревожные, грешные, простые, печальные слова прощальные. Эхо слышу я древнее, что в полуночи будится, слышу крови биение... Может, всё-таки сбудется? Ну, а если не сбудется, разве сгинет, забудется тех мгновений течение, душ заблудших свечение?
3. «

   Как часто лежу я без сна в темноте, и всё представляются мне та светлая речка и елочки те в далекой лесной стороне.

   Как часто лежу я без сна в темноте, и всё представляются мне та светлая речка и елочки те в далекой лесной стороне.
4. «

   Все чаще думается мне с тоскою, что впереди не так уж много дней. Я прежде не любила Подмосковья. Кого винить мне в бедности моей? А это все существовало. Было. Лес. Первый иней. Талая вода. Шел дождь. Шиповник цвел. Метель трубила. ... Я и тебя когда-то не любила. Где я была? Кто я была тогда?

   Все чаще думается мне с тоскою, что впереди не так уж много дней. Я прежде не любила Подмосковья. Кого винить мне в бедности моей? А это все существовало. Было. Лес. Первый иней. Талая вода. Шел дождь. Шиповник цвел. Метель трубила. ... Я и тебя когда-то не любила. Где я была? Кто я была тогда?
5. «

   Да, ты мой сон. Ты выдумка моя. Зачем же ты приходишь ежечасно, глядишь в глаза и мучаешь меня, как будто я над выдумкою властна?

   Да, ты мой сон. Ты выдумка моя. Зачем же ты приходишь ежечасно, глядишь в глаза и мучаешь меня, как будто я над выдумкою властна?
6. «

   Сердце не греется, дело не ладится, жизнь драгоценная попусту тратится.

   Сердце не греется, дело не ладится, жизнь драгоценная попусту тратится.
7. «

   И только ночью боль порой разбудит, как в сердце — нож... Подушку закушу и плачу, плачу, ничего не будет! А я живу, хожу, смеюсь, дышу...

   И только ночью боль порой разбудит, как в сердце — нож... Подушку закушу и плачу, плачу, ничего не будет! А я живу, хожу, смеюсь, дышу...
8. «

   Нам не позволено любить. Все, что с тобою связано, мне строго-настрого забыть судьбой моей приказано. Но помню я всему назло любви часы беспечные, и встречи памятной число - мое. На веки вечные.

   Нам не позволено любить. Все, что с тобою связано, мне строго-настрого забыть судьбой моей приказано. Но помню я всему назло любви часы беспечные, и встречи памятной число - мое. На веки вечные.
9. «

   За это можно всё отдать, и до того я в это верю, что не могу тебя не ждать, весь день не отходя от двери.

   За это можно всё отдать, и до того я в это верю, что не могу тебя не ждать, весь день не отходя от двери.
10. «

    Биенье сердца моего, тепло доверчивого тела... Как мало взял ты из того, что я отдать тебе хотела.

    Биенье сердца моего, тепло доверчивого тела... Как мало взял ты из того, что я отдать тебе хотела.
11. «

    Дождик сеет, сеет, сеет, с полуночи моросит, словно занавес кисейный за окошками висит.

    Дождик сеет, сеет, сеет, с полуночи моросит, словно занавес кисейный за окошками висит.
12. «

    Быть хорошим другом обещался, звёзды мне дарил и города. И уехал, и не попрощался. И не возвратится никогда. Я о нём потосковала в меру, в меру слез горючих пролила. Прижилась обида, присмирела, люди обступили и дела... Снова поднимаюсь на рассвете, пью с друзьями, к случаю, вино, и никто не знает, что на свете нет меня уже давным-давно.

    Быть хорошим другом обещался, звёзды мне дарил и города. И уехал, и не попрощался. И не возвратится никогда. Я о нём потосковала в меру, в меру слез горючих пролила. Прижилась обида, присмирела, люди обступили и дела... Снова поднимаюсь на рассвете, пью с друзьями, к случаю, вино, и никто не знает, что на свете нет меня уже давным-давно.
13. «

    Сколько же можно терять Губы твои, русую прядь, Ласку твою, душу твою... Как от разлуки я устаю!

    Сколько же можно терять Губы твои, русую прядь, Ласку твою, душу твою... Как от разлуки я устаю!
14. «

    Я пенять на судьбу не вправе, годы милостивы ко мне... Если молодость есть вторая - лучше первой она вдвойне. Откровеннее и мудрее, проницательней и щедрей.

    Я пенять на судьбу не вправе, годы милостивы ко мне... Если молодость есть вторая - лучше первой она вдвойне. Откровеннее и мудрее, проницательней и щедрей.
15. «

    Не отрекаются любя, ведь жизнь кончается не завтра, Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно.

    Не отрекаются любя, ведь жизнь кончается не завтра, Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно.
16. «

    Любовь не боится огромных разлук, Любовь умирает от маленькой лжи!

    Любовь не боится огромных разлук, Любовь умирает от маленькой лжи!
17. «

    Как часто от себя мы правду прячем, мол, так и так, — не знаю, что творю... И ты вот притворяешься незрячим, чтобы в ответе быть поводырю. Что ж, ладно, друг, спасибо за доверье, в пути не брошу, в топь не заведу... Но всё тесней смыкаются деревья, и вот уж скоро ночь, как на беду. Я и сама лукавлю, — не отважусь признаться, что измаялась в пути. А если б на двоих нам эту тяжесть, — насколько легче было бы идти.

    Как часто от себя мы правду прячем, мол, так и так, — не знаю, что творю... И ты вот притворяешься незрячим, чтобы в ответе быть поводырю. Что ж, ладно, друг, спасибо за доверье, в пути не брошу, в топь не заведу... Но всё тесней смыкаются деревья, и вот уж скоро ночь, как на беду. Я и сама лукавлю, — не отважусь признаться, что измаялась в пути. А если б на двоих нам эту тяжесть, — насколько легче было бы идти.
18. «

    Много счастья и много печалей на свете, а рассветы прекрасны, а ночи глухи... Незаконной любви незаконные дети, во грехе родились они - эти стихи. Так уж вышло, а я ни о чем не жалею, трачу, трачу без удержу душу свою... Мне они всех рождённых когда-то милее, оттого что я в каждом тебя узнаю.

    Много счастья и много печалей на свете, а рассветы прекрасны, а ночи глухи... Незаконной любви незаконные дети, во грехе родились они - эти стихи. Так уж вышло, а я ни о чем не жалею, трачу, трачу без удержу душу свою... Мне они всех рождённых когда-то милее, оттого что я в каждом тебя узнаю.
19. «

    Всё в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах... А за окном — рассвет и ветка в аквамариновых слезах. А за окном кричат вороны, и страшно яркая трава, и погромыхиванье грома, как будто валятся дрова. Смотрю в окно, от счастья плача, и, полусонная ещё, щекою чувствую горячей твоё прохладное плечо... Но ты в другом, далёком доме и даже в городе другом. Чужие властные ладони лежат на сердце дорогом. ... А это всё — и час рассвета, и сад, поющий под дождём, — я просто выдумала это, чтобы побыть с тобой вдвоём.

    Всё в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах... А за окном — рассвет и ветка в аквамариновых слезах. А за окном кричат вороны, и страшно яркая трава, и погромыхиванье грома, как будто валятся дрова. Смотрю в окно, от счастья плача, и, полусонная ещё, щекою чувствую горячей твоё прохладное плечо... Но ты в другом, далёком доме и даже в городе другом. Чужие властные ладони лежат на сердце дорогом. ... А это всё — и час рассвета, и сад, поющий под дождём, — я просто выдумала это, чтобы побыть с тобой вдвоём.
20. «

    А я с годами думаю все чаще, Что краденое счастье — тоже счастье, Как ситник краденый — все тот же хлеб насущный, Спасенье жизни неблагополучной.

    А я с годами думаю все чаще, Что краденое счастье — тоже счастье, Как ситник краденый — все тот же хлеб насущный, Спасенье жизни неблагополучной.