Вероника Тушнова

Всё в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах... А за окном — рассвет и ветка в аквамариновых слезах. А за окном кричат вороны, и страшно яркая трава, и погромыхиванье грома, как будто валятся дрова. Смотрю в окно, от счастья плача, и, полусонная ещё, щекою чувствую горячей твоё прохладное плечо... Но ты в другом, далёком доме и даже в городе другом. Чужие властные ладони лежат на сердце дорогом. ... А это всё — и час рассвета, и сад, поющий под дождём, — я просто выдумала это, чтобы побыть с тобой вдвоём.

А знаешь, всё ещё будет! Южный ветер ещё подует, и весну ещё наколдует, и память перелистает, и встретиться нас заставит, и ещё меня на рассвете губы твои разбудят. Понимаешь, всё ещё будет! В сто концов убегают рельсы, самолёты уходят в рейсы, корабли снимаются с якоря… Если б помнили это люди, чаще думали бы о чуде, реже бы люди плакали. … Я его не запру безжалостно, крыльев не искалечу. Улетаешь? Лети, пожалуйста... Знаешь, как отпразднуем Встречу!

Не отрекаются любя, ведь жизнь кончается не завтра, Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно.

Я не буду тобою брошена, Лгать не станешь мне, как врагу Мы расстанемся как положено, — Я сама тебе помогу.

Ты всё ещё тревожишься — что будет? А ничего. Все будет так, как есть. Поговорят, осудят, позабудут, — у каждого свои заботы есть.

И только ночью боль порой разбудит, как в сердце — нож... Подушку закушу и плачу, плачу, ничего не будет! А я живу, хожу, смеюсь, дышу...

Любовь не боится огромных разлук, Любовь умирает от маленькой лжи!

За это можно всё отдать, и до того я в это верю, что не могу тебя не ждать, весь день не отходя от двери.

Быть хорошим другом обещался, звёзды мне дарил и города. И уехал, и не попрощался. И не возвратится никогда. Я о нём потосковала в меру, в меру слез горючих пролила. Прижилась обида, присмирела, люди обступили и дела... Снова поднимаюсь на рассвете, пью с друзьями, к случаю, вино, и никто не знает, что на свете нет меня уже давным-давно.

Надо верными оставаться, до могилы любовь неся, Надо вовремя расставаться, если верными быть нельзя!..

Нам двоим посвящённая, очень краткая, очень долгая, не по-зимнему чёрная, ночь туманная, волглая, неспокойная, странная... Может, всё ещё сбудется? Мне — лукавить не стану все глаза твои чудятся, то молящие, жалкие, то весёлые, жаркие, счастливые, изумленные, рыжевато-зелёные. Переулки безлюдные, непробудные улицы... Мне — лукавить не буду — все слова твои чудятся, то несмелые, нежные, то тревожные, грешные, простые, печальные слова прощальные. Эхо слышу я древнее, что в полуночи будится, слышу крови биение... Может, всё-таки сбудется? Ну, а если не сбудется, разве сгинет, забудется тех мгновений течение, душ заблудших свечение?

Отпускать — это счастье сильных, взаперти держать — мука слабых.

Не боюсь, что ты меня оставишь для какой-то женщины другой, а боюсь я, что однажды станешь ты таким же, как любой другой. И пойму я, что одна в пустыне, — в городе, огнями залитом, и пойму, что нет тебя отныне ни на этом свете, ни на том.

Улыбаюсь, а сердце плачет в одинокие вечера. Я люблю тебя. Это значит — я желаю тебе добра.

За любовь платят любовью или не платят совсем.

Почему без миллионов можно? Почему без одного нельзя?