65 цитат Вероники Тушновы о смысле жизни

Ниже 65 цитат Вероники Тушновы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как часто от себя мы правду прячем, мол, так и так, — не знаю, что творю... И ты вот притворяешься незрячим, чтобы в ответе быть поводырю. Что ж, ладно, друг, спасибо за доверье, в пути не брошу, в топь не заведу... Но всё тесней смыкаются деревья, и вот уж скоро ночь, как на беду. Я и сама лукавлю, — не отважусь признаться, что измаялась в пути. А если б на двоих нам эту тяжесть, — насколько легче было бы идти.

   Как часто от себя мы правду прячем, мол, так и так, — не знаю, что творю... И ты вот притворяешься незрячим, чтобы в ответе быть поводырю. Что ж, ладно, друг, спасибо за доверье, в пути не брошу, в топь не заведу... Но всё тесней смыкаются деревья, и вот уж скоро ночь, как на беду. Я и сама лукавлю, — не отважусь признаться, что измаялась в пути. А если б на двоих нам эту тяжесть, — насколько легче было бы идти.
2. «

   Я не буду тобою брошена, Лгать не станешь мне, как врагу Мы расстанемся как положено, — Я сама тебе помогу.

   Я не буду тобою брошена, Лгать не станешь мне, как врагу Мы расстанемся как положено, — Я сама тебе помогу.
3. «

   Биенье сердца моего, тепло доверчивого тела... Как мало взял ты из того, что я отдать тебе хотела.

   Биенье сердца моего, тепло доверчивого тела... Как мало взял ты из того, что я отдать тебе хотела.
4. «

   Еще шуршат, звенят и шепчут капли с листвы катясь в пахучую траву. И каждый звук в молчанье сада вкраплен, как зерна звезд в ночную синеву

   Еще шуршат, звенят и шепчут капли с листвы катясь в пахучую траву. И каждый звук в молчанье сада вкраплен, как зерна звезд в ночную синеву
5. «

   Напрочь путь ко мне отрезая, чтоб не видеть и не писать, ты ещё пожалеешь, знаю, станешь локти себе кусать. Чтоб не видеть... Но ты увидишь. Взглянешь — взгляда не отведёшь. Ты в метельную полночь выйдешь, а от памяти не уйдёшь. — Обхватить бы двумя руками, унести б её за моря! Почему же она такая? Отчего она не моя? Снег летит над землёй застылой, снег рассыпчатый и сухой... А ведь было бы счастье, было, — оказался кузнец плохой.

   Напрочь путь ко мне отрезая, чтоб не видеть и не писать, ты ещё пожалеешь, знаю, станешь локти себе кусать. Чтоб не видеть... Но ты увидишь. Взглянешь — взгляда не отведёшь. Ты в метельную полночь выйдешь, а от памяти не уйдёшь. — Обхватить бы двумя руками, унести б её за моря! Почему же она такая? Отчего она не моя? Снег летит над землёй застылой, снег рассыпчатый и сухой... А ведь было бы счастье, было, — оказался кузнец плохой.
6. «

   Ты всё ещё тревожишься — что будет? А ничего. Все будет так, как есть. Поговорят, осудят, позабудут, — у каждого свои заботы есть.

   Ты всё ещё тревожишься — что будет? А ничего. Все будет так, как есть. Поговорят, осудят, позабудут, — у каждого свои заботы есть.
7. «

   За это можно всё отдать, и до того я в это верю, что не могу тебя не ждать, весь день не отходя от двери.

   За это можно всё отдать, и до того я в это верю, что не могу тебя не ждать, весь день не отходя от двери.
8. «

   Сердце не греется, дело не ладится, жизнь драгоценная попусту тратится.

   Сердце не греется, дело не ладится, жизнь драгоценная попусту тратится.
9. «

   Дождик сеет, сеет, сеет, с полуночи моросит, словно занавес кисейный за окошками висит.

   Дождик сеет, сеет, сеет, с полуночи моросит, словно занавес кисейный за окошками висит.
10. «

    Мы учим детей от гриппа спасаться, улицы учим переходить, так как же этого не касаться, как будто легко научиться любить. (Казалось бы, это проще простого!) Но я про любовь настоящую, ту, когда самая жизнь отдаётся без слова за отчизну, за женщину, за мечту... Чтобы люди веку по росту были, такими надо вырастить их, чтобы с детства все, что они любили, любили бы больше себя самих!

    Мы учим детей от гриппа спасаться, улицы учим переходить, так как же этого не касаться, как будто легко научиться любить. (Казалось бы, это проще простого!) Но я про любовь настоящую, ту, когда самая жизнь отдаётся без слова за отчизну, за женщину, за мечту... Чтобы люди веку по росту были, такими надо вырастить их, чтобы с детства все, что они любили, любили бы больше себя самих!
11. «

    Как счастье внезапное — оттепель эта. Весны дуновеньем земля обогрета. Еще не начало весны, а предвестье, и даже еще не предвестье — намек, что будет, что рядом, что срок недалек.

    Как счастье внезапное — оттепель эта. Весны дуновеньем земля обогрета. Еще не начало весны, а предвестье, и даже еще не предвестье — намек, что будет, что рядом, что срок недалек.
12. «

    Открываю томик одинокий - томик в переплете полинялом. Человек писал вот эти строки. Я не знаю, для кого писал он.

    Открываю томик одинокий - томик в переплете полинялом. Человек писал вот эти строки. Я не знаю, для кого писал он.
13. «

    Случается, что чувства, как листву, Засыплет душной пылью, И вот, в любовь не веря, я живу И плачу от бессилья.

    Случается, что чувства, как листву, Засыплет душной пылью, И вот, в любовь не веря, я живу И плачу от бессилья.
14. «

    Пускай лучше ты не впустишь меня, чем я не открою двери. Пускай лучше ты обманешь меня, чем я тебе не поверю.

    Пускай лучше ты не впустишь меня, чем я не открою двери. Пускай лучше ты обманешь меня, чем я тебе не поверю.
15. «

    За любовь платят любовью или не платят совсем.

    За любовь платят любовью или не платят совсем.
16. «

    Знаешь ли Ты, что такое горе? Его переплыть — всё равно что море, его перейти — всё равно что пустыню, а о нём говорят словами пустыми,

    Знаешь ли Ты, что такое горе? Его переплыть — всё равно что море, его перейти — всё равно что пустыню, а о нём говорят словами пустыми,
17. «

    Сколько дней не спалось, не елось, Не плакалось мне, не пелось, Не работалось, не гулялось, - Все в душе своей разбиралась. Раздала, что было хорошего, Что не нужно, на свалку брошено, Подмела свою душу дочиста, Настоящее одиночество. Настежь окна, свежо в груди...

    Сколько дней не спалось, не елось, Не плакалось мне, не пелось, Не работалось, не гулялось, - Все в душе своей разбиралась. Раздала, что было хорошего, Что не нужно, на свалку брошено, Подмела свою душу дочиста, Настоящее одиночество. Настежь окна, свежо в груди...
18. «

    С тобой я самая верная, С тобой я самая лучшая, С тобой я самая добрая, Самая всемогущая.

    С тобой я самая верная, С тобой я самая лучшая, С тобой я самая добрая, Самая всемогущая.
19. «

    А знаешь, всё ещё будет! Южный ветер ещё подует, и весну ещё наколдует, и память перелистает, и встретиться нас заставит, и ещё меня на рассвете губы твои разбудят. Понимаешь, всё ещё будет! В сто концов убегают рельсы, самолёты уходят в рейсы, корабли снимаются с якоря… Если б помнили это люди, чаще думали бы о чуде, реже бы люди плакали. … Я его не запру безжалостно, крыльев не искалечу. Улетаешь? Лети, пожалуйста... Знаешь, как отпразднуем Встречу!

    А знаешь, всё ещё будет! Южный ветер ещё подует, и весну ещё наколдует, и память перелистает, и встретиться нас заставит, и ещё меня на рассвете губы твои разбудят. Понимаешь, всё ещё будет! В сто концов убегают рельсы, самолёты уходят в рейсы, корабли снимаются с якоря… Если б помнили это люди, чаще думали бы о чуде, реже бы люди плакали. … Я его не запру безжалостно, крыльев не искалечу. Улетаешь? Лети, пожалуйста... Знаешь, как отпразднуем Встречу!
20. «

    Бывало всё: и счастье, и печали, и разговоры длинные вдвоём. Но мы о самом главном промолчали, а может, и не думали о нём. Нас разделило смутных дней теченье - сперва ручей, потом, глядишь, река... Но долго оставалось ощущенье: не навсегда, ненадолго, пока... Давно исчез, уплыл далёкий берег, и нет тебя, и свет в душе погас, и только я одна ещё не верю, что жизнь навечно разлучила нас.

    Бывало всё: и счастье, и печали, и разговоры длинные вдвоём. Но мы о самом главном промолчали, а может, и не думали о нём. Нас разделило смутных дней теченье - сперва ручей, потом, глядишь, река... Но долго оставалось ощущенье: не навсегда, ненадолго, пока... Давно исчез, уплыл далёкий берег, и нет тебя, и свет в душе погас, и только я одна ещё не верю, что жизнь навечно разлучила нас.