Что говорил Виктор Гюго: красивые цитаты: 52 цитаты

Подборка из 52 цитаты Виктора Гюго: красивые цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Во внутреннем мире человека доброта — это солнце.

   Во внутреннем мире человека доброта — это солнце.

   — Виктор Гюго · книга
2. «

   Измена супружеской верности — это удовлетворенное любопытство к наслаждению, которое испытывает другой.

   Измена супружеской верности — это удовлетворенное любопытство к наслаждению, которое испытывает другой.

   — Виктор Гюго · книга
3. «

   Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

   Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

   — Виктор Гюго
4. «

   Чего же еще желать?... Садик для прогулок и вся беспредельность для грез. У ног его — то, что можно возделывать и собирать; над головой — то, что можно обдумывать и изучать. Немного цветов на земле и все звезды на небе.

   Чего же еще желать?... Садик для прогулок и вся беспредельность для грез. У ног его — то, что можно возделывать и собирать; над головой — то, что можно обдумывать и изучать. Немного цветов на земле и все звезды на небе.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Дети, так же как и птицы, поют свои утренние песни.

   Дети, так же как и птицы, поют свои утренние песни.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   L'art et le peuple

   L'art et le peuple

   — Виктор Гюго
7. «

   Однажды я встретил на улице влюбленного нищего. На нем была старая шляпа, пальто потерлось на локтях, башмаки его протекли, а в душе сияли звезды.

   Однажды я встретил на улице влюбленного нищего. На нем была старая шляпа, пальто потерлось на локтях, башмаки его протекли, а в душе сияли звезды.

   — Виктор Гюго · книга
8. «

   Нет ничего более очаровательного и ничего более величественного, чем зрелище свежих, распускающихся душ.

   Нет ничего более очаровательного и ничего более величественного, чем зрелище свежих, распускающихся душ.

   — Виктор Гюго · книга
9. «

   Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

   Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

   — Виктор Гюго · книга
10. «

    Она казалась сотканной из тени; ровно столько плоти, сколько нужно, чтобы слегка наметить пол; комочек материи, светящийся изнутри; большие глаза, всегда опущенные долу, словно душа её искала предлога для своего пребывания на земле.

    Она казалась сотканной из тени; ровно столько плоти, сколько нужно, чтобы слегка наметить пол; комочек материи, светящийся изнутри; большие глаза, всегда опущенные долу, словно душа её искала предлога для своего пребывания на земле.

    — Виктор Гюго · книга
11. «

    Существует нечто, раскрывающее нашу душу больше, чем лицо наше, — это его выражение; и нечто, раскрывающее ее больше, чем выражение нашего лица, — это наша улыбка.

    Существует нечто, раскрывающее нашу душу больше, чем лицо наше, — это его выражение; и нечто, раскрывающее ее больше, чем выражение нашего лица, — это наша улыбка.

    — Виктор Гюго · книга
12. «

    Я встретил на улице молодого человека, очень бедного и влюбленного. Он был в поношенной шляпе, в потертой одежде; у него были дыры на локтях; вода проникала в его башмаки, а звездные лучи — в его душу.

    Я встретил на улице молодого человека, очень бедного и влюбленного. Он был в поношенной шляпе, в потертой одежде; у него были дыры на локтях; вода проникала в его башмаки, а звездные лучи — в его душу.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Красота души разливается подобно таинственному свету по телесной красоте.

    Красота души разливается подобно таинственному свету по телесной красоте.

    — Виктор Гюго
14. «

    Она хотела заставить его войти в свою келью, но он заупрямился и остановился у порога. — Нет, нет, — проговорил он, — филину не место в гнезде жаворонка.

    Она хотела заставить его войти в свою келью, но он заупрямился и остановился у порога. — Нет, нет, — проговорил он, — филину не место в гнезде жаворонка.

    — Виктор Гюго · книга
15. «

    Взгляд — это искра.

    Взгляд — это искра.

    — Виктор Гюго · книга
16. «

    Застольные речи и любовные речи! И те и другие одинаково неуловимы: любовные речи — это облака, застольные — клубы дыма.

    Застольные речи и любовные речи! И те и другие одинаково неуловимы: любовные речи — это облака, застольные — клубы дыма.

    — Виктор Гюго · книга
17. «

    Наступает минута, и девушки распускаются в одно мгновенье; из бутонов они становятся розами.

    Наступает минута, и девушки распускаются в одно мгновенье; из бутонов они становятся розами.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Жгучее прикосновение незримого дьявола – это угрызение совести за дурную мысль.

    Жгучее прикосновение незримого дьявола – это угрызение совести за дурную мысль.

    — Виктор Гюго · книга
19. «

    Жизнь — это цветок, для которого любовь является мёдом.

    Жизнь — это цветок, для которого любовь является мёдом.

    — Виктор Гюго
20. «

    Виселица — коромысло весов, к одному концу которого, подвешен человек, а к другому — вселенная.

    Виселица — коромысло весов, к одному концу которого, подвешен человек, а к другому — вселенная.

    — Виктор Гюго · книга