92 цитат-размышлений Виктории Токаревы

Подборка из 92 цитаты Виктории Токаревы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Она не верит, что от меня может исходить что-то стоящее. Но ведь я – результат её генов, любви и труда. Значит, она не верит в себя.

   Она не верит, что от меня может исходить что-то стоящее. Но ведь я – результат её генов, любви и труда. Значит, она не верит в себя.

   — Звезда в тумане · книга
2. «

   Их счастье в том, что они никогда не жили по-другому, им не с чем сравнивать.

   Их счастье в том, что они никогда не жили по-другому, им не с чем сравнивать.

   — Птица счастья · книга
3. «

   Она была чем-то вроде маркизы Помпадур. Помпадурила.

   Она была чем-то вроде маркизы Помпадур. Помпадурила.

   — Первая попытка · книга
4. «

   Ничего не предвещало беды. Но… Все может перевернуться за одну минуту.

   Ничего не предвещало беды. Но… Все может перевернуться за одну минуту.

   — Кругом один обман · книга
5. «

   ...все дело в чувстве. Любимые пахнут легко и благоуханно. А нелюбимые – воняют. Вот и весь секрет.

   ...все дело в чувстве. Любимые пахнут легко и благоуханно. А нелюбимые – воняют. Вот и весь секрет.

   — Кругом один обман · книга
6. «

   Смешно рассчитывать на случай. Этот случай надо готовить.

   Смешно рассчитывать на случай. Этот случай надо готовить.

   — Птица счастья · книга
7. «

   Красивых – мало. Талантливых сколько угодно, а вот красивых и талантливых одновременно – днем с огнем не найдешь.

   Красивых – мало. Талантливых сколько угодно, а вот красивых и талантливых одновременно – днем с огнем не найдешь.

   — Кругом один обман · книга
8. «

   Он будет любить ее тихо, безмолвно, бескорыстно, только бы ощущать рядом. Только бы видеть, слышать и вдыхать. Как море. Море ведь не любит никого. Но возле него — такое счастье...

   Он будет любить ее тихо, безмолвно, бескорыстно, только бы ощущать рядом. Только бы видеть, слышать и вдыхать. Как море. Море ведь не любит никого. Но возле него — такое счастье...

   — Стрелец · книга
9. «

   У Майки была неброская внешность, но очень тонкая и милая, если приглядеться. Но кто будет приглядываться? Все так спешат и бегут мимо по своим делам, по своим интересам.

   У Майки была неброская внешность, но очень тонкая и милая, если приглядеться. Но кто будет приглядываться? Все так спешат и бегут мимо по своим делам, по своим интересам.

   — Кругом один обман · книга
10. «

    Я всегда кичилась своей женской недоступностью, видя в этом большое достоинство, но сейчас я поняла: никто и не претендует. Как в анекдоте о неуловимом Джо. Неуловим, потому что его никто не ловит. Моя добродетель никому не нужна, как заветренный кусок сыра... <...> Вот я в Париже со своей поющей точкой в груди. И что? Лежу одна, как сиротка Хася. Лежать одной — это для могилы. А при жизни надо лежать вдвоём, изнывая от нежности, и засыпать на твёрдом горячем мужском плече.

    Я всегда кичилась своей женской недоступностью, видя в этом большое достоинство, но сейчас я поняла: никто и не претендует. Как в анекдоте о неуловимом Джо. Неуловим, потому что его никто не ловит. Моя добродетель никому не нужна, как заветренный кусок сыра... <...> Вот я в Париже со своей поющей точкой в груди. И что? Лежу одна, как сиротка Хася. Лежать одной — это для могилы. А при жизни надо лежать вдвоём, изнывая от нежности, и засыпать на твёрдом горячем мужском плече.

    — Из жизни миллионеров · книга
11. «

    Очень тяжело переживать зрелые страдания своего ребенка.

    Очень тяжело переживать зрелые страдания своего ребенка.

    — Татьяна · книга
12. «

    Сейчас я понимаю: институт ничему не мог меня научить. Невозможно научить таланту. Но институт очертил мой круг. Этот круг говорил: «Пойдёшь туда, знаешь куда. Принесёшь то, знаешь что…»

    Сейчас я понимаю: институт ничему не мог меня научить. Невозможно научить таланту. Но институт очертил мой круг. Этот круг говорил: «Пойдёшь туда, знаешь куда. Принесёшь то, знаешь что…»

    — Террор любовью · книга
13. «

    Обыденность, скука – вот что убивает в человеке человеческое.

    Обыденность, скука – вот что убивает в человеке человеческое.

    — Кругом один обман · книга
14. «

    Все-таки океан – это нечто грандиозное. Планета. Параллельный мир, где живут разумные существа: киты, акулы, дельфины.

    Все-таки океан – это нечто грандиозное. Планета. Параллельный мир, где живут разумные существа: киты, акулы, дельфины.

    — Кругом один обман · книга
15. «

    Человек – часть природы, только и всего. Многие ученые, подходя к концу жизни, вдруг прозревают в понимании того, что они ничего не знают.

    Человек – часть природы, только и всего. Многие ученые, подходя к концу жизни, вдруг прозревают в понимании того, что они ничего не знают.

    — Кругом один обман · книга
16. «

    Скучно жить скептиком, всему знать свою цену. Никаких неожиданностей, никакого театра с переодеваниями. Все — плоско и одномерно: счастье временно, смерть — неизбежна. Все врут и мрут.

    Скучно жить скептиком, всему знать свою цену. Никаких неожиданностей, никакого театра с переодеваниями. Все — плоско и одномерно: счастье временно, смерть — неизбежна. Все врут и мрут.

    — Своя правда · книга
17. «

    Но к своим двадцати шести годам я уже заметила, что нельзя хотеть ОЧЕНЬ. Судьба не любит. Надо не особенно хотеть, так, чуть-чуть... И тогда всё получится.

    Но к своим двадцати шести годам я уже заметила, что нельзя хотеть ОЧЕНЬ. Судьба не любит. Надо не особенно хотеть, так, чуть-чуть... И тогда всё получится.

    — День без вранья · книга
18. «

    Ваши чиновники умеют так все сделать, чтобы самим разбогатеть, а бедных ободрать до ребер. Мораль на нуле.

    Ваши чиновники умеют так все сделать, чтобы самим разбогатеть, а бедных ободрать до ребер. Мораль на нуле.

    — Шамиль · книга
19. «

    ...несправедливость стучала в груди, как пепел Клааса в сердце Тиля Уленшпигеля. Ирина поджимала губы, чтобы справиться с разъедающим чувством. Она понимала, почему в семнадцатом году большевики подбили народ на революцию. «Грабь награбленное». Если бы сейчас появился новый Ленин и кликнул клич, Ирина оказалась бы в первых рядах.

    ...несправедливость стучала в груди, как пепел Клааса в сердце Тиля Уленшпигеля. Ирина поджимала губы, чтобы справиться с разъедающим чувством. Она понимала, почему в семнадцатом году большевики подбили народ на революцию. «Грабь награбленное». Если бы сейчас появился новый Ленин и кликнул клич, Ирина оказалась бы в первых рядах.

    — Своя правда · книга
20. «

    Ребенок – это счастье и расходы.

    Ребенок – это счастье и расходы.

    — Кругом один обман · книга