53 цитаты Вирджинии Вулфа, которые стоит перечитать

Ниже 53 цитаты Вирджинии Вулфа — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Спасен! Избавлен! – так бывает, когда привычка вдруг рушиться и дух разгулявшимся пламенем ширится, клонится и вот-вот сорвется с опор.

   Спасен! Избавлен! – так бывает, когда привычка вдруг рушиться и дух разгулявшимся пламенем ширится, клонится и вот-вот сорвется с опор.

   — Миссис Дэллоуэй · книга
2. «

   Всё, что несёт на себе отпечаток однобокого мышления, обречено на смерть.

   Всё, что несёт на себе отпечаток однобокого мышления, обречено на смерть.

   — Своя комната · книга
3. «

   Должна быть борьба; и когда я просыпаюсь рано утром, я говорю себе: сражайся, сражайся. Если бы у меня был шанс ухватить это ощущение, я бы это сделала; ощущение того, как поет реальный мир, когда одиночество и тишина извлекают человека из привычной жизни; не покидающее меня ощущение, что моя судьба — приключение.

   Должна быть борьба; и когда я просыпаюсь рано утром, я говорю себе: сражайся, сражайся. Если бы у меня был шанс ухватить это ощущение, я бы это сделала; ощущение того, как поет реальный мир, когда одиночество и тишина извлекают человека из привычной жизни; не покидающее меня ощущение, что моя судьба — приключение.

   — Вирджиния Вулф · книга
4. «

   За эти последние годы во всех, мужчинах и женщинах, вскрылись источники слез. Слез и горя; смелости и выдержки; замечательного героизма и стойкости.

   За эти последние годы во всех, мужчинах и женщинах, вскрылись источники слез. Слез и горя; смелости и выдержки; замечательного героизма и стойкости.

   — Миссис Дэллоуэй · книга
5. «

   А женская красота подобна солнечному блеску на море, который не может принадлежать одной-единственной волне.

   А женская красота подобна солнечному блеску на море, который не может принадлежать одной-единственной волне.

   — Комната Джейкоба · книга
6. «

   Если бы женщина существовала только в литературе, созданной мужчинами, ее, наверно, приняли бы за страшно важную персону, многогранную личность: возвышенную и низкую, блестящую и жалкую, бесконечно прекрасную и крайне уродливую, во всех отношениях ровню мужчине и даже более значительную, чем он, как считают некоторые. Но это в литературе. А в жизни, констатирует профессор Тревельян, женщину запирали, били и таскали за волосы.

   Если бы женщина существовала только в литературе, созданной мужчинами, ее, наверно, приняли бы за страшно важную персону, многогранную личность: возвышенную и низкую, блестящую и жалкую, бесконечно прекрасную и крайне уродливую, во всех отношениях ровню мужчине и даже более значительную, чем он, как считают некоторые. Но это в литературе. А в жизни, констатирует профессор Тревельян, женщину запирали, били и таскали за волосы.

   — Своя комната · книга
7. «

   …и вообще, она замечала, религиозный экстаз делает людей черствыми («идеи» разные – тоже), бесчувственными.

   …и вообще, она замечала, религиозный экстаз делает людей черствыми («идеи» разные – тоже), бесчувственными.

   — Миссис Дэллоуэй · книга
8. «

   Окна надо держать открытыми, двери — закрытыми.

   Окна надо держать открытыми, двери — закрытыми.

   — На маяк · книга
9. «

   В сорок шесть лет надо быть скрягой; тратить время только на самое главное.

   В сорок шесть лет надо быть скрягой; тратить время только на самое главное.

   — Вирджиния Вулф · книга
10. «

    Славы надолго ли станет? Слава может держаться две тысячи лет. Но что такое две тысячи лет? Если взглянуть с горной вершины на пустыни веков? Эти камни, которые пинаешь ногой, долговечней Шекспира.

    Славы надолго ли станет? Слава может держаться две тысячи лет. Но что такое две тысячи лет? Если взглянуть с горной вершины на пустыни веков? Эти камни, которые пинаешь ногой, долговечней Шекспира.

    — мистер Рэмзи · книга
11. «

    Моя профессия — литература; а в этой профессии трудностей для женщин меньше, чем во всех других, не считая только театра, — я имею в виду специфически женские трудности.

    Моя профессия — литература; а в этой профессии трудностей для женщин меньше, чем во всех других, не считая только театра, — я имею в виду специфически женские трудности.
12. «

    ... В том-то и преимущество одиночества; наедине с собой можно делать что хочешь. Плачь себе на здоровье, если не видит никто.

    ... В том-то и преимущество одиночества; наедине с собой можно делать что хочешь. Плачь себе на здоровье, если не видит никто.

    — Миссис Дэллоуэй · книга
13. «

    У каждого человека есть свое прошлое, укрытое в нем, как страницы книги, известной только ему; а его друзья судят лишь по заглавию.

    У каждого человека есть свое прошлое, укрытое в нем, как страницы книги, известной только ему; а его друзья судят лишь по заглавию.
14. «

    Вокруг столько красоты... Так чего же ради эти люди стреляют друг в друга?

    Вокруг столько красоты... Так чего же ради эти люди стреляют друг в друга?

    — Годы · книга
15. «

    Ее толкал инстинкт — инстинкт, который ласточек тянет на юг, артишоки к солнцу, безошибочно ее поворачивал к людям, помогал свить в душе у них гнездышко.

    Ее толкал инстинкт — инстинкт, который ласточек тянет на юг, артишоки к солнцу, безошибочно ее поворачивал к людям, помогал свить в душе у них гнездышко.

    — миссис Рэмзи · книга
16. «

    История мужского сопротивления женской эмансипации едва ли не интереснее, чем история самой эмансипации.

    История мужского сопротивления женской эмансипации едва ли не интереснее, чем история самой эмансипации.
17. «

    Иногда ей просто хотелось остановить кого-то на улице, кого-то хорошего, доброго с виду, и сказать: «Мне плохо».

    Иногда ей просто хотелось остановить кого-то на улице, кого-то хорошего, доброго с виду, и сказать: «Мне плохо».

    — Миссис Дэллоуэй · книга
18. «

    Все мчится, рассыпается, ускользает, не остается и следа... Бесконечное превращение материи.

    Все мчится, рассыпается, ускользает, не остается и следа... Бесконечное превращение материи.

    — Пятно на стене · книга
19. «

    Красота мира… обоюдоострый клинок. Одно лезвие — смех, другое — гнев, и они режут сердце на части.

    Красота мира… обоюдоострый клинок. Одно лезвие — смех, другое — гнев, и они режут сердце на части.

    — Своя комната · книга
20. «

    Удоволенный, как отвалившийся от груди младенец, я спокойно могу погрузиться, уйти с головой в эту вездесущую, всеобщую, текущую мимо жизнь.

    Удоволенный, как отвалившийся от груди младенец, я спокойно могу погрузиться, уйти с головой в эту вездесущую, всеобщую, текущую мимо жизнь.

    — Бернард · книга