Владимир Гаков: 17 высказываний о главном

Подборка из 17 цитат Владимира Гакова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Для законодательного авторитета государства, которому следует приписывать величайшую мудрость, унизительно, по-видимому, искать поучения о принципах своего поведения относительно других государств у подданных (философов), но все же делать это весьма благоразумно.

   Для законодательного авторитета государства, которому следует приписывать величайшую мудрость, унизительно, по-видимому, искать поучения о принципах своего поведения относительно других государств у подданных (философов), но все же делать это весьма благоразумно.

   — Иммануил Кант · книга
2. «

   Во многих случаях демон истоков был, возможно, лишь воплощением другого сатанинского врага подлинной истории — мании судить.

   Во многих случаях демон истоков был, возможно, лишь воплощением другого сатанинского врага подлинной истории — мании судить.

   — Марк Блок · книга
3. «

   Вечный мир есть мечта, и даже далеко не прекрасная. Война является одним из элементов мирового порядка, установленного богом.

   Вечный мир есть мечта, и даже далеко не прекрасная. Война является одним из элементов мирового порядка, установленного богом.

   — фельдмаршал Карл Мольтке · книга
4. «

   Человечество задумалось: так ли однозначно связан прогресс техники с прогрессом нравственности?

   Человечество задумалось: так ли однозначно связан прогресс техники с прогрессом нравственности?

   — Ультиматум · книга
5. «

   Писатели умеют хорошо описывать то, чему никогда лично не были свидетелями; фантасты так вообще только этим и занимаются.

   Писатели умеют хорошо описывать то, чему никогда лично не были свидетелями; фантасты так вообще только этим и занимаются.

   — Ультиматум · книга
6. «

   Война есть просто продолжение политики другими (именно насильственными) средствами.

   Война есть просто продолжение политики другими (именно насильственными) средствами.

   — Клаузевиц · книга
7. «

   Люди способны улучшить условия своего существования, если будут прилагать ко всем своим начинаниям разум и мораль.

   Люди способны улучшить условия своего существования, если будут прилагать ко всем своим начинаниям разум и мораль.

   — гуманисты · книга
8. «

   Подсчитано, что с 3200 года до новой эры и на год 1964-й (эры нашей) мирными были всего 392 года. За эти пять тысячелетий разразилось 14513 больших и малых войн (с момента опубликования этих данных количество войн увеличилось). Иными словами, в среднем три войны ежегодно за исключением «незаметно» пролетевших мирных лет. Задумаешься тут...

   Подсчитано, что с 3200 года до новой эры и на год 1964-й (эры нашей) мирными были всего 392 года. За эти пять тысячелетий разразилось 14513 больших и малых войн (с момента опубликования этих данных количество войн увеличилось). Иными словами, в среднем три войны ежегодно за исключением «незаметно» пролетевших мирных лет. Задумаешься тут...

   — Ультиматум · книга
9. «

   Говорят о философии, что она служанка богословия... Но из этого еще не ясно, идет ли она с факелом впереди своей милостивой госпожи, или поддерживает позади нее ее шлейф.

   Говорят о философии, что она служанка богословия... Но из этого еще не ясно, идет ли она с факелом впереди своей милостивой госпожи, или поддерживает позади нее ее шлейф.

   — Иммануил Кант · книга
10. «

    Отдельные скептики рано почувствовали, как далеко может завести не сдерживаемое любопытство ученых — в мире, которым управляют отнюдь не они.

    Отдельные скептики рано почувствовали, как далеко может завести не сдерживаемое любопытство ученых — в мире, которым управляют отнюдь не они.

    — Ультиматум · книга
11. «

    Я сделал снимки. Это было захватывающее зрелище. Гриб пепельно-серого дыма с красной сердцевиной. Видно было, что там внутри все горит. Мне было приказано сосчитать пожары. Черт побери, я сразу же понял, что это немыслимо! Крутящаяся, кипящая мгла, похожая на лаву, закрыла город и растеклась в стороны к подножию холма... Все в этом облаке было смертью. Вместе с дымом вверх летели какие-то черные обломки. Один из нас сказал: «Это души японцев возносятся на небо».

    Я сделал снимки. Это было захватывающее зрелище. Гриб пепельно-серого дыма с красной сердцевиной. Видно было, что там внутри все горит. Мне было приказано сосчитать пожары. Черт побери, я сразу же понял, что это немыслимо! Крутящаяся, кипящая мгла, похожая на лаву, закрыла город и растеклась в стороны к подножию холма... Все в этом облаке было смертью. Вместе с дымом вверх летели какие-то черные обломки. Один из нас сказал: «Это души японцев возносятся на небо».

    — Кэрон · книга
12. «

    Это, вероятно, лучшее произведение из всего написанного Уэлсом в ранний период. По крайней мере, только «Войну Миров» он рискнул послать Льву Толстому, когда тот изъявил желание познакомиться с творчеством молодого английского писателя.

    Это, вероятно, лучшее произведение из всего написанного Уэлсом в ранний период. По крайней мере, только «Войну Миров» он рискнул послать Льву Толстому, когда тот изъявил желание познакомиться с творчеством молодого английского писателя.

    — Ультиматум · книга
13. «

    Принимая решение об атомном жертвоприношении старейшего японского города, президент Трумэн менее всего думал о штурме островов. Не японцев стремился он наказать, а прежде всего «показать» этим русским! В жертву политической игре, откровенному шантажу были принесены сотни тысяч ничего не подозревавших жителей Хиросимы и Нагасаки.

    Принимая решение об атомном жертвоприношении старейшего японского города, президент Трумэн менее всего думал о штурме островов. Не японцев стремился он наказать, а прежде всего «показать» этим русским! В жертву политической игре, откровенному шантажу были принесены сотни тысяч ничего не подозревавших жителей Хиросимы и Нагасаки.

    — Ультиматум · книга
14. «

    Лучше бы вообще не мучить писателей расспросами об их политических взглядах, общественной позиции; зачем — когда можно просто читать их книги!

    Лучше бы вообще не мучить писателей расспросами об их политических взглядах, общественной позиции; зачем — когда можно просто читать их книги!

    — Ультиматум · книга
15. «

    Начало Второй мировой войны и разом прекратившая поступать из Германии научная информация об успехах атомных физиков тревожным набатом прозвенели для тех, кто имел голову на плечах.

    Начало Второй мировой войны и разом прекратившая поступать из Германии научная информация об успехах атомных физиков тревожным набатом прозвенели для тех, кто имел голову на плечах.

    — Ультиматум · книга
16. «

    Не спрашивай, если ты писатель, что литература может, а спрашивай, что ты — ты! — должен.

    Не спрашивай, если ты писатель, что литература может, а спрашивай, что ты — ты! — должен.

    — Адамович · книга
17. «

    Сегодня нужен гуманизм воинствующий, гуманизм, который открыл бы в себе мужество и проникся бы сознанием того, что принцип свободы, терпимости и сомнения не должен допустить, чтобы его эксплуатировал и топтал фанатизм, у которого нет ни стыда, ни сомнений.

    Сегодня нужен гуманизм воинствующий, гуманизм, который открыл бы в себе мужество и проникся бы сознанием того, что принцип свободы, терпимости и сомнения не должен допустить, чтобы его эксплуатировал и топтал фанатизм, у которого нет ни стыда, ни сомнений.

    — Ультиматум · книга