83 цитат-размышлений Владимира Гакова

Подборка из 83 цитаты Владимира Гакова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Границы адаптации для человеческого организма никто пока не установил.

   Границы адаптации для человеческого организма никто пока не установил.

   — Ультиматум · книга
2. «

   Антифашистская литература не эпизод истории культуры отдельных стран, а одно из магистральных явлений духовной жизни нашего века.

   Антифашистская литература не эпизод истории культуры отдельных стран, а одно из магистральных явлений духовной жизни нашего века.

   — Ультиматум · книга
3. «

   Летом 1944 года, как явствует из мемуаров генерала Гровса, военный руководитель «Манхеттенского проекта» уже конкретно подумывал над возможным военным применением еще не созданного атомного оружия. Этим же летом, 6 июня, войска под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра начали осуществление другой, куда более знаменитой операции — «Оверлорд», высадившись в Северной Франции и открыв таким образом второй фронт в Европе. Но мало кто представляет себе, что в «Манхеттенский проект» было вовлечено людей больше, чем значилось в рядах экспедиционного корпуса Эйзенхауэра!

   Летом 1944 года, как явствует из мемуаров генерала Гровса, военный руководитель «Манхеттенского проекта» уже конкретно подумывал над возможным военным применением еще не созданного атомного оружия. Этим же летом, 6 июня, войска под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра начали осуществление другой, куда более знаменитой операции — «Оверлорд», высадившись в Северной Франции и открыв таким образом второй фронт в Европе. Но мало кто представляет себе, что в «Манхеттенский проект» было вовлечено людей больше, чем значилось в рядах экспедиционного корпуса Эйзенхауэра!

   — Ультиматум · книга
4. «

   После атомных взрывов нам стало совершенно очевидно, что эти бомбы и те еще более страшные силы разрушения, предтечами которых они являются, могут в мгновение ока уничтожить всё, созданное человечеством, и порвать все существующие между людьми связи.

   После атомных взрывов нам стало совершенно очевидно, что эти бомбы и те еще более страшные силы разрушения, предтечами которых они являются, могут в мгновение ока уничтожить всё, созданное человечеством, и порвать все существующие между людьми связи.

   — Герберт Уэллс · книга
5. «

   Подсчитано, что с 3200 года до новой эры и на год 1964-й (эры нашей) мирными были всего 392 года. За эти пять тысячелетий разразилось 14513 больших и малых войн (с момента опубликования этих данных количество войн увеличилось). Иными словами, в среднем три войны ежегодно за исключением «незаметно» пролетевших мирных лет. Задумаешься тут...

   Подсчитано, что с 3200 года до новой эры и на год 1964-й (эры нашей) мирными были всего 392 года. За эти пять тысячелетий разразилось 14513 больших и малых войн (с момента опубликования этих данных количество войн увеличилось). Иными словами, в среднем три войны ежегодно за исключением «незаметно» пролетевших мирных лет. Задумаешься тут...

   — Ультиматум · книга
6. «

   Человечество задумалось: так ли однозначно связан прогресс техники с прогрессом нравственности?

   Человечество задумалось: так ли однозначно связан прогресс техники с прогрессом нравственности?

   — Ультиматум · книга
7. «

   Однажды мозг ученого изобретет механизм или откроет силы природы столь кошмарные по своим возможностям, столь ужасающие, что даже привыкший к смертям и мучениям человек-боец будет потрясен.

   Однажды мозг ученого изобретет механизм или откроет силы природы столь кошмарные по своим возможностям, столь ужасающие, что даже привыкший к смертям и мучениям человек-боец будет потрясен.

   — Томас Эдисон · книга
8. «

   Говорят о философии, что она служанка богословия... Но из этого еще не ясно, идет ли она с факелом впереди своей милостивой госпожи, или поддерживает позади нее ее шлейф.

   Говорят о философии, что она служанка богословия... Но из этого еще не ясно, идет ли она с факелом впереди своей милостивой госпожи, или поддерживает позади нее ее шлейф.

   — Иммануил Кант · книга
9. «

   Орудие труда влекло за собой неизбежный искус: заодно обладать и оружием.

   Орудие труда влекло за собой неизбежный искус: заодно обладать и оружием.

   — Ультиматум · книга
10. «

    Хиросима? Если бы это надо было повторить, я снова предпринял бы полет... Могу подтвердить и сегодня, сорок лет спустя после того, как я сбросил бомбу: я нисколько не сожалею об этом. Воспоминания о том, что я сделал, не вызывают у меня угрызений совести. У меня за все эти сорок лет не было ни одной бессонной ночи.

    Хиросима? Если бы это надо было повторить, я снова предпринял бы полет... Могу подтвердить и сегодня, сорок лет спустя после того, как я сбросил бомбу: я нисколько не сожалею об этом. Воспоминания о том, что я сделал, не вызывают у меня угрызений совести. У меня за все эти сорок лет не было ни одной бессонной ночи.

    — Пол Тиббетс · книга
11. «

    С первых же своих произведений антифашистская литература одновременно стала и подчеркнуто антимилитаристской. Правда, пришлось отказаться от привычных заклинаний: «искусство вне политики», «непротивление злу насилием» и т. п.

    С первых же своих произведений антифашистская литература одновременно стала и подчеркнуто антимилитаристской. Правда, пришлось отказаться от привычных заклинаний: «искусство вне политики», «непротивление злу насилием» и т. п.

    — Ультиматум · книга
12. «

    Три четверти минуты, в течение которых экипаж полковника Тиббетса уносил ноги от места еще не состоявшегося преступления, глаза японцев, издавна воспитанных в преклонении перед искусством Видеть, могли восторгаться спускавшимся на город белым цветком. Три четверти минуты — а потом... Мы хорошо знаем, что было потом.

    Три четверти минуты, в течение которых экипаж полковника Тиббетса уносил ноги от места еще не состоявшегося преступления, глаза японцев, издавна воспитанных в преклонении перед искусством Видеть, могли восторгаться спускавшимся на город белым цветком. Три четверти минуты — а потом... Мы хорошо знаем, что было потом.

    — Ультиматум · книга
13. «

    Наша стратегия в области охраны тайны очень скоро определилась. Она сводилась к трем основным задачам: предотвратить попадание к немцам любых сведений о нашей программе; сделать все возможное для того, чтобы применение бомбы в войне было полностью неожиданным для противника; и, насколько это возможно, сохранить в тайне от русских наши открытия и детали наших проектов и заводов.

    Наша стратегия в области охраны тайны очень скоро определилась. Она сводилась к трем основным задачам: предотвратить попадание к немцам любых сведений о нашей программе; сделать все возможное для того, чтобы применение бомбы в войне было полностью неожиданным для противника; и, насколько это возможно, сохранить в тайне от русских наши открытия и детали наших проектов и заводов.

    — Лесли Гровс · книга
14. «

    Люди способны улучшить условия своего существования, если будут прилагать ко всем своим начинаниям разум и мораль.

    Люди способны улучшить условия своего существования, если будут прилагать ко всем своим начинаниям разум и мораль.

    — гуманисты · книга
15. «

    И вздрогнул мир, и затих — распорот! Ссутулясь от войн, приподнявши ворот, Они уходили в подземный город, Сами, наверно, не зная тогда, Что не вернутся уже никогда.

    И вздрогнул мир, и затих — распорот! Ссутулясь от войн, приподнявши ворот, Они уходили в подземный город, Сами, наверно, не зная тогда, Что не вернутся уже никогда.

    — Эрих Кёстнер · книга
16. «

    Хотя мировая война назревала давно, большинство людей воспринимало ее возможность как нечто нереальное.

    Хотя мировая война назревала давно, большинство людей воспринимало ее возможность как нечто нереальное.

    — Даниил Михайлович Проэктор · книга
17. «

    Неправдоподобная краткость жизни удручала, а темп изменений пугал.

    Неправдоподобная краткость жизни удручала, а темп изменений пугал.

    — Ультиматум · книга
18. «

    Пока планета наша остается, образно говоря, заминированной, любой наш шаг, малейшее неосторожное движение — и замаскированная проволочка будет задета, грянет взрыв. И потом — на следующий день — некому будет разбираться, как это произошло.

    Пока планета наша остается, образно говоря, заминированной, любой наш шаг, малейшее неосторожное движение — и замаскированная проволочка будет задета, грянет взрыв. И потом — на следующий день — некому будет разбираться, как это произошло.

    — Ультиматум · книга
19. «

    Несмотря на всю мою любовь к научной работе, результаты моих размышлений оказались угнетающими... Теперь мне представляется, что попытка природы создать на этой земле мыслящее животное вполне может кончиться ничем. Доводом в пользу такого заключения служит не только большая и всевозрастающая вероятность развязывания ядерной войны с уничтожением всей жизни на земле. Даже если такую катастрофу удастся предотвратить, ничего, кроме темного будущего, не ждет человечество. Другого будущего я увидеть не смог.

    Несмотря на всю мою любовь к научной работе, результаты моих размышлений оказались угнетающими... Теперь мне представляется, что попытка природы создать на этой земле мыслящее животное вполне может кончиться ничем. Доводом в пользу такого заключения служит не только большая и всевозрастающая вероятность развязывания ядерной войны с уничтожением всей жизни на земле. Даже если такую катастрофу удастся предотвратить, ничего, кроме темного будущего, не ждет человечество. Другого будущего я увидеть не смог.

    — Макс Борн · книга
20. «

    Многие дни и ночи напролет я размышлял об ужасах тотального разрушения и пришел к выводу, что мы унаследовали все-таки очень маленькую планету. Она нас не выдержит дольше вместе с нашими глупостями — национализмом, нетерпимостью и предубежденностью. Значит, если мы хотим жить, нужно что-то делать.

    Многие дни и ночи напролет я размышлял об ужасах тотального разрушения и пришел к выводу, что мы унаследовали все-таки очень маленькую планету. Она нас не выдержит дольше вместе с нашими глупостями — национализмом, нетерпимостью и предубежденностью. Значит, если мы хотим жить, нужно что-то делать.

    — Джон Браннер · книга