Подборка: 65 цитат Владимира Маяковского

Владимир Маяковский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 65 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я одинок, как последний глаз у идущего к слепым человека.

   Я одинок, как последний глаз у идущего к слепым человека.
2. «

   Думаю. Мысли, крови сгустки, больные и запекшиеся, лезут из черепа.

   Думаю. Мысли, крови сгустки, больные и запекшиеся, лезут из черепа.
3. «

   Эй! Россия, нельзя ли чего поновее?

   Эй! Россия, нельзя ли чего поновее?
4. «

   — Маяковский, вы считаете себя пролетарским поэтом, коллективистом, а всюду пишите: я, я, я... — А как вы думаете, Николай Второй был коллективистом? А он всегда писал: «Мы, Николай Вторый...» И нельзя везде во всем говорить «мы». А если вы, допустим, начнете объясняться в любви к девушке, что же, вы так и скажете: «Мы вас любим»? Она же спросит: «А сколько вас?»

   — Маяковский, вы считаете себя пролетарским поэтом, коллективистом, а всюду пишите: я, я, я... — А как вы думаете, Николай Второй был коллективистом? А он всегда писал: «Мы, Николай Вторый...» И нельзя везде во всем говорить «мы». А если вы, допустим, начнете объясняться в любви к девушке, что же, вы так и скажете: «Мы вас любим»? Она же спросит: «А сколько вас?»
5. «

   Не ругайте меня мерзавцем за то, что редко пишу. Ей-богу же, я, в сущности, очень милый человек.

   Не ругайте меня мерзавцем за то, что редко пишу. Ей-богу же, я, в сущности, очень милый человек.
6. «

   ... это сквозь жизнь я тащу миллионы огромных чистых любовей и миллион миллионов маленьких грязных любят.

   ... это сквозь жизнь я тащу миллионы огромных чистых любовей и миллион миллионов маленьких грязных любят.
7. «

   Изругивался, вымаливался, резал, лез за кем-то вгрызаться в бока.

   Изругивался, вымаливался, резал, лез за кем-то вгрызаться в бока.
8. «

   – Я должен напомнить товарищу Маяковскому, – горячится коротышка, – старую истину, которая была ещё известна Наполеону: от великого до смешного – один шаг... Маяковский вдруг, смерив расстояние, отделяющее его от говоруна, соглашается: – От великого до смешного – один шаг.

   – Я должен напомнить товарищу Маяковскому, – горячится коротышка, – старую истину, которая была ещё известна Наполеону: от великого до смешного – один шаг... Маяковский вдруг, смерив расстояние, отделяющее его от говоруна, соглашается: – От великого до смешного – один шаг.
9. «

   Вот вы, женщина, на вас белила густо, вы смотрите устрицей из раковин вещей.

   Вот вы, женщина, на вас белила густо, вы смотрите устрицей из раковин вещей.
10. «

    А если сегодня мне, грубому гунну, кривляться перед вами не захочется — и вот я захохочу и радостно плюну, плюну в лицо вам я — бесценных слов транжир и мот.

    А если сегодня мне, грубому гунну, кривляться перед вами не захочется — и вот я захохочу и радостно плюну, плюну в лицо вам я — бесценных слов транжир и мот.
11. «

    Погибнет все. Сойдет на нет. И тот, кто жизнью движет, последний луч над тьмой планет из солнц последних выжжет. И только боль моя острей — стою, огнем обвит, на несгорающем костре немыслимой любви.

    Погибнет все. Сойдет на нет. И тот, кто жизнью движет, последний луч над тьмой планет из солнц последних выжжет. И только боль моя острей — стою, огнем обвит, на несгорающем костре немыслимой любви.
12. «

    Лучше уж от водки умереть, чем от скуки!

    Лучше уж от водки умереть, чем от скуки!
13. «

    Арифметика казалась неправдоподобной. Приходится рассчитывать яблоки и груши, раздаваемые мальчикам. Мне ж всегда давали, и я всегда давал без счета. На Кавказе фруктов сколько угодно.

    Арифметика казалась неправдоподобной. Приходится рассчитывать яблоки и груши, раздаваемые мальчикам. Мне ж всегда давали, и я всегда давал без счета. На Кавказе фруктов сколько угодно.
14. «

    В ушах обрывки тёплого бала, а с севера — снега седей — туман, с кровожадным лицом каннибала, жевал невкусных людей.

    В ушах обрывки тёплого бала, а с севера — снега седей — туман, с кровожадным лицом каннибала, жевал невкусных людей.
15. «

    …И разве, Если захочется очень, Улыбку возьму, Пол-улыбки И мельче, С другими кутя, Потрачу в полночи Рублей пятнадцать лирической мелочи.

    …И разве, Если захочется очень, Улыбку возьму, Пол-улыбки И мельче, С другими кутя, Потрачу в полночи Рублей пятнадцать лирической мелочи.
16. «

    Так что ж?! Любовь заменяете чаем? Любовь заменяете штопкой носков?

    Так что ж?! Любовь заменяете чаем? Любовь заменяете штопкой носков?
17. «

    Смерть не умеет извиняться. Если ж с часами плохо, Мала календарная мера. Мы говорим — «эпоха», Мы говорим — «эра». Мы спим ночь. Днем совершаем поступки. Любим свою толочь воду в своей ступке. А если за всех смог Направлять потоки явлений, Мы говорим — «пророк», Мы говорим — «гений».

    Смерть не умеет извиняться. Если ж с часами плохо, Мала календарная мера. Мы говорим — «эпоха», Мы говорим — «эра». Мы спим ночь. Днем совершаем поступки. Любим свою толочь воду в своей ступке. А если за всех смог Направлять потоки явлений, Мы говорим — «пророк», Мы говорим — «гений».
18. «

    Смотрю, смотрю — и всегда одинаков, любим, близок мне океан.

    Смотрю, смотрю — и всегда одинаков, любим, близок мне океан.
19. «

    Любовь любому рожденному дадена, — но между служб, доходов и прочего со дня на день очерствевает сердечная почва.

    Любовь любому рожденному дадена, — но между служб, доходов и прочего со дня на день очерствевает сердечная почва.
20. «

    Люблю ли я тебя? Я люблю, люблю, несмотря ни на что и благодаря всему, любил, люблю и буду любить, будешь ли ты груба со мной или ласкова, моя или чужая. Всё равно люблю.

    Люблю ли я тебя? Я люблю, люблю, несмотря ни на что и благодаря всему, любил, люблю и буду любить, будешь ли ты груба со мной или ласкова, моя или чужая. Всё равно люблю.