Подборка · 321 цитата автора

321 цитата Владимира Рудольфовича Соловьева: от иронии до философии

Ниже 321 цитата Владимира Рудольфовича Соловьева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 50 75 100 125 150 200 250 300 319 320 322 323 все варианты

Мы стоим на грани колоссального взрыва. Потому что будет борьба за новый технологический уклад и за новую экономику. И мне кажется, что то, что произошло сейчас, сильно напрягло американцев. Их представление о том, что России уже нет, этот коронавирусный год поставил под сомнение. Ожидали, что в России будет полный провал, но он не случился. И они не понимают почему. Они считали, что не будет вакцины, что должна рухнуть экономика, а все пошло не так, как они планировали. Они вдруг поняли, что они что-то про нас не понимают.
Мы стоим на грани колоссального взрыва. Потому что будет борьба за новый технологический уклад и за новую экономику. И мне кажется, что то, что произошло сейчас, сильно напрягло американцев. Их представление о том, что России уже нет, этот коронавирусный год поставил под сомнение. Ожидали, что в России будет полный провал, но он не случился. И они не понимают почему. Они считали, что не будет вакцины, что должна рухнуть экономика, а все пошло не так, как они планировали. Они вдруг поняли, что они что-то про нас не понимают.
В войне главный итог для бойца — это выжить. Это награда для него. В бою и поединке есть главное различие, в поединке — это победа, а в бою — выжить. В войне нет второго места и нет промежуточных итогов. Победа не гарантирует жизнь, и потому думают до боя, а в бою уже только действуют.
В войне главный итог для бойца — это выжить. Это награда для него. В бою и поединке есть главное различие, в поединке — это победа, а в бою — выжить. В войне нет второго места и нет промежуточных итогов. Победа не гарантирует жизнь, и потому думают до боя, а в бою уже только действуют.
Когда Карен Георгиевич говорил, я хотел высказать крамольную мысль. Вот заметьте, на Западе что бы ни происходило, они уверены, что по своей сути, ну будет другой президент, но строю ничего не угрожает. Но зато они каждый раз уверены, что когда речь идет о России, то как только будет изменение в руководящем составе, со страной произойдет нечто. Почему такая ненависть? Может я неправ. У меня возникла такая нехорошая мысль. А потому что на самом деле человеческим порокам капиталистический строй с обслуживающим его политическим устройством естественен. Потому что он как раз ведет человека вниз. А любая попытка создать нечто иное, вначале обусловленное православием, а затем обусловленное попыткой создания социалистического строя — это выход над собой. Это попытка пойти против этой ниспадающей тенденции к гибели. Именно поэтому требует совершенно других усилий. Потому что естественно человеку стремиться к злу. И капитализм открывает для этого все дороги. Называя это конкуренцией, абсолютным эгоизмом, абсолютной формой развращения и извращения, потакания. А та модель, которую пытались построить в нашей стране, причем изначально, со времен православной империи, была как раз восходящей, то, о чем говорит С. Е. Кургинян. О восхождении. Поэтому требует других усилий, но и более сложной конструкции. Путь вниз всегда прост. Путь наверх всегда тяжел.
Когда Карен Георгиевич говорил, я хотел высказать крамольную мысль. Вот заметьте, на Западе что бы ни происходило, они уверены, что по своей сути, ну будет другой президент, но строю ничего не угрожает. Но зато они каждый раз уверены, что когда речь идет о России, то как только будет изменение в руководящем составе, со страной произойдет нечто. Почему такая ненависть? Может я неправ. У меня возникла такая нехорошая мысль. А потому что на самом деле человеческим порокам капиталистический строй с обслуживающим его политическим устройством естественен. Потому что он как раз ведет человека вниз. А любая попытка создать нечто иное, вначале обусловленное православием, а затем обусловленное попыткой создания социалистического строя — это выход над собой. Это попытка пойти против этой ниспадающей тенденции к гибели. Именно поэтому требует совершенно других усилий. Потому что естественно человеку стремиться к злу. И капитализм открывает для этого все дороги. Называя это конкуренцией, абсолютным эгоизмом, абсолютной формой развращения и извращения, потакания. А та модель, которую пытались построить в нашей стране, причем изначально, со времен православной империи, была как раз восходящей, то, о чем говорит С. Е. Кургинян. О восхождении. Поэтому требует других усилий, но и более сложной конструкции. Путь вниз всегда прост. Путь наверх всегда тяжел.
Мне кажется, мы допускаем несколько принципиальных ошибок. Во-первых, мы допускаем привычную ошибку. Мы позволяем им писать правила игры. Мы не высказываем свою позицию. Мы входим и пытаемся в оставленном нам коридоре возможностей что-то сделать. Еще особенность. У нас до сих пор живут люди, которые в своей жизни не сделали ни одного удачного начинания. зато похоронили правое движение, убили электроэнергетику, убили правильное отношение к приватизации, предложив безграмотную приватизационную модель. Но вопрос принципиальный. Они же против стали. Мол, российская сталь грязная. А сталь — это оборона. Отказаться от стали? На пластике строить? Из бамбука?
Мне кажется, мы допускаем несколько принципиальных ошибок. Во-первых, мы допускаем привычную ошибку. Мы позволяем им писать правила игры. Мы не высказываем свою позицию. Мы входим и пытаемся в оставленном нам коридоре возможностей что-то сделать. Еще особенность. У нас до сих пор живут люди, которые в своей жизни не сделали ни одного удачного начинания. зато похоронили правое движение, убили электроэнергетику, убили правильное отношение к приватизации, предложив безграмотную приватизационную модель. Но вопрос принципиальный. Они же против стали. Мол, российская сталь грязная. А сталь — это оборона. Отказаться от стали? На пластике строить? Из бамбука?
Америка прекрасная страна — для американцев! Попытка перенести американский опыт на любую другую стану, как правило, приводила к крайне негативным последствиям!
Общество, когда разрушает семью — оно разрушает себя.
Если я правильно понял, то Владимир Вольфович [Жириновский] предложил очень интересную конструкцию: что Трамп обветшавшую старушку-Европу на саночках везёт в зимний русский лес, то есть подталкивает Европу к нам в объятия, а там русский медведь...
Если я правильно понял, то Владимир Вольфович [Жириновский] предложил очень интересную конструкцию: что Трамп обветшавшую старушку-Европу на саночках везёт в зимний русский лес, то есть подталкивает Европу к нам в объятия, а там русский медведь...
Интересно, а Славе пойдёт майка с надписью: «Слабоумие и отвага»? Это прекрасный девиз!
У нас проблема в том, что у нас оппозиционеры перестали воспринимать народ как источник власти и легитимности. Они хорошо понимают, что не могут выиграть никакие выборы. Поэтому это все (доклад) напоминает как раз заяву на ярлык на княжение. Т.е. когда войдут оккупационные войска — вот мы здесь. Они же всюду пишут, что они реально выборы выиграть не могут, что народ — плох, зараженный всякими имперскими идеями. Почему мы говорим о 90-х. Потому что после приезда Ельцына (Боже, благослови...) и унижения всей страны, кому первому позвонил Ельцын после позора Беловежской Пущи? Американскому президенту. Они наносят гигантский удар по демократии в России. Потому что они показывают, что есть существенный круг оппозиции, который считает для себя единственным источником власти не народ и своего избирателя, которого у них нет, а иностранного хозяина.
У нас проблема в том, что у нас оппозиционеры перестали воспринимать народ как источник власти и легитимности. Они хорошо понимают, что не могут выиграть никакие выборы. Поэтому это все (доклад) напоминает как раз заяву на ярлык на княжение. Т.е. когда войдут оккупационные войска — вот мы здесь. Они же всюду пишут, что они реально выборы выиграть не могут, что народ — плох, зараженный всякими имперскими идеями. Почему мы говорим о 90-х. Потому что после приезда Ельцына (Боже, благослови...) и унижения всей страны, кому первому позвонил Ельцын после позора Беловежской Пущи? Американскому президенту. Они наносят гигантский удар по демократии в России. Потому что они показывают, что есть существенный круг оппозиции, который считает для себя единственным источником власти не народ и своего избирателя, которого у них нет, а иностранного хозяина.
Есть движение народа, который осознает, что единственной формой его существования является империя. Если власть не услышит и не даст необходимые атрибуты, в частности идеологию, то придет следующее поколение. Понимаете, есть имперский народ, а есть....., для которых нет ценности империи. Поэтому сейчас должна прийти новая элита. Это не категория возраста. Это категория осознания ответственности. Которая должна ответить чаяниям народа. А не продажной элитке 90-х. А эти чаяния были выражены в частности в движении Бессмертный полк. Вот это как раз проявление народных чаяний.
Есть движение народа, который осознает, что единственной формой его существования является империя. Если власть не услышит и не даст необходимые атрибуты, в частности идеологию, то придет следующее поколение. Понимаете, есть имперский народ, а есть....., для которых нет ценности империи. Поэтому сейчас должна прийти новая элита. Это не категория возраста. Это категория осознания ответственности. Которая должна ответить чаяниям народа. А не продажной элитке 90-х. А эти чаяния были выражены в частности в движении Бессмертный полк. Вот это как раз проявление народных чаяний.
1947 год был совсем другим. Потому что были осознанные, выраженные идеологии на подъеме. Была эйфория Великой Победы. Сейчас мы подошли к моменту старения идеологий. Нет доминирующих идей. И в этом большая проблема. Сейчас главный вызов — кто для себя и для своего народа сможет сформулировать не на практике отторжения и непризнания, а на работе первым темпом. И не для мира, а в первую очередь для себя. И нам здесь тяжелее всего. Потому что мы исторически были вынуждены отвечать на вызовы. Мы вторичны последние 30 лет точно. И исходя из этого нужно по-другому смотреть на нашу элиту. И вообще понять, что такое наша элита. И кто мы. Но этот вопрос никогда не возникает у людей. Человек никогда не задает себе вопрос: ты кто? Внутри себя он всегда понимает. Поэтому эти вопросы элиты всегда идут от того, что они не понимают, кто они по отношению к глубинному государству. Не в американском понимании, а в понимании простого человека. Потому что либо ты свой, либо чужой. Если свой, ты думаешь об интересах людей, с которыми ты живешь, страны, развития. А не о том, как ее как можно скорее сдать. Нам не надо играться в эти игры. Нам надо четко понимать кто мы. Нам наша история это четко объясняет. Посмотрите защитников Брестской крепости. Посмотрите героев войны 1812 года. Мы всегда брали единством. А все остальное — от лукавого.
1947 год был совсем другим. Потому что были осознанные, выраженные идеологии на подъеме. Была эйфория Великой Победы. Сейчас мы подошли к моменту старения идеологий. Нет доминирующих идей. И в этом большая проблема. Сейчас главный вызов — кто для себя и для своего народа сможет сформулировать не на практике отторжения и непризнания, а на работе первым темпом. И не для мира, а в первую очередь для себя. И нам здесь тяжелее всего. Потому что мы исторически были вынуждены отвечать на вызовы. Мы вторичны последние 30 лет точно. И исходя из этого нужно по-другому смотреть на нашу элиту. И вообще понять, что такое наша элита. И кто мы. Но этот вопрос никогда не возникает у людей. Человек никогда не задает себе вопрос: ты кто? Внутри себя он всегда понимает. Поэтому эти вопросы элиты всегда идут от того, что они не понимают, кто они по отношению к глубинному государству. Не в американском понимании, а в понимании простого человека. Потому что либо ты свой, либо чужой. Если свой, ты думаешь об интересах людей, с которыми ты живешь, страны, развития. А не о том, как ее как можно скорее сдать. Нам не надо играться в эти игры. Нам надо четко понимать кто мы. Нам наша история это четко объясняет. Посмотрите защитников Брестской крепости. Посмотрите героев войны 1812 года. Мы всегда брали единством. А все остальное — от лукавого.
Врага простить можно, а предателя — никогда.
Гибридная война Америки против России переходит в новую фазу. Они готовятся к настоящему горячему конфликту. Предстоящие учения НАТО называют отработкой войны с Россией. Западные политики пытаются переформатировать мировой порядок и заменить его неким порядком, основанным на правилах. Они уверены, что эти правила пишут они сами, и об этом впрямую заявляют. Эта неделя показалась мне крайне неприятной. Во многом из-за того, что стало ясно, что мы говорим на совершенно другом языке. Это не лучше и не хуже, но Запад и мы говорим на разных языках. Мы вкладываем разные смыслы в одни и те же слова.
Гибридная война Америки против России переходит в новую фазу. Они готовятся к настоящему горячему конфликту. Предстоящие учения НАТО называют отработкой войны с Россией. Западные политики пытаются переформатировать мировой порядок и заменить его неким порядком, основанным на правилах. Они уверены, что эти правила пишут они сами, и об этом впрямую заявляют. Эта неделя показалась мне крайне неприятной. Во многом из-за того, что стало ясно, что мы говорим на совершенно другом языке. Это не лучше и не хуже, но Запад и мы говорим на разных языках. Мы вкладываем разные смыслы в одни и те же слова.
Демократия не ставит вопросы: «хорошо» или «плохо». Демократия — это, в первую очередь, процедуры и их соблюдение.
Оппозиция просила у Запада ввести санкции против наших граждан, я — один из них, притом так забавно, я читаю и думаю: вот же! Друзья Путина — нет, не попадаю в категорию друзей Путина. Олигархи... Поглядел в карманах. Нет, не олигарх. Руководители крупных предприятий, силовики — нет, никак. Один — журналист. Это как же я больно им сделал, что свои мелочные смешные хотелки они пытаются перевести в разряд большой политики. Хочу напомнить. Это уже было в истории. Гитлер своим личным врагом считал Левитана. Я, конечно, не Левитан, да и вы, правильным путем идете, но еще не дошли.
Оппозиция просила у Запада ввести санкции против наших граждан, я — один из них, притом так забавно, я читаю и думаю: вот же! Друзья Путина — нет, не попадаю в категорию друзей Путина. Олигархи... Поглядел в карманах. Нет, не олигарх. Руководители крупных предприятий, силовики — нет, никак. Один — журналист. Это как же я больно им сделал, что свои мелочные смешные хотелки они пытаются перевести в разряд большой политики. Хочу напомнить. Это уже было в истории. Гитлер своим личным врагом считал Левитана. Я, конечно, не Левитан, да и вы, правильным путем идете, но еще не дошли.
Сегодня адвокат А. О. Горгадзе гениально сказал, что задача адвоката — не устанавливать, справедливо или несправедливо. Адвокат имеет дело с правоприменительной практикой и законами. Поэтому и судья действует и принимает решения на основании законов. А вот понятие справедливости идет к депутатам. Которые должны принимать законы, пытаясь максимально учитывать понятие справедливости. Которое по своей природе глубоко религиозно. Вся русская классическая литература глубоко религиозна. Понятие истории глубоко религиозно. И то, что принципиально отличает нас от тех людей, которые правили в 90-е, и которые предали Родину, растоптали, уничтожили, и которые считают, что это их хождение по стране как по буфету и было демократией. Мы относимся к своей истории религиозно. Религиозный человек понимает, что все происходит здесь и сейчас. И великие победы Великой Отечественной войны — происходили не тогда, давно, и Куликовская битва, и ледовое побоище, и крещение Руси — это не давние вопросы, а это часть нашего менталитета. Для русского человека это всегда здесь и сейчас. — Да, но Россия — светское государство (реплика Игоря Минтусова) Это вы, человек, считающий, что для вас нет греха, нет морали, и вы прикрываете собственную аморальность а безнравственность фразой про светское государство. И тут же, как интеллигентный человек, скажете, нет, я может быть и атеист, но я высоко морален. Потому что даже в подсознании в ваше воспитание заложены религиозные основы. И как бы вы от них ни бежали, они вас догоняют. Они вас догоняют «Войной и миром», Достоевским, Гоголем, русским языком. Боритесь с этим. Все равно не сможете победить.
Сегодня адвокат А. О. Горгадзе гениально сказал, что задача адвоката — не устанавливать, справедливо или несправедливо. Адвокат имеет дело с правоприменительной практикой и законами. Поэтому и судья действует и принимает решения на основании законов. А вот понятие справедливости идет к депутатам. Которые должны принимать законы, пытаясь максимально учитывать понятие справедливости. Которое по своей природе глубоко религиозно. Вся русская классическая литература глубоко религиозна. Понятие истории глубоко религиозно. И то, что принципиально отличает нас от тех людей, которые правили в 90-е, и которые предали Родину, растоптали, уничтожили, и которые считают, что это их хождение по стране как по буфету и было демократией. Мы относимся к своей истории религиозно. Религиозный человек понимает, что все происходит здесь и сейчас. И великие победы Великой Отечественной войны — происходили не тогда, давно, и Куликовская битва, и ледовое побоище, и крещение Руси — это не давние вопросы, а это часть нашего менталитета. Для русского человека это всегда здесь и сейчас. — Да, но Россия — светское государство (реплика Игоря Минтусова) Это вы, человек, считающий, что для вас нет греха, нет морали, и вы прикрываете собственную аморальность а безнравственность фразой про светское государство. И тут же, как интеллигентный человек, скажете, нет, я может быть и атеист, но я высоко морален. Потому что даже в подсознании в ваше воспитание заложены религиозные основы. И как бы вы от них ни бежали, они вас догоняют. Они вас догоняют «Войной и миром», Достоевским, Гоголем, русским языком. Боритесь с этим. Все равно не сможете победить.
Я думаю, что сейчас начнется, и мы у себя это будем точно делать, это серьезная философская дискуссия. Фукуяма доказал свою абсолютную несостоятельность как мыслитель. Ни о каком конце истории речь не только не идет, важно другое. У нас выросло целое поколение политической элиты, глубоко убежденной, что Америка — это идеал. Сейчас выяснилось, что ничего общего.
Я думаю, что сейчас начнется, и мы у себя это будем точно делать, это серьезная философская дискуссия. Фукуяма доказал свою абсолютную несостоятельность как мыслитель. Ни о каком конце истории речь не только не идет, важно другое. У нас выросло целое поколение политической элиты, глубоко убежденной, что Америка — это идеал. Сейчас выяснилось, что ничего общего.
— Прочитал новую книжку. Рекомендую. Некто Вудворд. Называется «Страх». Человек, который в близком узком кругу Трампа. Есть предисловие, что он все-таки сочувствует демократам. Хорошо, пусть сочувствует. Но если даже пятьдесят процентов того, что он пишет — правда, то в принципе там полный бардак. В администрации Трампа полный бардак. Меня особенно позабавили такие пассажи. Обсуждается вопрос введения пошлин на антибиотики. Трамп хочет ввести. Ему говорят: слушайте, если мы введем пошлины на антибиотики, вы лишите американцев пенициллина, потому что оказывается Америка ничего не выпускает. Оказывается, антибиотики вообще не производятся в Америке. Они все уже вывели давно за рубеж, и то, что потребляют американцы... Это пишет человек, который находится в американской власти. Второе. Оказывается главные противники пошлины на американскую сталь — американские автомобильные компании. Потому что они — главный потребитель американской стали. Я уже говорил, что это — аналог советской перестройки, того, что происходило в недрах советской системы, особенно после 1989 года. <...> Власть абсолютно не контролировала ситуацию. У меня ощущение, что то же самое происходит в США. <...> Происходит ситуация, в которой финансовая олигархия, финансовые глобалисты конфликтуют с реальной Америкой. Которую представляет Трамп. Как у нас в свое время Горбачев. Он чувствует, что необходимы перемены. Когда он пришел, он был полностью поддержан советским народом. Все хотели этих перемен. Но весь вопрос был в том, что было непонятно, и никто не знал, как их делать. То же самое и с Трампом. — Надо Чубайса послать. Он точно не знает что делать, зато доведет дело до цугундера. Забьет последний гвоздь в крышку капитализма. — Америка — страна с огромной ядерной мощью. И хаос внутри ее политической системы, конечно, представляет опасность. Потому что никто не знает, чем это закончится.
— Прочитал новую книжку. Рекомендую. Некто Вудворд. Называется «Страх». Человек, который в близком узком кругу Трампа. Есть предисловие, что он все-таки сочувствует демократам. Хорошо, пусть сочувствует. Но если даже пятьдесят процентов того, что он пишет — правда, то в принципе там полный бардак. В администрации Трампа полный бардак. Меня особенно позабавили такие пассажи. Обсуждается вопрос введения пошлин на антибиотики. Трамп хочет ввести. Ему говорят: слушайте, если мы введем пошлины на антибиотики, вы лишите американцев пенициллина, потому что оказывается Америка ничего не выпускает. Оказывается, антибиотики вообще не производятся в Америке. Они все уже вывели давно за рубеж, и то, что потребляют американцы... Это пишет человек, который находится в американской власти. Второе. Оказывается главные противники пошлины на американскую сталь — американские автомобильные компании. Потому что они — главный потребитель американской стали. Я уже говорил, что это — аналог советской перестройки, того, что происходило в недрах советской системы, особенно после 1989 года. <...> Власть абсолютно не контролировала ситуацию. У меня ощущение, что то же самое происходит в США. <...> Происходит ситуация, в которой финансовая олигархия, финансовые глобалисты конфликтуют с реальной Америкой. Которую представляет Трамп. Как у нас в свое время Горбачев. Он чувствует, что необходимы перемены. Когда он пришел, он был полностью поддержан советским народом. Все хотели этих перемен. Но весь вопрос был в том, что было непонятно, и никто не знал, как их делать. То же самое и с Трампом. — Надо Чубайса послать. Он точно не знает что делать, зато доведет дело до цугундера. Забьет последний гвоздь в крышку капитализма. — Америка — страна с огромной ядерной мощью. И хаос внутри ее политической системы, конечно, представляет опасность. Потому что никто не знает, чем это закончится.
— Карен Шахназаров
— Я не согласен с Андреем, который произнес фразу о том, куда мы идём. Куда мы идём, мало кто знает. И куда мы придём, никто не знает. — Если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах [реплика Владимира Соловьева] — Как мы идём — вот это очень важный момент. По поводу базовых ценностей. Небезразличие — одна из базовых ценностей. Конечно семья, и много ещё каких реальных вещей... Они как правило при рождении и при похоронах очень чувствуются. Они ещё чувствуются, когда я задаю вопрос русскоговорящим: если завтра начнется третья мировая, ты какой китель наденешь — вермахта, или всё-таки вернёшься? Молчат. Не хотят отвечать. Если беда придёт — мы вместе? Или доллары будем отсчитывать? Комфортность будем создавать? Да, мне хочется жить богато. Но постучаться в дверь, и чтобы тебе кровь сдали... Или хлебом поделились. Это — коллективная ценность. Её пробовали разрушить неоднократно. Небезразличие — ценность, которую я не вижу на Западе.
— Я не согласен с Андреем, который произнес фразу о том, куда мы идём. Куда мы идём, мало кто знает. И куда мы придём, никто не знает. — Если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах [реплика Владимира Соловьева] — Как мы идём — вот это очень важный момент. По поводу базовых ценностей. Небезразличие — одна из базовых ценностей. Конечно семья, и много ещё каких реальных вещей... Они как правило при рождении и при похоронах очень чувствуются. Они ещё чувствуются, когда я задаю вопрос русскоговорящим: если завтра начнется третья мировая, ты какой китель наденешь — вермахта, или всё-таки вернёшься? Молчат. Не хотят отвечать. Если беда придёт — мы вместе? Или доллары будем отсчитывать? Комфортность будем создавать? Да, мне хочется жить богато. Но постучаться в дверь, и чтобы тебе кровь сдали... Или хлебом поделились. Это — коллективная ценность. Её пробовали разрушить неоднократно. Небезразличие — ценность, которую я не вижу на Западе.
— Владимир Владимирович Сергиенко
Лев Толстой не случайно был предан анафеме. И запутался абсолютно во всем, в частности в вопросах патриотизма. Потому что с одной стороны он осуждает патриотизм, а с другой стороны в «Севастопольских рассказах» пишет об этот глубоком присущем каждому русскому любви к Родине, которая живет в нем, что и есть патриотизм. Но у него как-то два плюс два в голове не складывается. Не надо требовать от великого писателя, чтобы он был великим философом.
Лев Толстой не случайно был предан анафеме. И запутался абсолютно во всем, в частности в вопросах патриотизма. Потому что с одной стороны он осуждает патриотизм, а с другой стороны в «Севастопольских рассказах» пишет об этот глубоком присущем каждому русскому любви к Родине, которая живет в нем, что и есть патриотизм. Но у него как-то два плюс два в голове не складывается. Не надо требовать от великого писателя, чтобы он был великим философом.

20 из 321