30 коротких цитат Владислава Николаевича Листьева

Подборка из 30 цитат Владислава Николаевича Листьева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чтобы «приложить» кого-то, нужны факты. Если бы у меня были железные факты, тогда я бы пошёл на это, но только когда проверена вся фактологическая сторона дела. Потому что огульных обвинений можно выдвигать массу. Разговор на уровне «сам дурак», это не разговор. Это позавчерашний день нашей журналистики. Сейчас нужно очень чётко выстраивать свою позицию и аргументированно, а для этого нужны факты. Но чтобы добыть эти факты, нужна очень большая работа.

   Чтобы «приложить» кого-то, нужны факты. Если бы у меня были железные факты, тогда я бы пошёл на это, но только когда проверена вся фактологическая сторона дела. Потому что огульных обвинений можно выдвигать массу. Разговор на уровне «сам дурак», это не разговор. Это позавчерашний день нашей журналистики. Сейчас нужно очень чётко выстраивать свою позицию и аргументированно, а для этого нужны факты. Но чтобы добыть эти факты, нужна очень большая работа.
2. «

   — Ваше мнение об интеллигенции за последний год? — Единственное, что я могу сказать, — это неизбывное. Это явление нельзя избыть в русской жизни. И если чуть-чуть отодвинуться от московских, так сказать, политических тусовок и попасть в Торжок или Кострому — вы увидите русскую интеллигенцию. Совершенно неистребимое племя. Притом что это необязательно аристократы по происхождению или дворяне. <...> Я убеждён, что быть интеллигентом — это можно воспитать. Я убеждён, что с детства можно ограничивать ребёнка от хамства, в том числе и от собственного. Это гораздо проще проявлять, не нужно труда.

   — Ваше мнение об интеллигенции за последний год? — Единственное, что я могу сказать, — это неизбывное. Это явление нельзя избыть в русской жизни. И если чуть-чуть отодвинуться от московских, так сказать, политических тусовок и попасть в Торжок или Кострому — вы увидите русскую интеллигенцию. Совершенно неистребимое племя. Притом что это необязательно аристократы по происхождению или дворяне. <...> Я убеждён, что быть интеллигентом — это можно воспитать. Я убеждён, что с детства можно ограничивать ребёнка от хамства, в том числе и от собственного. Это гораздо проще проявлять, не нужно труда.

   — Зиновий Гердт
3. «

   Откуда взять демократов-то в стране? Ну вот откуда? Как само понятие, оно очень привлекательно, и очень многие люди потянулись к нему, желая даже внутренне измениться. Но измениться они не могут, и тем более, когда начинают руководить, вы посмотрите, как разросся аппарат в правительстве, разросся аппарат у президента. В ЦК КПСС, в политбюро не было такого аппарата, по количеству даже людей, по дублированию функций и так далее, министерств, отделов и так далее. Люди те же самые, которые сидели на Старой площади, большинство и сидит на Старой площади. Они-то и не собирались быть демократами, они выполняют свою роль.

   Откуда взять демократов-то в стране? Ну вот откуда? Как само понятие, оно очень привлекательно, и очень многие люди потянулись к нему, желая даже внутренне измениться. Но измениться они не могут, и тем более, когда начинают руководить, вы посмотрите, как разросся аппарат в правительстве, разросся аппарат у президента. В ЦК КПСС, в политбюро не было такого аппарата, по количеству даже людей, по дублированию функций и так далее, министерств, отделов и так далее. Люди те же самые, которые сидели на Старой площади, большинство и сидит на Старой площади. Они-то и не собирались быть демократами, они выполняют свою роль.
4. «

   — В чём секрет такого жизнелюбия, такого оптимизма на фоне, когда у многих пессимистические настроения? — Думаю, что жизнелюбие и любовь к труду. К своей профессии. Я беспрерывно работала. — То есть работа фактически может спасти человека? — Да. «Работа — моя жизненная функция», — сказал Жюль Верн, и я с ним совершенно согласна.

   — В чём секрет такого жизнелюбия, такого оптимизма на фоне, когда у многих пессимистические настроения? — Думаю, что жизнелюбие и любовь к труду. К своей профессии. Я беспрерывно работала. — То есть работа фактически может спасти человека? — Да. «Работа — моя жизненная функция», — сказал Жюль Верн, и я с ним совершенно согласна.

   — Лидия Смирнова
5. «

   — Когда существовала цензура, вам не говорили, что вы [в своих монологах] издеваетесь над российскими женщинами? — Нет, никогда. Были, конечно, партийные дамы в своё время, которые считали, что я издеваюсь. У Михаила Михайловича Жванецкого был такой монолог, в котором женщина говорит: «Ду-ду-ду, топ-топ-топ, страна дрожит: то наши бабы на работу идут». И одна из таких дам пришла ко мне после концерта и сказала: «Где вы видели нашу женщину, чтобы «ду-ду, топ-топ, земля дрожит»? Это что вы издеваетесь?» На что я очень робко ей сказала: «Это вы не видите, потому что вы в машинах ездите, а я езжу в метро. Спуститесь в метро — и вы увидите таких женщин.

   — Когда существовала цензура, вам не говорили, что вы [в своих монологах] издеваетесь над российскими женщинами? — Нет, никогда. Были, конечно, партийные дамы в своё время, которые считали, что я издеваюсь. У Михаила Михайловича Жванецкого был такой монолог, в котором женщина говорит: «Ду-ду-ду, топ-топ-топ, страна дрожит: то наши бабы на работу идут». И одна из таких дам пришла ко мне после концерта и сказала: «Где вы видели нашу женщину, чтобы «ду-ду, топ-топ, земля дрожит»? Это что вы издеваетесь?» На что я очень робко ей сказала: «Это вы не видите, потому что вы в машинах ездите, а я езжу в метро. Спуститесь в метро — и вы увидите таких женщин.

   — Клара Новикова
6. «

   — Это, наверное, мужчины придумали. Потому что никто ведь не скажет из мужчин про свою спутницу жизни — «Плохонькая, но моя». А вот для женщин говорят: «Ну пусть плохонький, но для неё». — Это так внедрено в наше сознание. Вот так положено — чтобы у женщины рядом был обязательно мужчина, какой-никакой. Я считаю, что какой-никакой не надо, лучше тогда вообще не надо.

   — Это, наверное, мужчины придумали. Потому что никто ведь не скажет из мужчин про свою спутницу жизни — «Плохонькая, но моя». А вот для женщин говорят: «Ну пусть плохонький, но для неё». — Это так внедрено в наше сознание. Вот так положено — чтобы у женщины рядом был обязательно мужчина, какой-никакой. Я считаю, что какой-никакой не надо, лучше тогда вообще не надо.

   — Галина Волчек
7. «

   Не правы те люди, которые говорят, что для них существует только работа, а на всё остальное работы души не хватает. Это неправда. Эти люди просто-напросто не умеют работать. Или же они настолько очерствели, что разучились радоваться жизни, а каждый день наряду с кучей забот, которые он приносит, всё равно дарит какие-то маленькие радости. И если акцентировать внимание на этих маленьких радостях, а это может быть просто улыбка женщины, даже той, которую ты не знаешь — испытаешь изумительные ощущения. Одним словом, каждый день должен дарить радость человеку.

   Не правы те люди, которые говорят, что для них существует только работа, а на всё остальное работы души не хватает. Это неправда. Эти люди просто-напросто не умеют работать. Или же они настолько очерствели, что разучились радоваться жизни, а каждый день наряду с кучей забот, которые он приносит, всё равно дарит какие-то маленькие радости. И если акцентировать внимание на этих маленьких радостях, а это может быть просто улыбка женщины, даже той, которую ты не знаешь — испытаешь изумительные ощущения. Одним словом, каждый день должен дарить радость человеку.
8. «

   — Что вы любите в мужчинах больше всего? — Ум и великодушие. Хорошее качество мужское. — Можно быть умным, но при этом оставаться занудой, например, или иметь абсолютно скользкий характер. Что такое ум? — Интеллект. Я не говорю, что мне очень нравятся мужчины, умные от природы, сохие. <...> Мне кажется, если человек умён, он умеет делать всё в этой жизни.

   — Что вы любите в мужчинах больше всего? — Ум и великодушие. Хорошее качество мужское. — Можно быть умным, но при этом оставаться занудой, например, или иметь абсолютно скользкий характер. Что такое ум? — Интеллект. Я не говорю, что мне очень нравятся мужчины, умные от природы, сохие. <...> Мне кажется, если человек умён, он умеет делать всё в этой жизни.

   — Татьяна Дмитракова
9. «

   — Как определяется грань? Что становится классикой, а что нет? <...> — Кукольник писал: «Пока живёт поэзия Кукольника, поэзия не умрёт». Где Кукольник? Нету. Если вы можете узнать с первых трёх строчек, что это Пушкин, а это Фет, а это Лермонтов... Это Бах, а это Прокофьев. — А это Таривердиев... — Таривердиева оставим в покое. Пока он не помер, оставим в покое... Если вы можете узнать, это тоже входит в комплект. Вы должны узнавать музыку. Тогда это композитор, потому что иначе это автор. Один из многих.

   — Как определяется грань? Что становится классикой, а что нет? <...> — Кукольник писал: «Пока живёт поэзия Кукольника, поэзия не умрёт». Где Кукольник? Нету. Если вы можете узнать с первых трёх строчек, что это Пушкин, а это Фет, а это Лермонтов... Это Бах, а это Прокофьев. — А это Таривердиев... — Таривердиева оставим в покое. Пока он не помер, оставим в покое... Если вы можете узнать, это тоже входит в комплект. Вы должны узнавать музыку. Тогда это композитор, потому что иначе это автор. Один из многих.

   — Микаэл Леонович Таривердиев
10. «

    Газеты похожи на собак. Есть породистые, а есть дворовые.

    Газеты похожи на собак. Есть породистые, а есть дворовые.
11. «

    У нас всё, что ни делается, то к лучшему, а то, что к лучшему, то не делается.

    У нас всё, что ни делается, то к лучшему, а то, что к лучшему, то не делается.
12. «

    — То, что происходит сейчас, это катастрофа... или же, это, скажем так, довольно долговременная трудность и сложность, и мы будем постепенно выбираться из этого? — Обязательно выберемся! Вот эти вот «новые русские»... Они новые, но не свежие. Мессии со всех сторон лезут. <...> Никто не начинает ничего без присказки «в наше трудное время», «у нас невозможный быт», «в нашей экономической пропасти». На презентации, где всё ломится от икры, где тут же начинается: «В наше невозможное время...» Что невозможного-то? Обжираловка! Я думаю, если вдруг завтра будет замечательно, обязательно останется «в наше лёгкое время, может быть, мы дождёмся катастрофы».

    — То, что происходит сейчас, это катастрофа... или же, это, скажем так, довольно долговременная трудность и сложность, и мы будем постепенно выбираться из этого? — Обязательно выберемся! Вот эти вот «новые русские»... Они новые, но не свежие. Мессии со всех сторон лезут. <...> Никто не начинает ничего без присказки «в наше трудное время», «у нас невозможный быт», «в нашей экономической пропасти». На презентации, где всё ломится от икры, где тут же начинается: «В наше невозможное время...» Что невозможного-то? Обжираловка! Я думаю, если вдруг завтра будет замечательно, обязательно останется «в наше лёгкое время, может быть, мы дождёмся катастрофы».

    — Александр Анатольевич Ширвиндт
13. «

    — Какой фильм, с вашей точки зрения, наиболее правдиво показывающий войну? Или нельзя говорить о художественных фильмах как о самых правдивых фильмах, потому что война многолика и многообразна? — ... Лучший фильм о войне — это всё-таки фильм Сергея Фёдоровича Бондрачука — «Судьба человека». Мне кажется, это настолько объёмно, настолько полифонично. И дело даже не только в широте объятий судьбы человеческой, а дело в той огромной силе оптимизма. Какие страдания человек испытал... Немыслимые, нечеловеческие. Я помню, когда я вышел из кинотеатра, мне вдруг хотелось кидаться работать, что-то делать. Что-то надо делать. И это то, что сегодня, как мне кажется, не хватает нашим фильмам.

    — Какой фильм, с вашей точки зрения, наиболее правдиво показывающий войну? Или нельзя говорить о художественных фильмах как о самых правдивых фильмах, потому что война многолика и многообразна? — ... Лучший фильм о войне — это всё-таки фильм Сергея Фёдоровича Бондрачука — «Судьба человека». Мне кажется, это настолько объёмно, настолько полифонично. И дело даже не только в широте объятий судьбы человеческой, а дело в той огромной силе оптимизма. Какие страдания человек испытал... Немыслимые, нечеловеческие. Я помню, когда я вышел из кинотеатра, мне вдруг хотелось кидаться работать, что-то делать. Что-то надо делать. И это то, что сегодня, как мне кажется, не хватает нашим фильмам.

    — Евгений Матвеев
14. «

    — Умение женщины найти место в жизни зависит от удачи, от судьбы или от каких-то действий самого человека, самой женщины? — ... Женщина вообще-то сама выбирает. И стечение обстоятельств. Не случай. Я не верю в случайность. Я верю, что всё идёт оттуда, всё идёт свыше.

    — Умение женщины найти место в жизни зависит от удачи, от судьбы или от каких-то действий самого человека, самой женщины? — ... Женщина вообще-то сама выбирает. И стечение обстоятельств. Не случай. Я не верю в случайность. Я верю, что всё идёт оттуда, всё идёт свыше.

    — Лидия Федосеева-Шукшина
15. «

    — Скажите, интриганство в актёрской среде, это, наверное, для вас особенно актуально? — ... Меня очень любили, когда я не работала, не снималась. Меня очень жалели, любили, было много друзей. Странная вещь. Но когда пришёл успех, те же люди, которые в общем-то недоумевали, почему актриса, которая может что-то делать, не работает. В самые лучшие годы, когда не страшно приближение камеры, когда «всё могу». Когда в пике сила, энергия, лицо... когда нет ножниц, я не снималась. И все недоумевали. А потом те же люди, которые недоумевали, когда я много стала работать, начали говорить: «Что-то тебя много стало. Мелькаешь, мелькаешь...» Это, конечно, больно.

    — Скажите, интриганство в актёрской среде, это, наверное, для вас особенно актуально? — ... Меня очень любили, когда я не работала, не снималась. Меня очень жалели, любили, было много друзей. Странная вещь. Но когда пришёл успех, те же люди, которые в общем-то недоумевали, почему актриса, которая может что-то делать, не работает. В самые лучшие годы, когда не страшно приближение камеры, когда «всё могу». Когда в пике сила, энергия, лицо... когда нет ножниц, я не снималась. И все недоумевали. А потом те же люди, которые недоумевали, когда я много стала работать, начали говорить: «Что-то тебя много стало. Мелькаешь, мелькаешь...» Это, конечно, больно.

    — Людмила Гурченко
16. «

    Самое главное в каждой программе, как мне кажется, это всё-таки человек. Это взаимоотношения между мужчиной и женщиной, между родителями и детьми. Это будущее наших детей, это наша личная и социальная жизнь. Это то, что волнует нас сегодня и то, о чём мы говорим, приходя домой с работы или даже на работе.

    Самое главное в каждой программе, как мне кажется, это всё-таки человек. Это взаимоотношения между мужчиной и женщиной, между родителями и детьми. Это будущее наших детей, это наша личная и социальная жизнь. Это то, что волнует нас сегодня и то, о чём мы говорим, приходя домой с работы или даже на работе.
17. «

    — Что такое театр для актёра? Театр, в котором он работает годы и годы, а иногда и всю жизнь? — Семья. Consuetudo est altera natura. Привычка — вторая натура. Это то же самое. Втягиваешься.

    — Что такое театр для актёра? Театр, в котором он работает годы и годы, а иногда и всю жизнь? — Семья. Consuetudo est altera natura. Привычка — вторая натура. Это то же самое. Втягиваешься.

    — Александр Анатольевич Ширвиндт
18. «

    Если провести параллель от мелкого проступка, то есть, например, на тебя нападают вне зависимости от национальности кто, всё равно ты кричишь «Милиция!» Милиция в данном случае как проявление государственной силы для поддержания порядка. Если взять когда нападают и целая республика становится источником опасности, причём финансовой опасности, бандитской опасности и так далее, то здесь государство должно проявить абсолютно жёсткую волю.

    Если провести параллель от мелкого проступка, то есть, например, на тебя нападают вне зависимости от национальности кто, всё равно ты кричишь «Милиция!» Милиция в данном случае как проявление государственной силы для поддержания порядка. Если взять когда нападают и целая республика становится источником опасности, причём финансовой опасности, бандитской опасности и так далее, то здесь государство должно проявить абсолютно жёсткую волю.
19. «

    Искренность — в человеческих отношениях это основное.

    Искренность — в человеческих отношениях это основное.
20. «

    — Что входит в понятие «личная жизнь монаха»? — Это значит по старой русской пословице: «Не доспи, не дообедай, всё крести, да исповедуй».

    — Что входит в понятие «личная жизнь монаха»? — Это значит по старой русской пословице: «Не доспи, не дообедай, всё крести, да исповедуй».

    — Митрополит Питирим (Константин Владимирович Нечаев)