Что говорил Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ): 196 цитат

Подборка из 196 цитат Вячеслава Солдатенко (Славы Сэ): от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Они говорят о Франции всегда, а в перерывах думают о ней.

   Они говорят о Франции всегда, а в перерывах думают о ней.

   — Теперь и на видео · книга
2. «

   Даша сказала, никогда мухи не будут повелевать человеком на её кухне. Сложила из газеты дубину, устроила бойню. Наибольшие потери понёс дружественный нам чайный сервиз. Насекомые потеряли двух бойцов контуженными, из числа толстых и неловких. Была ещё надежда, что многие насмерть порежут лапки об осколки чашек, но как-то не сложилось.

   Даша сказала, никогда мухи не будут повелевать человеком на её кухне. Сложила из газеты дубину, устроила бойню. Наибольшие потери понёс дружественный нам чайный сервиз. Насекомые потеряли двух бойцов контуженными, из числа толстых и неловких. Была ещё надежда, что многие насмерть порежут лапки об осколки чашек, но как-то не сложилось.

   — О роли свёрнутой газеты в воспитании мужчин · книга
3. «

   Красота не бывает статичной. Сводит с ума не форма глаз, не белые зубы. Не сами по себе ноги, а только лёгкость, с которой они ступают.

   Красота не бывает статичной. Сводит с ума не форма глаз, не белые зубы. Не сами по себе ноги, а только лёгкость, с которой они ступают.

   — Ева · книга
4. «

   Женщину можно утешить путешествием, белым вином и тонким наблюдением о том, как страдает без неё её бывший и какой он подлец.

   Женщину можно утешить путешествием, белым вином и тонким наблюдением о том, как страдает без неё её бывший и какой он подлец.

   — Разводы (сборник) · книга
5. «

   Умственный труд хорош, но мне его нечем делать.

   Умственный труд хорош, но мне его нечем делать.

   — Сантехник. Твоё моё колено · книга
6. «

   В костюме вспотевшего отца ходил на утренник. Было просто и мило, снежинки и зайцы. В секс-шопе купили партию заячьих ушей розовой масти. <...> Он был в костюме каратиста, снежинка Алиса его за это полюбила. На ней самой было фантастическое платье, расшитое боем ёлочных игрушек. Чтобы как-то привлечь внимание, снежинка выписала зайцу три пендаля подряд. Но острые края её украшений выглядели вредными для здоровья, заяц не решился ответить взаимностью. Лишь подставлял вторую ягодицу, получив по первой. Он был каратист и христианин одновременно.

   В костюме вспотевшего отца ходил на утренник. Было просто и мило, снежинки и зайцы. В секс-шопе купили партию заячьих ушей розовой масти. <...> Он был в костюме каратиста, снежинка Алиса его за это полюбила. На ней самой было фантастическое платье, расшитое боем ёлочных игрушек. Чтобы как-то привлечь внимание, снежинка выписала зайцу три пендаля подряд. Но острые края её украшений выглядели вредными для здоровья, заяц не решился ответить взаимностью. Лишь подставлял вторую ягодицу, получив по первой. Он был каратист и христианин одновременно.

   — Сантехник, его кот, жена и другие подробности · книга
7. «

   Королевы на дураков не сердятся.

   Королевы на дураков не сердятся.

   — Ева · книга
8. «

   В широком смысле, метеорология не наука, а только способ испортить человеку отпуск.

   В широком смысле, метеорология не наука, а только способ испортить человеку отпуск.

   — Ева · книга
9. «

   Я связалась с мужчиной, он пахнет моим счастьем. Из-за этого мужчины я бываю то счастлива, то несчастна. Но все равно иду на запах.

   Я связалась с мужчиной, он пахнет моим счастьем. Из-за этого мужчины я бываю то счастлива, то несчастна. Но все равно иду на запах.

   — Про любовь в интернете · книга
10. «

    Паша любил Лену. А она его игнорировала. Женщины вообще боятся мужчин с фантазией. Стоит раз поцеловать ручку её двери, заглянуть ночью в окно или украсть туфлю, чтобы было с чем спать в обнимку, — сразу убегают. Женщины трусят настоящих чувств, вот что я вам скажу.

    Паша любил Лену. А она его игнорировала. Женщины вообще боятся мужчин с фантазией. Стоит раз поцеловать ручку её двери, заглянуть ночью в окно или украсть туфлю, чтобы было с чем спать в обнимку, — сразу убегают. Женщины трусят настоящих чувств, вот что я вам скажу.

    — Сантехник, его кот, жена и другие подробности · книга
11. «

    Мимика ног куда изощрённей, чем лицевая. Колени выразительнее глаз. Ставя их в разные позиции, можно стесняться, дерзить, соглашаться на танец или отказываться ехать в Крым на чёрном «джипе». Способов показать ногами, что болит голова, я знаю восемь. И девять, что голова уже прошла. Глазами можно сказать: «Ты мерзавец», а коленями «Ты мерзавец, но мне это нравится».

    Мимика ног куда изощрённей, чем лицевая. Колени выразительнее глаз. Ставя их в разные позиции, можно стесняться, дерзить, соглашаться на танец или отказываться ехать в Крым на чёрном «джипе». Способов показать ногами, что болит голова, я знаю восемь. И девять, что голова уже прошла. Глазами можно сказать: «Ты мерзавец», а коленями «Ты мерзавец, но мне это нравится».

    — Ева · книга
12. «

    Так бывает у некоторых девчонок. Вроде бы сплошные сахарные косточки, пока в халате. А как скинет всё — боже мой, какая роскошная нежность. Другая — затянута в джинсы и видно, попа есть. Но выйдет из душа в одних тапках — мослы на холодец, суповой набор.

    Так бывает у некоторых девчонок. Вроде бы сплошные сахарные косточки, пока в халате. А как скинет всё — боже мой, какая роскошная нежность. Другая — затянута в джинсы и видно, попа есть. Но выйдет из душа в одних тапках — мослы на холодец, суповой набор.

    — Ева · книга
13. «

    Том Ларсен не обиделся. Он понимал, каково это, быть женщиной. Сложно сохранить равновесие, если телом управляют одновременно гормоны, луна, подозрительность, любовный зуд, мораль и противоречивые заповеди журналов «Glamoyr» и «Voqueа».

    Том Ларсен не обиделся. Он понимал, каково это, быть женщиной. Сложно сохранить равновесие, если телом управляют одновременно гормоны, луна, подозрительность, любовный зуд, мораль и противоречивые заповеди журналов «Glamoyr» и «Voqueа».

    — Когда утонет черепаха · книга
14. «

    Раньше Ларсен избегал детей. Он и с людьми-то бывал неловок. А дети – гипертрофированные люди. Они не бывают равнодушны, только рады или недовольны. Игнорировать их бессовестно. Орать на них плохо. Правду им не скажешь, но и врать им невозможно.

    Раньше Ларсен избегал детей. Он и с людьми-то бывал неловок. А дети – гипертрофированные люди. Они не бывают равнодушны, только рады или недовольны. Игнорировать их бессовестно. Орать на них плохо. Правду им не скажешь, но и врать им невозможно.

    — Когда утонет черепаха · книга
15. «

    Пробовал работать учителем. Когда желание убивать школьников стало неодолимым, перешёл преподавать в школу полиции.

    Пробовал работать учителем. Когда желание убивать школьников стало неодолимым, перешёл преподавать в школу полиции.

    — Когда утонет черепаха · книга
16. «

    А я сказал, что кудрями на ногах от неё заразился. Тогда она ударила меня подушкой. По голове. На тринадцатом году брачной жизни прелюдии делаются изысканней.

    А я сказал, что кудрями на ногах от неё заразился. Тогда она ударила меня подушкой. По голове. На тринадцатом году брачной жизни прелюдии делаются изысканней.

    — Сантехник, его кот, жена и другие подробности · книга
17. «

    Каждый мучается сообразно своей социальной роли.

    Каждый мучается сообразно своей социальной роли.

    — Ева · книга
18. «

    Совпадения – способ Господа сохранять анонимность

    Совпадения – способ Господа сохранять анонимность

    — Когда утонет черепаха · книга
19. «

    Сволочь Толстой написал о женской любви правду. Если долго пить кровь родных и знакомых, они разбегаются. А когда никого уже не будоражат ваши изящные сумасбродства, делается грустно.

    Сволочь Толстой написал о женской любви правду. Если долго пить кровь родных и знакомых, они разбегаются. А когда никого уже не будоражат ваши изящные сумасбродства, делается грустно.

    — Ева · книга
20. «

    Вечеринка достигла той стадии, когда никто ещё не упал, но все уже сделались стройны и остроумны.

    Вечеринка достигла той стадии, когда никто ещё не упал, но все уже сделались стройны и остроумны.

    — Когда утонет черепаха · книга