516 сильных цитат Януша Леона Вишневского

Ниже 516 цитат Януша Леона Вишневского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Не верьте, что мужчины никогда не плачут.

   Не верьте, что мужчины никогда не плачут.

   — Молекулы эмоций · книга
2. «

   Для большинства мужчин женщина состоит из ног, заканчивающихся влагалищем, груди и губ.

   Для большинства мужчин женщина состоит из ног, заканчивающихся влагалищем, груди и губ.

   — Неодолимое желание близости · книга
3. «

   Потеряться, ничего при этом не потеряв. Просто целиком и полностью раствориться в этом мгновении.

   Потеряться, ничего при этом не потеряв. Просто целиком и полностью раствориться в этом мгновении.

   — Бикини · книга
4. «

   Она не помогла слепнущему сыну дойти до двери, потому что знала, что он должен найти ее сам, чтобы выжить. Увечье не оправдывает страха перед жизнью. Нужно найти в себе силы и не убегать от жизни, прикрываясь им.

   Она не помогла слепнущему сыну дойти до двери, потому что знала, что он должен найти ее сам, чтобы выжить. Увечье не оправдывает страха перед жизнью. Нужно найти в себе силы и не убегать от жизни, прикрываясь им.

   — Малгожата Домагалик · книга
5. «

   Когда в твоей жизни появляется кто-то особенный, ты чувствуешь внезапное стеснение в груди или неконтролируемый прилив грусти, когда по радио поют песню про любовь. А раньше ты по радио слышал только последние известия.

   Когда в твоей жизни появляется кто-то особенный, ты чувствуешь внезапное стеснение в груди или неконтролируемый прилив грусти, когда по радио поют песню про любовь. А раньше ты по радио слышал только последние известия.

   — Одиночество в Сети · книга
6. «

   Первый раз в жизни она радовалась, что живёт на одиннадцатом этаже и что лифт у них исключительно медленный. Благодаря этому в ее распоряжении оказались четыре минуты, чтобы убрать со стола в комнате посуду после ужина, переодеться во что-то приличное, слегка подкраситься и справиться с неизвестно откуда взявшейся дрожью во всём теле.

   Первый раз в жизни она радовалась, что живёт на одиннадцатом этаже и что лифт у них исключительно медленный. Благодаря этому в ее распоряжении оказались четыре минуты, чтобы убрать со стола в комнате посуду после ужина, переодеться во что-то приличное, слегка подкраситься и справиться с неизвестно откуда взявшейся дрожью во всём теле.

   — Рождение · книга
7. «

   Сходство химии эмоций с химией наркотиков, с одной стороны, поразительно, но, с другой, опасно. Сама по себе мысль, что героин и любовь на уровне мозга воздействуют по одной и той же схеме, ошеломляла.

   Сходство химии эмоций с химией наркотиков, с одной стороны, поразительно, но, с другой, опасно. Сама по себе мысль, что героин и любовь на уровне мозга воздействуют по одной и той же схеме, ошеломляла.

   — Марцин · книга
8. «

   Может, мне недостаточно того, что меня любят? Может, я хочу знать, почему меня любят?

   Может, мне недостаточно того, что меня любят? Может, я хочу знать, почему меня любят?

   — Малгожата Домагалик · книга
9. «

   А всё из-за этого врача и той фотографии, которую я случайно нашла в альбоме. Анджей и я с новорожденным Мацеем на руках. Нежность в формате 7 на 11.

   А всё из-за этого врача и той фотографии, которую я случайно нашла в альбоме. Анджей и я с новорожденным Мацеем на руках. Нежность в формате 7 на 11.

   — Любовница · книга
10. «

    В наше время все больше женщин имеют водительские права, и они в любой момент, когда им что-нибудь не понравится, могут уехать.

    В наше время все больше женщин имеют водительские права, и они в любой момент, когда им что-нибудь не понравится, могут уехать.

    — Малгожата Домагалик · книга
11. «

    Тоска одиночества наверняка усиливает все недуги. Интересно, а есть такой диагноз: неприкаянность и отсутствие любви?

    Тоска одиночества наверняка усиливает все недуги. Интересно, а есть такой диагноз: неприкаянность и отсутствие любви?

    — Анна (Anna) · книга
12. «

    Она всегда стелит его, когда надолго уезжает. Чтобы сразу по возвращении почувствовать себя дома. Чтобы хоть что-то напоминало, как она возвращалась к маме. Никто не ждал ее с таким нетерпением, как мама. И никто так не радовался ее возвращению. Поспит на этом белье одну ночь, потом постирает его и спрячет в шкаф. До следующего отъезда. В этой постели спит только она. Пока. Когда-нибудь, может, появится кто-нибудь стоящий и она застелит ее для них обоих. Но это когда-нибудь…

    Она всегда стелит его, когда надолго уезжает. Чтобы сразу по возвращении почувствовать себя дома. Чтобы хоть что-то напоминало, как она возвращалась к маме. Никто не ждал ее с таким нетерпением, как мама. И никто так не радовался ее возвращению. Поспит на этом белье одну ночь, потом постирает его и спрячет в шкаф. До следующего отъезда. В этой постели спит только она. Пока. Когда-нибудь, может, появится кто-нибудь стоящий и она застелит ее для них обоих. Но это когда-нибудь…

    — Постель · книга
13. «

    А какого цвета белье ты охотнее всего снял бы?

    А какого цвета белье ты охотнее всего снял бы?

    — Одиночество в Сети · книга
14. «

    Мы так смеялись, что болел живот, или долгие километры соприкасались ладонями. А ты знаешь, что можно испытать оргазм, если гладить ладонь?

    Мы так смеялись, что болел живот, или долгие километры соприкасались ладонями. А ты знаешь, что можно испытать оргазм, если гладить ладонь?

    — Любовница · книга
15. «

    А главное, я любила тебя. Я понимаю, как примитивно это звучит, но тогда ещё я относилась к любви как к железному оправданию любой подлости.

    А главное, я любила тебя. Я понимаю, как примитивно это звучит, но тогда ещё я относилась к любви как к железному оправданию любой подлости.

    — Рейтинг эмоций · книга
16. «

    Он даже раздевал меня так, будто доставал из футляра свою скрипку. Благоговейно, торжественно. Как скрипач, который ласкает свой инструмент. Гладит пальцами старое, благородное дерево, смахивая какие-то незаметные и только ему одному видимые пылинки. Потом смотрит на нее. И этот взгляд, наверное, самое прекрасное. Вот так же он смотрел и на меня, обнаженную, как на свою скрипку перед большим и важным концертом.

    Он даже раздевал меня так, будто доставал из футляра свою скрипку. Благоговейно, торжественно. Как скрипач, который ласкает свой инструмент. Гладит пальцами старое, благородное дерево, смахивая какие-то незаметные и только ему одному видимые пылинки. Потом смотрит на нее. И этот взгляд, наверное, самое прекрасное. Вот так же он смотрел и на меня, обнаженную, как на свою скрипку перед большим и важным концертом.

    — Постель · книга
17. «

    Это становилось опасным. Она угрожающе близко подбиралась к состоянию, когда мужчина опять заполняет весь её мир. Ей не хотелось этого. Это должна быть дружба. Отнюдь не любовь!

    Это становилось опасным. Она угрожающе близко подбиралась к состоянию, когда мужчина опять заполняет весь её мир. Ей не хотелось этого. Это должна быть дружба. Отнюдь не любовь!

    — Эва · книга
18. «

    Якуб, я когда-нибудь говорила, как я люблю думать о тебе? Наверно, говорила, но мне нравится думать, будто ещё не говорила. Сегодня я много раз думала о тебе.

    Якуб, я когда-нибудь говорила, как я люблю думать о тебе? Наверно, говорила, но мне нравится думать, будто ещё не говорила. Сегодня я много раз думала о тебе.

    — Одиночество в Сети · книга
19. «

    И сейчас я только существую — исключительно потому, что не имею смелости покончить со всем этим.

    И сейчас я только существую — исключительно потому, что не имею смелости покончить со всем этим.

    — Зачем нужны мужчины? · книга
20. «

    Он давал всё и ничего не хотел взамен. Совершенно ничего. Никаких обещаний, никаких клятв, что «только он и никто другой». Попросту ничего. Это был единственный ужасный недостаток. Не может быть для женщины большей муки, чем мужчина, который так верен, так любит, такой неповторимый и который не ждет никаких клятв. Он просто существует и дает уверенность, что так будет вечно. Вот только боишься, что вечность эта — без всяких стандартных обетов — будет короткой...

    Он давал всё и ничего не хотел взамен. Совершенно ничего. Никаких обещаний, никаких клятв, что «только он и никто другой». Попросту ничего. Это был единственный ужасный недостаток. Не может быть для женщины большей муки, чем мужчина, который так верен, так любит, такой неповторимый и который не ждет никаких клятв. Он просто существует и дает уверенность, что так будет вечно. Вот только боишься, что вечность эта — без всяких стандартных обетов — будет короткой...

    — Одиночество в Сети · книга