84 цитат Ю Несбё, которые цепляют

Ю Несбё — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 84 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Многие люди посвящают всю свою жизнь одной цели: не умереть в одиночестве.

   Многие люди посвящают всю свою жизнь одной цели: не умереть в одиночестве.

   — Жажда · книга
2. «

   Ты — кузнец своего собственного счастья, тебя никто не остановит, вот только и помогать тебе не станут.

   Ты — кузнец своего собственного счастья, тебя никто не остановит, вот только и помогать тебе не станут.

   — Крысиный остров · книга
3. «

   Хочу, чтобы ты ела снег. < ... > Пока внутри тебя не будет сплошной лед. Пока ты не станешь самой собой. Настоящей. Той, которая ничего не будет чувствовать.

   Хочу, чтобы ты ела снег. < ... > Пока внутри тебя не будет сплошной лед. Пока ты не станешь самой собой. Настоящей. Той, которая ничего не будет чувствовать.

   — Матиас Лунн-Хельгесен · книга
4. «

   Хочешь быть нападающим — не бойся офсайда.

   Хочешь быть нападающим — не бойся офсайда.

   — Тараканы · книга
5. «

   Полицейский является полицейским все двадцать четыре часа в сутки, Харри, пьян он или нет.

   Полицейский является полицейским все двадцать четыре часа в сутки, Харри, пьян он или нет.

   — Тараканы · книга
6. «

   Чего в Бангкоке нельзя попробовать, того вообще пробовать не стоит.

   Чего в Бангкоке нельзя попробовать, того вообще пробовать не стоит.

   — Тараканы · книга
7. «

   Когда ты по горло в дерьмище, самая глупость — это вешать голову.

   Когда ты по горло в дерьмище, самая глупость — это вешать голову.

   — Королевство · книга
8. «

   Он размышлял о том, что перестал думать, как всё могло бы быть. Наверное, именно с этого начинается старение. Ты уже поднял выпавшие карты и заглянул в них. Новых карт не будет. Поэтому ты можешь только как можно лучше сыграть имеющимися картами и мечтать о том, какие карты тебе могли бы выпасть.

   Он размышлял о том, что перестал думать, как всё могло бы быть. Наверное, именно с этого начинается старение. Ты уже поднял выпавшие карты и заглянул в них. Новых карт не будет. Поэтому ты можешь только как можно лучше сыграть имеющимися картами и мечтать о том, какие карты тебе могли бы выпасть.

   — Полиция · книга
9. «

   — Что вы можете сказать про Герта Рафто?

   — Что вы можете сказать про Герта Рафто?

   — Снеговик · книга
10. «

    Потерять любимого человека гораздо хуже, чем умереть самому.

    Потерять любимого человека гораздо хуже, чем умереть самому.

    — Нож · книга
11. «

    Нам часто снится то, чего мы боимся и одновременно желаем.

    Нам часто снится то, чего мы боимся и одновременно желаем.

    — Призрак · книга
12. «

    Просто удивительно, если вдуматься, как легко убить человека. Настолько легко, что непонятно, как люди в большинстве своём ухитряются доживать до старости.

    Просто удивительно, если вдуматься, как легко убить человека. Настолько легко, что непонятно, как люди в большинстве своём ухитряются доживать до старости.

    — Тараканы · книга
13. «

    Фотографии рассказывают больше о том, кто их повесил, чем о том, что на них изображено.

    Фотографии рассказывают больше о том, кто их повесил, чем о том, что на них изображено.

    — Нож · книга
14. «

    Призраки существуют, только если ты позволяешь им существовать.

    Призраки существуют, только если ты позволяешь им существовать.

    — Призрак · книга
15. «

    А посмотрите на Иисуса! Если он, как нас уверяют, попрал смерть, символом Христа должно было бы стать его изображение над могилой с поднятыми к небу руками, но вместо этого христиане во все времена предпочитали изображение яркого поражения: он висит на кресте, готовый сдаться. Потому что нас трогают только истории о проигрыше.

    А посмотрите на Иисуса! Если он, как нас уверяют, попрал смерть, символом Христа должно было бы стать его изображение над могилой с поднятыми к небу руками, но вместо этого христиане во все времена предпочитали изображение яркого поражения: он висит на кресте, готовый сдаться. Потому что нас трогают только истории о проигрыше.

    — Арве Стёп · книга
16. «

    Что-то было медитативное, успокаивающее в том, как медленно скользил по дорожке камень, словно плыл во Вселенной, где нет трения. Ни дать ни взять космический корабль у Кубрика, только не под аккомпанемент Иоганна Штрауса, а под тихое шуршание камня и яростный скрип щеток.

    Что-то было медитативное, успокаивающее в том, как медленно скользил по дорожке камень, словно плыл во Вселенной, где нет трения. Ни дать ни взять космический корабль у Кубрика, только не под аккомпанемент Иоганна Штрауса, а под тихое шуршание камня и яростный скрип щеток.

    — Снеговик · книга
17. «

    Кому суждено быть повешенным, тот не утонет.

    Кому суждено быть повешенным, тот не утонет.

    — Тараканы · книга
18. «

    Когда он положил трубку, его лицо превратилось в старческое: у людей после наступления определённого возраста лицо на несколько секунд может принять такое выражение, как будто что-то ускользает от них, как будто они собираются превратиться в пыль.

    Когда он положил трубку, его лицо превратилось в старческое: у людей после наступления определённого возраста лицо на несколько секунд может принять такое выражение, как будто что-то ускользает от них, как будто они собираются превратиться в пыль.

    — Сын · книга
19. «

    Реальным миром управляют два типа людей. Те, кто хочет власти, и те, кто хочет денег. Первому типу нужны памятники, второму типу — удовольствия. А валюта, которой они пользуются, когда ведут переговоры о том, как получить то, что они хотят, называется коррупция.

    Реальным миром управляют два типа людей. Те, кто хочет власти, и те, кто хочет денег. Первому типу нужны памятники, второму типу — удовольствия. А валюта, которой они пользуются, когда ведут переговоры о том, как получить то, что они хотят, называется коррупция.

    — Призрак · книга
20. «

    Ведь главное в жизни – это заслужить признания дома, там, где, как тебе кажется, тебя недооценили и где тебе одновременно хочется и отомстить, и стать освободителем.

    Ведь главное в жизни – это заслужить признания дома, там, где, как тебе кажется, тебя недооценили и где тебе одновременно хочется и отомстить, и стать освободителем.

    — Рой · книга