Юкио Мисима: 118 цитат на каждый день

Подборка из 118 цитат Юкио Мисимы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...иногда бесчувствие бывает мучительней самой острой боли.

   ...иногда бесчувствие бывает мучительней самой острой боли.

   — Исповедь маски · книга
2. «

   Когда человек счастлив, слова вылетают бездумно, словно голуби из цветочных шаров...

   Когда человек счастлив, слова вылетают бездумно, словно голуби из цветочных шаров...

   — Весенний снег · книга
3. «

   ...если хочешь быть верной женой, надо любить не добрые слова и дела мужа, а истинную его природу. Обшивка корабля, плывущего по океану, приемлет и пожирающего её древесного червя, и чистую морскую воду.

   ...если хочешь быть верной женой, надо любить не добрые слова и дела мужа, а истинную его природу. Обшивка корабля, плывущего по океану, приемлет и пожирающего её древесного червя, и чистую морскую воду.

   — Маркиза де Сад · книга
4. «

   По опыту мне уже было известно, что лучше сразу признать себя виновным во лжи, чем мучиться, решая, какой из моих поступков истинен, а какой притворен.

   По опыту мне уже было известно, что лучше сразу признать себя виновным во лжи, чем мучиться, решая, какой из моих поступков истинен, а какой притворен.

   — Исповедь маски · книга
5. «

   Как известно, толпа в своём бунтарстве лишь бездумно следует чьему-то примеру.

   Как известно, толпа в своём бунтарстве лишь бездумно следует чьему-то примеру.

   — Исповедь маски · книга
6. «

   Я понял, что мужество может быть двояким: то, с которым мы принимаем жизнь, как она есть, и то, которое помогает нам бороться с обстоятельствами, причем оба они — две стороны одной медали.

   Я понял, что мужество может быть двояким: то, с которым мы принимаем жизнь, как она есть, и то, которое помогает нам бороться с обстоятельствами, причем оба они — две стороны одной медали.

   — Золотой храм · книга
7. «

   Я вообще думаю, что беспокойство по поводу смысла жизни — это роскошь, позволительная тем, кто не в полной мере ощущает себя живущим на белом свете.

   Я вообще думаю, что беспокойство по поводу смысла жизни — это роскошь, позволительная тем, кто не в полной мере ощущает себя живущим на белом свете.

   — Золотой храм · книга
8. «

   Древняя могучая река, сохранившаяся где-то в тайниках твоей памяти, несла тебя на своих волнах. Кто знает, быть может, по какому-то труднообъяснимому капризу судьбы у тебя в подсознании возродилась дикая и свирепая чувственность далеких предков, управляющая твоими страстями и желаниями?

   Древняя могучая река, сохранившаяся где-то в тайниках твоей памяти, несла тебя на своих волнах. Кто знает, быть может, по какому-то труднообъяснимому капризу судьбы у тебя в подсознании возродилась дикая и свирепая чувственность далеких предков, управляющая твоими страстями и желаниями?

   — Исповедь маски · книга
9. «

   Эцуко интуитивно старалась не задумываться глубоко о серьезных вещах. Тот, кто ходит босиком, в конце концов может пораниться.

   Эцуко интуитивно старалась не задумываться глубоко о серьезных вещах. Тот, кто ходит босиком, в конце концов может пораниться.

   — Жажда любви · книга
10. «

    Стань же морем, Убийца! Море — берегами очерченная безбрежность.

    Стань же морем, Убийца! Море — берегами очерченная безбрежность.

    — Философский Дневник Маньяка-Убийцы · книга
11. «

    Никакое сознание и никакое деяние не сравнится с наслаждением уплыть по волнам в неведомые дали.

    Никакое сознание и никакое деяние не сравнится с наслаждением уплыть по волнам в неведомые дали.

    — Золотой храм · книга
12. «

    Все происходившее со мной было словно зашифровано некой странной тайнописью; моя жизнь напоминала движение по коридору с зеркальными стенами, изображение в которых, множась, уходит в бесконечность. Мне казалось, что я сталкиваюсь с новым явлением, но на нем уже лежала тень виденного прежде. Я все шел и шел по нескончаемому этому коридору, влекомый подобными совпадениями, и не знал, в какие неведомые дебри заведет меня мой путь. Судьба, ожидающая каждого из нас, определена не волей случая. Если человека в конце пути ожидает смертная казнь, он всю жизнь поневоле в каждом телеграфном столбе, в каждом железнодорожном переезде видит тень предначертанного ему эшафота и постепенно свыкается со своей участью.

    Все происходившее со мной было словно зашифровано некой странной тайнописью; моя жизнь напоминала движение по коридору с зеркальными стенами, изображение в которых, множась, уходит в бесконечность. Мне казалось, что я сталкиваюсь с новым явлением, но на нем уже лежала тень виденного прежде. Я все шел и шел по нескончаемому этому коридору, влекомый подобными совпадениями, и не знал, в какие неведомые дебри заведет меня мой путь. Судьба, ожидающая каждого из нас, определена не волей случая. Если человека в конце пути ожидает смертная казнь, он всю жизнь поневоле в каждом телеграфном столбе, в каждом железнодорожном переезде видит тень предначертанного ему эшафота и постепенно свыкается со своей участью.

    — Монах · книга
13. «

    Отражающая солнце сверкающая поверхность моря переплеталась с яркой синевой небес, складываясь в монотонный узор, заполнявший все поле зрения.

    Отражающая солнце сверкающая поверхность моря переплеталась с яркой синевой небес, складываясь в монотонный узор, заполнявший все поле зрения.

    — Моряк, которого разлюбило море · книга
14. «

    Существуют правила воспитания ребёнка в семье самурая. С младенчества нужно поощрять в нём смелость, никогда не дразнить и не запугивать. Ведь если ребенок с детства привыкнет бояться, он пронесёт этот недостаток через всю жизнь. Ошибку совершают те родители, которые учат детей бояться молнии, запрещают им ходить в темноте или рассказывают ужасы, чтобы те перестали плакать. Кроме того, если ребёнка много бранить, он станет застенчивым.

    Существуют правила воспитания ребёнка в семье самурая. С младенчества нужно поощрять в нём смелость, никогда не дразнить и не запугивать. Ведь если ребенок с детства привыкнет бояться, он пронесёт этот недостаток через всю жизнь. Ошибку совершают те родители, которые учат детей бояться молнии, запрещают им ходить в темноте или рассказывают ужасы, чтобы те перестали плакать. Кроме того, если ребёнка много бранить, он станет застенчивым.

    — Ямамото Цунэтомо · книга
15. «

    В некотором смысле умение находить трудности в жизни помогает большинству людей относиться к ней с лёгкостью.

    В некотором смысле умение находить трудности в жизни помогает большинству людей относиться к ней с лёгкостью.

    — Жажда любви · книга
16. «

    Юным девушкам присущ совершенно особый вид бесстыдства, не имеющий ничего общего с развратностью зрелых женщин. Это невинное бесстыдство пьянит, как свежий весенний ветерок. Оно похоже на не очень приличный, но при этом вполне безобидный порыв, – например, когда неудержимо хочется пощекотать прелестного ребёнка.

    Юным девушкам присущ совершенно особый вид бесстыдства, не имеющий ничего общего с развратностью зрелых женщин. Это невинное бесстыдство пьянит, как свежий весенний ветерок. Оно похоже на не очень приличный, но при этом вполне безобидный порыв, – например, когда неудержимо хочется пощекотать прелестного ребёнка.

    — Исповедь маски · книга
17. «

    Это было «нет», наделённое силой, способной легко, будто шёлк, разорвать небо.

    Это было «нет», наделённое силой, способной легко, будто шёлк, разорвать небо.

    — Весенний снег · книга
18. «

    Сейчас эпоха всеобщих расставаний. Кого разлучает жизнь, кого смерть... Сегодня разлука тривиальна, а оригинальна как раз встреча. Она почти как чудо... Разве не чудо, что мы с вами сидим вдвоем и разговариваем?

    Сейчас эпоха всеобщих расставаний. Кого разлучает жизнь, кого смерть... Сегодня разлука тривиальна, а оригинальна как раз встреча. Она почти как чудо... Разве не чудо, что мы с вами сидим вдвоем и разговариваем?

    — Исповедь маски · книга
19. «

    Эта картина бесчисленное количество раз воскресала в моей памяти, приобретая все новые и новые оттенки смысла, по мере того как я сосредоточенно размышлял над ней. Из всей сцены, мутной и размытой, мне совершенно ясно и отчетливо запомнилось лишь одно: этот кто-то, спускавшийся нам навстречу. Еще бы — ведь то было первое из видений, терзавших и преследовавших меня всю жизнь. По улице спускался молодой парень. Через плечо он нес две деревянные бадьи для нечистот, голова его была обмотана грязным полотенцем, румяные щеки сияли свежестью, глаза ярко блестели. Парень ступал осторожно, чтобы не расплескать свой груз. Это был золотарь.

    Эта картина бесчисленное количество раз воскресала в моей памяти, приобретая все новые и новые оттенки смысла, по мере того как я сосредоточенно размышлял над ней. Из всей сцены, мутной и размытой, мне совершенно ясно и отчетливо запомнилось лишь одно: этот кто-то, спускавшийся нам навстречу. Еще бы — ведь то было первое из видений, терзавших и преследовавших меня всю жизнь. По улице спускался молодой парень. Через плечо он нес две деревянные бадьи для нечистот, голова его была обмотана грязным полотенцем, румяные щеки сияли свежестью, глаза ярко блестели. Парень ступал осторожно, чтобы не расплескать свой груз. Это был золотарь.

    — Исповедь маски · книга
20. «

    Если бы не любовь, то люди ладили бы друг с другом.

    Если бы не любовь, то люди ладили бы друг с другом.

    — Жажда любви · книга