10 лучших фраз Юлии Руденко

Подборка из 10 цитат Юлии Руденко: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вроде политика женского рода. Но такая не сексуальная! Никак не хочет надеть прозрачное нижнее белье! Неужели плотные рейтузики из омона лучше?

   Вроде политика женского рода. Но такая не сексуальная! Никак не хочет надеть прозрачное нижнее белье! Неужели плотные рейтузики из омона лучше?
2. «

   После «Как Одиссей ждал свою Пенелопу» ясно, что для ТВ надо писать песни «Как Натали стрелялась за Пушкина»!

   После «Как Одиссей ждал свою Пенелопу» ясно, что для ТВ надо писать песни «Как Натали стрелялась за Пушкина»!
3. «

   Даша представила, как земной шар превращается в одного огромного великана, который только и ждал, когда у него появится сердце. И вот она приехала в Москву, чтобы стать сердцем этого бесчувственного Гулливера, хаотично двигающегося, не замечающего ничего вокруг и рискующего своей силой разрушить параллельный мир «умерших» душ, а тем самым себя обречь на вечный мрак и смерть. У Гулливера была американская голова, китайские руки, африканские ноги, австралийский живот. Но еще не было сердца. Ступив на землю, Даша приостановилась и пристально взглянула на бессознательно копошащихся. Как же они не понимают, что от них и только от них зависит жизнь всего сущего на земном шаре? Любить нужно! Любить! Любить все: от песчинки на пляже до бесконечного пространства вселенной! «Именно так, как люблю все это я!» — хотела закричать она. Но вместо этого ринулась в самую гущу Гулливера, стойко решив раздать кусочки своего беспокойного любящего сердца своим воинам на поле битвы с холодным разумом.

   Даша представила, как земной шар превращается в одного огромного великана, который только и ждал, когда у него появится сердце. И вот она приехала в Москву, чтобы стать сердцем этого бесчувственного Гулливера, хаотично двигающегося, не замечающего ничего вокруг и рискующего своей силой разрушить параллельный мир «умерших» душ, а тем самым себя обречь на вечный мрак и смерть. У Гулливера была американская голова, китайские руки, африканские ноги, австралийский живот. Но еще не было сердца. Ступив на землю, Даша приостановилась и пристально взглянула на бессознательно копошащихся. Как же они не понимают, что от них и только от них зависит жизнь всего сущего на земном шаре? Любить нужно! Любить! Любить все: от песчинки на пляже до бесконечного пространства вселенной! «Именно так, как люблю все это я!» — хотела закричать она. Но вместо этого ринулась в самую гущу Гулливера, стойко решив раздать кусочки своего беспокойного любящего сердца своим воинам на поле битвы с холодным разумом.

   — Я - твоя женщина! · книга
4. «

   Все они, замерев на месте, молча внимали с повернутыми головами в их сторону. И как по мановению волшебной палочки, натолкнувшись на взгляд Смирова, мгновенно отвернулись и оживленно заговорили. Герман Ванеев направился к «своим» также внезапно, как пришел. А Смирнов еле-еле медленно и преувеличенно спокойно начал движение к тому кабинету, где его ждал друг и товарищ — его шеф, которому он доверял и служил безгранично верно. Он делал свои шаги осторожно — сквозь обволакивающие разговоры тех, которые с каждой секундой оставались все дальше, но не становились менее враждебнее от этого. Эти шаги были сродни тому, когда его однажды чудом отпустили чеченцы из своего «стана» обратно в комендатуру «Северного» – с предложением сдаться без боя. Он хорошо помнил те свои ватные ноги и острый ум, ожидающий каждую секунду выстрела в спину…

   Все они, замерев на месте, молча внимали с повернутыми головами в их сторону. И как по мановению волшебной палочки, натолкнувшись на взгляд Смирова, мгновенно отвернулись и оживленно заговорили. Герман Ванеев направился к «своим» также внезапно, как пришел. А Смирнов еле-еле медленно и преувеличенно спокойно начал движение к тому кабинету, где его ждал друг и товарищ — его шеф, которому он доверял и служил безгранично верно. Он делал свои шаги осторожно — сквозь обволакивающие разговоры тех, которые с каждой секундой оставались все дальше, но не становились менее враждебнее от этого. Эти шаги были сродни тому, когда его однажды чудом отпустили чеченцы из своего «стана» обратно в комендатуру «Северного» – с предложением сдаться без боя. Он хорошо помнил те свои ватные ноги и острый ум, ожидающий каждую секунду выстрела в спину…

   — Я - твоя женщина! · книга
5. «

   Растянувшись, время-расстоянье Иерархий высветило суть. Что теперь прощаний испытанье? Будь со мной. Минуту. День. Но будь!

   Растянувшись, время-расстоянье Иерархий высветило суть. Что теперь прощаний испытанье? Будь со мной. Минуту. День. Но будь!
6. «

   Прекрасна летняя пора! Старухи на скамейках! И сплетни льются до утра Из шланга, не из лейки!

   Прекрасна летняя пора! Старухи на скамейках! И сплетни льются до утра Из шланга, не из лейки!
7. «

   Безответная любовь — это еще полбеды, безответная работа — вот беда, так беда!

   Безответная любовь — это еще полбеды, безответная работа — вот беда, так беда!
8. «

   Ни ты, ни я не хотим смерти. Ни ты, ни я не начинали убивать. Войну начали до нас. Другие. Те, кто в «Мерседесах» и в кабинетах. Они не видят крови. Они считают деньги. Им мало. Им не интересно, знает ли этот мир про тебя, или про меня. Им интересна только их сытая жизнь. Они на войну, как Наполеон, не отправятся. Они таких, как ты, на смерть пошлют. И ты пойдешь подвиг совершать. Из-за каких-то неопределенных идейных соображений.

   Ни ты, ни я не хотим смерти. Ни ты, ни я не начинали убивать. Войну начали до нас. Другие. Те, кто в «Мерседесах» и в кабинетах. Они не видят крови. Они считают деньги. Им мало. Им не интересно, знает ли этот мир про тебя, или про меня. Им интересна только их сытая жизнь. Они на войну, как Наполеон, не отправятся. Они таких, как ты, на смерть пошлют. И ты пойдешь подвиг совершать. Из-за каких-то неопределенных идейных соображений.

   — Я - твоя женщина! · книга
9. «

   Я учусь ненавидеть бешено. Отключив телефон, учусь. Моментально, мгновенно, взвешенно В жизнь свободную (без тебя) умчусь.

   Я учусь ненавидеть бешено. Отключив телефон, учусь. Моментально, мгновенно, взвешенно В жизнь свободную (без тебя) умчусь.
10. «

    Иногда вот думаю... Как в моей голове уживается одновременно любовь к двум фильмам: «Не отрекаются, любя» и «К черту любовь!»?

    Иногда вот думаю... Как в моей голове уживается одновременно любовь к двум фильмам: «Не отрекаются, любя» и «К черту любовь!»?