Юрий Левитанский — 15 цитат с глубоким смыслом

Ниже 15 цитат Юрого Левитанского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Небо багрово-красно перед восходом. Лес опустел. Морозно вокруг и ясно. Здравствуй, мой друг воробушек, с Новым годом! Холодно, братец, а все равно — прекрасно!

   Небо багрово-красно перед восходом. Лес опустел. Морозно вокруг и ясно. Здравствуй, мой друг воробушек, с Новым годом! Холодно, братец, а все равно — прекрасно!
2. «

   Парит, парит гусиный клин, за тучей гуси стонут. Горит, горит осенний клен, золою листья станут. Ветрами старый сад продут, он расстается с летом.. А листья новые придут, придут за теми следом.

   Парит, парит гусиный клин, за тучей гуси стонут. Горит, горит осенний клен, золою листья станут. Ветрами старый сад продут, он расстается с летом.. А листья новые придут, придут за теми следом.
3. «

   Но мне и вас немного жаль, мне жаль и вас, За то, что суетно так жили, так спешили, Что и не знаете, чего себя лишили, И не узнаете, и в этом вся печаль.

   Но мне и вас немного жаль, мне жаль и вас, За то, что суетно так жили, так спешили, Что и не знаете, чего себя лишили, И не узнаете, и в этом вся печаль.
4. «

   Поздний опыт зрелого ума возрасту другому не годится.

   Поздний опыт зрелого ума возрасту другому не годится.
5. «

   Ну что с того, что я там был. Я был давно, я все забыл. Не помню дней, не помню дат. И тех форсированных рек. Я неопознанный солдат. Я рядовой, я имярек. Я меткой пули недолет. Я лед кровавый в январе. Я крепко впаян в этот лед. Я в нем как мушка в янтаре.

   Ну что с того, что я там был. Я был давно, я все забыл. Не помню дней, не помню дат. И тех форсированных рек. Я неопознанный солдат. Я рядовой, я имярек. Я меткой пули недолет. Я лед кровавый в январе. Я крепко впаян в этот лед. Я в нем как мушка в янтаре.
6. «

   — Что происходит на свете? — А просто зима. — Просто зима, полагаете вы? — Полагаю. Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю В ваши уснувшие ранней порою дома.

   — Что происходит на свете? — А просто зима. — Просто зима, полагаете вы? — Полагаю. Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю В ваши уснувшие ранней порою дома.
7. «

   Пессимизм — свойство юного возраста, а оптимизм — зрелого.

   Пессимизм — свойство юного возраста, а оптимизм — зрелого.
8. «

   Всего и надо, что вглядеться, — боже мой, Всего и дела, что внимательно вглядеться, - И не уйдешь, и некуда уже не деться От этих глаз, от их внезапной глубины.

   Всего и надо, что вглядеться, — боже мой, Всего и дела, что внимательно вглядеться, - И не уйдешь, и некуда уже не деться От этих глаз, от их внезапной глубины.
9. «

   И убивали, и ранили пули, что были в нас посланы. Были мы в юности ранними, стали от этого поздними. Вот и живу теперь — поздний. Лист раскрывается — поздний. Свет разгорается — поздний. Снег осыпается — поздний. Снег меня будит ночами. Войны снятся мне ночами. Как я их скину со счета? Две у меня за плечами. Были ранения ранние. Было призвание раннее. Трудно давалось прозрение. Поздно приходит признание.

   И убивали, и ранили пули, что были в нас посланы. Были мы в юности ранними, стали от этого поздними. Вот и живу теперь — поздний. Лист раскрывается — поздний. Свет разгорается — поздний. Снег осыпается — поздний. Снег меня будит ночами. Войны снятся мне ночами. Как я их скину со счета? Две у меня за плечами. Были ранения ранние. Было призвание раннее. Трудно давалось прозрение. Поздно приходит признание.
10. «

    На лугу, на речном берегу, при луне, в тишине, на душистой копне, он лежит на спине и, прищурив глаза, неотрывно глядит в небеса — не мешайте, он занят, он строит, он строит воздушные замки, он весь в небесах, в облаках, в синеве, еще масса идей у него в голове, конструктивных решений и планов, он уже целый город воздвигнуть готов, даже сто городов — заходите, когда захотите, берите, живите!

    На лугу, на речном берегу, при луне, в тишине, на душистой копне, он лежит на спине и, прищурив глаза, неотрывно глядит в небеса — не мешайте, он занят, он строит, он строит воздушные замки, он весь в небесах, в облаках, в синеве, еще масса идей у него в голове, конструктивных решений и планов, он уже целый город воздвигнуть готов, даже сто городов — заходите, когда захотите, берите, живите!
11. «

    Ну что ж, мой друг, приходит наше время. Эй, брадобрей, побрить и освежить!.. И вдруг поймешь — ты жизнь успел прожить, и, задохнувшись (годы пролетели), вдруг ощутишь, как твоего чела легко коснулись вещие крыла благословенной пушкинской метели… Ну что ж, мой друг, двух жизней нам не жить, и есть восхода час и час захода. Но выбор есть и дивная свобода в том выборе, где голову сложить!

    Ну что ж, мой друг, приходит наше время. Эй, брадобрей, побрить и освежить!.. И вдруг поймешь — ты жизнь успел прожить, и, задохнувшись (годы пролетели), вдруг ощутишь, как твоего чела легко коснулись вещие крыла благословенной пушкинской метели… Ну что ж, мой друг, двух жизней нам не жить, и есть восхода час и час захода. Но выбор есть и дивная свобода в том выборе, где голову сложить!
12. «

    Как поживаешь? Ты хорошо поживаешь. Руку при встрече дружески пожимаешь. Мне пожимаешь, ему пожимаешь руку, Всем пожимаешь — недругу или другу. — Ах, — говоришь, — не будем уж так суровы! Будем здоровы, милый, будем здоровы! - Ты не предатель. Просто ты всем приятель, И оттого-то, наверное, всем приятен. Ты себя делишь, не отдавая полностью, Поровну делишь между добром и подлостью, Стоя меж ними, тост предлагаешь мирный. Ах, какой милый! Ах, до чего же милый! Я не желаю милым быть, не желаю. То, что посеял, — то я и пожинаю. Как поживаю? Плохо я поживаю. Так и живу я. Того и тебе желаю.

    Как поживаешь? Ты хорошо поживаешь. Руку при встрече дружески пожимаешь. Мне пожимаешь, ему пожимаешь руку, Всем пожимаешь — недругу или другу. — Ах, — говоришь, — не будем уж так суровы! Будем здоровы, милый, будем здоровы! - Ты не предатель. Просто ты всем приятель, И оттого-то, наверное, всем приятен. Ты себя делишь, не отдавая полностью, Поровну делишь между добром и подлостью, Стоя меж ними, тост предлагаешь мирный. Ах, какой милый! Ах, до чего же милый! Я не желаю милым быть, не желаю. То, что посеял, — то я и пожинаю. Как поживаю? Плохо я поживаю. Так и живу я. Того и тебе желаю.
13. «

    Как в кольце лабиринта глухими бредем коридорами, как в преддверии часа, когда разразится гроза, переходами темными движемся, между которыми обжигающий пламень на миг ослепляет глаза.

    Как в кольце лабиринта глухими бредем коридорами, как в преддверии часа, когда разразится гроза, переходами темными движемся, между которыми обжигающий пламень на миг ослепляет глаза.
14. «

    Думаю, гордиться чем бы то ни было — глупо и неприлично. Не могу даже сообразить сейчас, чем мог бы гордиться. Страной? Нацией? Происхождением?... <...> Гордиться чем-то написанным — свойство неумного человека.

    Думаю, гордиться чем бы то ни было — глупо и неприлично. Не могу даже сообразить сейчас, чем мог бы гордиться. Страной? Нацией? Происхождением?... <...> Гордиться чем-то написанным — свойство неумного человека.
15. «

    Время, бесстрашный художник, словно на белых страницах, что-то всё пишет и пишет на человеческих лицах.

    Время, бесстрашный художник, словно на белых страницах, что-то всё пишет и пишет на человеческих лицах.