Что говорил Юрий Нагибин: 17 цитат

Ниже 17 цитат Юрого Нагибина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Самое тяжелое во всех настоящих несчастьях — это необходимость жить дальше.

   Самое тяжелое во всех настоящих несчастьях — это необходимость жить дальше.

   — Дневник · книга
2. «

   Наступил час, когда все слова уже сказаны, и остается только плакать.

   Наступил час, когда все слова уже сказаны, и остается только плакать.

   — Дневник · книга
3. «

   Люди поразительно недоверчивы друг к другу, все время ожидают нападения, отсюда их чудовищная агрессивность.

   Люди поразительно недоверчивы друг к другу, все время ожидают нападения, отсюда их чудовищная агрессивность.

   — Дневник · книга
4. «

   Перепечатывая дневник для издания, я не добавил в нем ни строчки, но кое-что изъял... Щадя порой людей не заслуживших доброго слова. В справедливости первого — я убежден. Изначальным выбором руководило подсознание — самый чистый источник. В справедливости второго — не очень… Почему скверные поступки позволительны, а разговоры о них — табу? Если у тебя хватало мужества быть дурным в жизни, не пасуй перед своим изображением в литературе.

   Перепечатывая дневник для издания, я не добавил в нем ни строчки, но кое-что изъял... Щадя порой людей не заслуживших доброго слова. В справедливости первого — я убежден. Изначальным выбором руководило подсознание — самый чистый источник. В справедливости второго — не очень… Почему скверные поступки позволительны, а разговоры о них — табу? Если у тебя хватало мужества быть дурным в жизни, не пасуй перед своим изображением в литературе.

   — Дневник · книга
5. «

   Не надо бояться октября <...>, октябрь прекрасен, быть может, прекраснее всех месяцев года, даже мая. Май мучает надеждой, обещаниями, которые никогда не сбываются, октябрь ничего не обещает, не даёт и тени надежды, он весь в себе. А за ним — тьма, холод, слякоть, мокрый снег, огромная ночь, конец. Но как красиво сейчас! Какое золото! Какая медь! И как чудесна зелень елей в лесу и лоз над рекой! И до чего же зелена совсем не увядшая трава. А над всем — чистое голубое небо. Тверда под ногой, будто кованая, дорога, лужи подёрнуты уже не сахаристым, тающим ледком, а тёмным, непрозрачным и твёрдым. И великая пустота тихого, просквоженного от опушки к опушке леса: ни птицы, ни зверька, ни насекомого, ни шороха, ни писка, ни свиста.

   Не надо бояться октября <...>, октябрь прекрасен, быть может, прекраснее всех месяцев года, даже мая. Май мучает надеждой, обещаниями, которые никогда не сбываются, октябрь ничего не обещает, не даёт и тени надежды, он весь в себе. А за ним — тьма, холод, слякоть, мокрый снег, огромная ночь, конец. Но как красиво сейчас! Какое золото! Какая медь! И как чудесна зелень елей в лесу и лоз над рекой! И до чего же зелена совсем не увядшая трава. А над всем — чистое голубое небо. Тверда под ногой, будто кованая, дорога, лужи подёрнуты уже не сахаристым, тающим ледком, а тёмным, непрозрачным и твёрдым. И великая пустота тихого, просквоженного от опушки к опушке леса: ни птицы, ни зверька, ни насекомого, ни шороха, ни писка, ни свиста.

   — Дневник · книга
6. «

   В основе всякой ревности – недостаток любви.

   В основе всякой ревности – недостаток любви.
7. «

   Вот оно, слепое чувство любви! Никакой логики, никакого смысла, никакого расчёта, никакой правды и разума.

   Вот оно, слепое чувство любви! Никакой логики, никакого смысла, никакого расчёта, никакой правды и разума.

   — Дневник · книга
8. «

   Единственное, что делает человеческую жизнь высокой, — это способность полюбить чужую жизнь более своей собственной.

   Единственное, что делает человеческую жизнь высокой, — это способность полюбить чужую жизнь более своей собственной.
9. «

   Прежде люди скользили по моей душе, нанося царапины не более глубокие, чем карандаш на бумаге, а сейчас они топчутся внутри меня, как в трамвае.

   Прежде люди скользили по моей душе, нанося царапины не более глубокие, чем карандаш на бумаге, а сейчас они топчутся внутри меня, как в трамвае.

   — Дневник · книга
10. «

    Прощение предательства немногим отличается от самого предательства.

    Прощение предательства немногим отличается от самого предательства.

    — Мой первый друг, мой друг бесценный · книга
11. «

    Русский человек врёт, если говорит о своём стремлении к счастью. Мы не умеем быть счастливыми, нам это не нужно, мы не знаем, что с этим делать.

    Русский человек врёт, если говорит о своём стремлении к счастью. Мы не умеем быть счастливыми, нам это не нужно, мы не знаем, что с этим делать.
12. «

    В исторической литературе можно врать по-крупному и нельзя врать по мелочам, в последнем случае легко утратить доверие читателей. О больших, глобальных событиях никогда ничего толком неизвестно. Тут допустим безудержный разгул фантазии. Это прекрасно понимал Александр Дюма-отец и заставлял историю плясать под свою дудку. Но он был предельно точен в изображении быта, обычаев, манер, одежды, боевого снаряжения, трапез, вообще всего второстепенного. Он ошибся лишь раз, когда дело коснулось России, усадив своих героев под «развесистую клюкву».

    В исторической литературе можно врать по-крупному и нельзя врать по мелочам, в последнем случае легко утратить доверие читателей. О больших, глобальных событиях никогда ничего толком неизвестно. Тут допустим безудержный разгул фантазии. Это прекрасно понимал Александр Дюма-отец и заставлял историю плясать под свою дудку. Но он был предельно точен в изображении быта, обычаев, манер, одежды, боевого снаряжения, трапез, вообще всего второстепенного. Он ошибся лишь раз, когда дело коснулось России, усадив своих героев под «развесистую клюкву».
13. «

    Любить можно лишь ни за что, а если за что-то, то это уже другое чувство, тоже по-своему ценное и достойное, но нет в нём обречённости, безоглядности и бескорыстия истинной любви. Сказанное относится и к дружбе. Ты меня вынес из огня, я уступил тебе любимую женщину — мы друзья навек. Чепуха! Не надо путать дружбу ни с благодарностью, ни с чувством долга. Дружба — это когда с человеком хорошо просто так, когда исключено всякое насилие (требовательная дружба — фальшивый вымысел назидательной литературы), дружба — это счастье.

    Любить можно лишь ни за что, а если за что-то, то это уже другое чувство, тоже по-своему ценное и достойное, но нет в нём обречённости, безоглядности и бескорыстия истинной любви. Сказанное относится и к дружбе. Ты меня вынес из огня, я уступил тебе любимую женщину — мы друзья навек. Чепуха! Не надо путать дружбу ни с благодарностью, ни с чувством долга. Дружба — это когда с человеком хорошо просто так, когда исключено всякое насилие (требовательная дружба — фальшивый вымысел назидательной литературы), дружба — это счастье.

    — Чужая · книга
14. «

    Бороться надо с самим собой, всё остальное не страшно.

    Бороться надо с самим собой, всё остальное не страшно.
15. «

    Чего только не придумывает подсознание, чтобы человек мог поступать так, как ему хочется, а не так, как нужно.

    Чего только не придумывает подсознание, чтобы человек мог поступать так, как ему хочется, а не так, как нужно.

    — Дневник · книга
16. «

    Много радости шло от леса, поля, реки… Но об этом достаточно много сказано. Остальные мои радости — избавление от несчастья.

    Много радости шло от леса, поля, реки… Но об этом достаточно много сказано. Остальные мои радости — избавление от несчастья.

    — Дневник · книга
17. «

    Покой, доверие, доброта друг к другу, достоинство каждого прожитого часа, не омрачённого ни хитростью, ни скрытностью, ни задней мыслью, обладают куда большей ценностью, чем остротца разнообразия, опасных поворотов, тайных замираний.

    Покой, доверие, доброта друг к другу, достоинство каждого прожитого часа, не омрачённого ни хитростью, ни скрытностью, ни задней мыслью, обладают куда большей ценностью, чем остротца разнообразия, опасных поворотов, тайных замираний.

    — Берендеев лес · книга