Юрий Никитин: 211 цитат на каждый день

Подборка из 211 цитат Юрого Никитина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   …не только Достоевский был приговорен к повешению как боевик-бомбист, не только Мольер и Бруно были супершпионами, а Шатобриан — наемным убийцей!... Многие, очень многие из тех, кого мы видим на портретах в облике мудрых почтенных старцев, творцов научных теорий, в молодости преступали не законы науки, а совсем-совсем другие законы…

   …не только Достоевский был приговорен к повешению как боевик-бомбист, не только Мольер и Бруно были супершпионами, а Шатобриан — наемным убийцей!... Многие, очень многие из тех, кого мы видим на портретах в облике мудрых почтенных старцев, творцов научных теорий, в молодости преступали не законы науки, а совсем-совсем другие законы…

   — Имаго · книга
2. «

   Лучше быть дураком, чем лысым. Не так заметно.

   Лучше быть дураком, чем лысым. Не так заметно.

   — Ветер · книга
3. «

   Любая война ведется ради добычи.

   Любая война ведется ради добычи.

   — Теодорик · книга
4. «

   — Это был хороший воин? — Лучший. Я ел у него на глазах его печень, а он клял меня!

   — Это был хороший воин? — Лучший. Я ел у него на глазах его печень, а он клял меня!

   — Мрак · книга
5. «

   Просто птенцу научиться летать, а поросенку это непросто. Даже если очень стараться.

   Просто птенцу научиться летать, а поросенку это непросто. Даже если очень стараться.

   — Апоница · книга
6. «

   Всем нам больше нравятся люди, которые говорят только приятные вещи.

   Всем нам больше нравятся люди, которые говорят только приятные вещи.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
7. «

   Рожденный в Древне Риме, я, возможно, считал бы императорскую власть единственно возможной, ходил бы на гладиаторские бои, а после трудового дня посещал бы храмовых проституток.

   Рожденный в Древне Риме, я, возможно, считал бы императорскую власть единственно возможной, ходил бы на гладиаторские бои, а после трудового дня посещал бы храмовых проституток.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
8. «

   Надо не допустить продвижение НАТО к нашим границам. Но НАТО плюет на наш мышиный писк, со слабыми не считаются...

   Надо не допустить продвижение НАТО к нашим границам. Но НАТО плюет на наш мышиный писк, со слабыми не считаются...

   — Виктор Александрович Никольский · книга
9. «

   ...великая любовь посылается богами как бесценный дар. У каждого мужчины в жизни бывает возможность получить этот дар, но иные проходят мимо, не замечая, а большинство, хоть и видят, пугливо минуют, ибо любовь вместе с великим счастьем всегда приносит боль и страдания, а люди боли избегают.

   ...великая любовь посылается богами как бесценный дар. У каждого мужчины в жизни бывает возможность получить этот дар, но иные проходят мимо, не замечая, а большинство, хоть и видят, пугливо минуют, ибо любовь вместе с великим счастьем всегда приносит боль и страдания, а люди боли избегают.

   — Мрак · книга
10. «

    От любви существует тысячи лекарств. Но надежного нет.

    От любви существует тысячи лекарств. Но надежного нет.

    — Горицвет · книга
11. «

    Что совой о пень, что пнем о сову, а все сове как-то не по себе.

    Что совой о пень, что пнем о сову, а все сове как-то не по себе.

    — Мрак · книга
12. «

    Нет на свете золотых рыбок, говорящих щук и волшебных дудок. Нет!

    Нет на свете золотых рыбок, говорящих щук и волшебных дудок. Нет!

    — Виктор Александрович Никольский · книга
13. «

    Да, пусть меня назовут чудовищем! Пусть по моему приказу расстреляют... или хотя бы пошлют на каторгу юнца, который всего лишь отнял сумочку у старушки. Но зато по всей России перестанут нападать на беспомощных старух и стариков.

    Да, пусть меня назовут чудовищем! Пусть по моему приказу расстреляют... или хотя бы пошлют на каторгу юнца, который всего лишь отнял сумочку у старушки. Но зато по всей России перестанут нападать на беспомощных старух и стариков.

    — Кречет · книга
14. «

    …острый ум — это еще не глубокий ум.

    …острый ум — это еще не глубокий ум.

    — Имаго · книга
15. «

    Почему жизнь убийцы всегда считается ценнее, чем жизнь убитого?

    Почему жизнь убийцы всегда считается ценнее, чем жизнь убитого?

    — Краснохарев · книга
16. «

    Не дал бог свинье рога... А то б всех перебодала.

    Не дал бог свинье рога... А то б всех перебодала.

    — Мороз · книга
17. «

    Если женщина молчит — слушай внимательно.

    Если женщина молчит — слушай внимательно.

    — Ратша · книга
18. «

    Возглавляя партии и классы, Лидеры никак не брали в толк, Что идея, брошенная в массы, Это девка, брошенная в полк.

    Возглавляя партии и классы, Лидеры никак не брали в толк, Что идея, брошенная в массы, Это девка, брошенная в полк.

    — Коломиец · книга
19. «

    — Кто он, новый бог? — Ты не поверишь. Бог рабов и для рабов. Но ему охотно кланяются и свободные племена, потому, что в каждом человеке слишком много от раба. За свободу надо стоять, а когда кто-то приходит и очень сладко говорит, что рабом быть проще и спокойнее, что надо вручить свою судьбу другому, сильному, который всё видит и всё знает, который придёт и всё рассудит... Многие добровольно отдают свою свободу. Сладкая ложь проходит там, где не прошёл меч.

    — Кто он, новый бог? — Ты не поверишь. Бог рабов и для рабов. Но ему охотно кланяются и свободные племена, потому, что в каждом человеке слишком много от раба. За свободу надо стоять, а когда кто-то приходит и очень сладко говорит, что рабом быть проще и спокойнее, что надо вручить свою судьбу другому, сильному, который всё видит и всё знает, который придёт и всё рассудит... Многие добровольно отдают свою свободу. Сладкая ложь проходит там, где не прошёл меч.

    — Олег · книга
20. «

    Чтобы победить другие народы и культуры, Америке надо было провозгласить девизом: все дозволено! Разврат, трусость, предательство, хапанье... все пороки легализуются.

    Чтобы победить другие народы и культуры, Америке надо было провозгласить девизом: все дозволено! Разврат, трусость, предательство, хапанье... все пороки легализуются.

    — Виктор Александрович Никольский · книга