44 цитаты Жаклина Райнера, которые захочется сохранить

Ниже 44 цитаты Жаклина Райнера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И когда она раскрыла ему этот секрет, этот простой секрет, который она не могла раскрыть Дэвиду, никогда, ему будет слишком больно, она раскрыла ему и другие секреты.

   И когда она раскрыла ему этот секрет, этот простой секрет, который она не могла раскрыть Дэвиду, никогда, ему будет слишком больно, она раскрыла ему и другие секреты.

   — Бекки · книга
2. «

   — Как же я люблю весну. Взгляните. Маленькая птичка. Дети, кто скажет мне что это за птичка? Дети подошли ближе к окну, и Мисси распахнула оконную раму. — Я думаю, эта птица... – начал было Джек. — Мертвая птица. Зелёный свет, который вырвался из похожей на камею брошки Мисси, испепелил певчую пташку на месте. Всего несколько мгновений назад она сидела на ветке, напевая мелодию – и вот от нее осталась лишь горсть пепла. — А в прочем, неважно, – вздохнула Мисси. — Я ненавижу птиц

   — Как же я люблю весну. Взгляните. Маленькая птичка. Дети, кто скажет мне что это за птичка? Дети подошли ближе к окну, и Мисси распахнула оконную раму. — Я думаю, эта птица... – начал было Джек. — Мертвая птица. Зелёный свет, который вырвался из похожей на камею брошки Мисси, испепелил певчую пташку на месте. Всего несколько мгновений назад она сидела на ветке, напевая мелодию – и вот от нее осталась лишь горсть пепла. — А в прочем, неважно, – вздохнула Мисси. — Я ненавижу птиц

   — Каван Скотт · книга
3. «

   Я вижу вещи, которые никто из моего времени никогда не увидит, посещаю места, которые никто из моего времени никогда не посетит, и отношусь кэтому как к школьной экскурсии. К сожалению, я всегда занята или бегством от кого-то или поиском чего-нибудь. На другое не остается времени.

   Я вижу вещи, которые никто из моего времени никогда не увидит, посещаю места, которые никто из моего времени никогда не посетит, и отношусь кэтому как к школьной экскурсии. К сожалению, я всегда занята или бегством от кого-то или поиском чего-нибудь. На другое не остается времени.

   — Марта Джонс · книга
4. «

   Гид, которую звали Джанет, пыталась рассказывать о лондонских достопримечательностях. Доктор ей помогал, но его попытки, похоже, только раздражали Джанет. — Слева вы можете увидеть Лондонский Тауэр, — начала она. — Строительство которого началось в 1066 году. Меня запирали там пять-шесть раз, — сказал Доктор. Он указал на замок. — Если присмотритесь, увидите мою комнату. Вон то окно. Микрофон Джанет усилил слова Доктора.

   Гид, которую звали Джанет, пыталась рассказывать о лондонских достопримечательностях. Доктор ей помогал, но его попытки, похоже, только раздражали Джанет. — Слева вы можете увидеть Лондонский Тауэр, — начала она. — Строительство которого началось в 1066 году. Меня запирали там пять-шесть раз, — сказал Доктор. Он указал на замок. — Если присмотритесь, увидите мою комнату. Вон то окно. Микрофон Джанет усилил слова Доктора.

   — Доктор · книга
5. «

   — Ты ведь не собираешься в самом деле её нацепить? — спросила она Доктора. Доктор улыбнулся и галантно приподнял шляпу. — Собираюсь. Она крутая. Как и моя футболка. На нем была белая футболка с надписью «Моя спутница ездила в Лондон и не привезла мне ничего, кроме этой паршивой футболки».

   — Ты ведь не собираешься в самом деле её нацепить? — спросила она Доктора. Доктор улыбнулся и галантно приподнял шляпу. — Собираюсь. Она крутая. Как и моя футболка. На нем была белая футболка с надписью «Моя спутница ездила в Лондон и не привезла мне ничего, кроме этой паршивой футболки».

   — Доктор · книга
6. «

   ПРОФИЛЬ СПЕЙСБУК ИМЯ: Мистресс РАБОТА: Добренькая сверкающая счастливая феечка в веселом-веселом и милом Хранилище у Доктора. НИКНЕЙМ: Мисси ДРУГИЕ ИМЕНА: Профессор Таскалес, полковник Мастерс, Преподобный Магистр, сэр Жиль Эстрам, мистер Саксон. Слушайте, если бы я назвалась «Реджи» или, скажем, «Дейв», даже у Доктора не хватило бы хамства заподозрить, что это я. Раньше я часто беспокоилась о том, чтобы замаскироваться от него, но, в конце-концов, что такого в том, что я хочу немного внимания? МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Бристоль. У меня, кстати, нет абсолютно никаких планов стереть его с лица Земли тактическим ядерным ударом, и любое подлое подозрение в обратном не более чем ложь, ложь, в печень нож. ОТНОШЕНИЯ: Понятия не имею что это такое. ЛЮБИМАЯ ЦИТАТА: «Мне от вас нужно только две вещи: подчинение и послушание» ВАЖНЫЕ СОБЫТИЯ: Родился, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, взял тело какого-то типа, опять умер, и снова умер, как всегда умер, стал человеком, прекратил быть человеком, умер, умер, стал женщиной, круто!

   ПРОФИЛЬ СПЕЙСБУК ИМЯ: Мистресс РАБОТА: Добренькая сверкающая счастливая феечка в веселом-веселом и милом Хранилище у Доктора. НИКНЕЙМ: Мисси ДРУГИЕ ИМЕНА: Профессор Таскалес, полковник Мастерс, Преподобный Магистр, сэр Жиль Эстрам, мистер Саксон. Слушайте, если бы я назвалась «Реджи» или, скажем, «Дейв», даже у Доктора не хватило бы хамства заподозрить, что это я. Раньше я часто беспокоилась о том, чтобы замаскироваться от него, но, в конце-концов, что такого в том, что я хочу немного внимания? МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Бристоль. У меня, кстати, нет абсолютно никаких планов стереть его с лица Земли тактическим ядерным ударом, и любое подлое подозрение в обратном не более чем ложь, ложь, в печень нож. ОТНОШЕНИЯ: Понятия не имею что это такое. ЛЮБИМАЯ ЦИТАТА: «Мне от вас нужно только две вещи: подчинение и послушание» ВАЖНЫЕ СОБЫТИЯ: Родился, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, взял тело какого-то типа, опять умер, и снова умер, как всегда умер, стал человеком, прекратил быть человеком, умер, умер, стал женщиной, круто!

   — Каван Скотт · книга
7. «

   — Посмотри снова, может, ты пропустил, — сказала Марта, ползая по полу (вдруг управление детонатором где-то внизу). — Я ничего не пропускаю, — ответил Доктор. – Хорошо, не пропускаю такие вещи. Дни рождения – да, я ужасен. Носки! Я всегда теряю носки. Никогда не бывает слишком много носков. Если ты когда-нибудь будешь думать, что подарить мне на Рождество, носки – вот что я бы предложил. Удаленные средства управления активации бомбы – это другое. Если они здесь, я их нахожу.

   — Посмотри снова, может, ты пропустил, — сказала Марта, ползая по полу (вдруг управление детонатором где-то внизу). — Я ничего не пропускаю, — ответил Доктор. – Хорошо, не пропускаю такие вещи. Дни рождения – да, я ужасен. Носки! Я всегда теряю носки. Никогда не бывает слишком много носков. Если ты когда-нибудь будешь думать, что подарить мне на Рождество, носки – вот что я бы предложил. Удаленные средства управления активации бомбы – это другое. Если они здесь, я их нахожу.

   — Доктор · книга
8. «

   — Я предупреждаю вас, — едва слышным шёпотом произнёс он. — Если я не буду смотреть на ноги, я все сделаю неправильно. Я знаю, так и будет. — Так делайте неправильно. — Что? Он звучал удивлённо. Даже сконфуженно. — Это и есть танец. С одной стороны, дело в том, чтобы ставить ноги в нужное время в нужное место. С другой — в том, что ты чувствуешь, в игнорировании правильного и неправильного, в том, чтобы забыть, куда нужно ставить ноги, поддаться ритму. И вдруг случайно обнаружить, что ты всё равно ставишь их в нужное место в нужное время.

   — Я предупреждаю вас, — едва слышным шёпотом произнёс он. — Если я не буду смотреть на ноги, я все сделаю неправильно. Я знаю, так и будет. — Так делайте неправильно. — Что? Он звучал удивлённо. Даже сконфуженно. — Это и есть танец. С одной стороны, дело в том, чтобы ставить ноги в нужное время в нужное место. С другой — в том, что ты чувствуешь, в игнорировании правильного и неправильного, в том, чтобы забыть, куда нужно ставить ноги, поддаться ритму. И вдруг случайно обнаружить, что ты всё равно ставишь их в нужное место в нужное время.

   — Доктор · книга
9. «

   — Иногда я ненавижу людей, — сказала она. Доктор схватил ее руки: — Марта! Нет, нет, нет! Ненавидь некоторых людей, кого считаешь нужным, ненавидь нетерпимость, несправедливость, жестокость человека к человеку, но никогда не ненавидь людей.

   — Иногда я ненавижу людей, — сказала она. Доктор схватил ее руки: — Марта! Нет, нет, нет! Ненавидь некоторых людей, кого считаешь нужным, ненавидь нетерпимость, несправедливость, жестокость человека к человеку, но никогда не ненавидь людей.

   — Доктор · книга
10. «

    Со стороны любая культура выглядит странно.

    Со стороны любая культура выглядит странно.

    — Доктор · книга
11. «

    Саблезубый тигр прыгнул и приземлился на липкой смоле. Его лапы начали проваливаться, а Доктор перенастроил отвертку, и поверхность снова начала застывать. Несколько секунд спустя тигр был пойман в ловушку. На его пушистых лапах было то, что мафия назвала бы ботинками гудронированного шоссе. Зверь неистово ревел. — А теперь? Мы же не станем и его забирать в Тардис? Мы стояли и смотрели на рассерженное животное. Я все еще была испугана. — Не думаю, что он пройдет через кошачью дверцу, — ответил доктор. – Держу пари…

    Саблезубый тигр прыгнул и приземлился на липкой смоле. Его лапы начали проваливаться, а Доктор перенастроил отвертку, и поверхность снова начала застывать. Несколько секунд спустя тигр был пойман в ловушку. На его пушистых лапах было то, что мафия назвала бы ботинками гудронированного шоссе. Зверь неистово ревел. — А теперь? Мы же не станем и его забирать в Тардис? Мы стояли и смотрели на рассерженное животное. Я все еще была испугана. — Не думаю, что он пройдет через кошачью дверцу, — ответил доктор. – Держу пари…

    — Доктор · книга
12. «

    — Моя подруга Пери уехала навестить друзей на несколько дней, оставив меня слоняться без дела. Я осмотрелся и не обнаружил никаких инопланетных вторжений, которые я мог бы предотвратить. Так что я решил научиться чему-то новому. Всегда хотел попробовать заняться бальными танцами или гончарным делом. К этому моменту он закончил исследовать плакаты и снова повернулся к ней, сияя широкой улыбкой. — Я выбрал танцы. — Инопланетные вторжения? — робко переспросила она. Он нахмурился. — Нет, никаких инопланетных вторжений, в том и суть. Постарайтесь слушать внимательнее.

    — Моя подруга Пери уехала навестить друзей на несколько дней, оставив меня слоняться без дела. Я осмотрелся и не обнаружил никаких инопланетных вторжений, которые я мог бы предотвратить. Так что я решил научиться чему-то новому. Всегда хотел попробовать заняться бальными танцами или гончарным делом. К этому моменту он закончил исследовать плакаты и снова повернулся к ней, сияя широкой улыбкой. — Я выбрал танцы. — Инопланетные вторжения? — робко переспросила она. Он нахмурился. — Нет, никаких инопланетных вторжений, в том и суть. Постарайтесь слушать внимательнее.

    — Бекки · книга
13. «

    Свобода от эмоций? Уже нет. Что-то шевельнулось внутри женщины, что-то незнакомое. Что это? Отчаяние? Потребность? Желание? Или только знание, что, если не принять немедленные меры, ее цель никогда не будет достигнута? Так или иначе, это было сильное, такое сильное чувство.

    Свобода от эмоций? Уже нет. Что-то шевельнулось внутри женщины, что-то незнакомое. Что это? Отчаяние? Потребность? Желание? Или только знание, что, если не принять немедленные меры, ее цель никогда не будет достигнута? Так или иначе, это было сильное, такое сильное чувство.

    — Доктор Кто: последний дронт · книга
14. «

    — Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

    — Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

    — Каван Скотт · книга
15. «

    — Но… разве они не могут встретиться с собственными бабушками и дедушками? Он пожал плечами. — Возможно. Не думаю, что это будет их волновать. Никто не вытащит семейный альбом и не скажет: «Эй, эта медуза выглядит знакомой».

    — Но… разве они не могут встретиться с собственными бабушками и дедушками? Он пожал плечами. — Возможно. Не думаю, что это будет их волновать. Никто не вытащит семейный альбом и не скажет: «Эй, эта медуза выглядит знакомой».

    — Доктор · книга
16. «

    Иногда, слушая Доктора, у вас создается впечатление, что кто-то взял четкую прямую мысль, разрезал ее на части и беспорядочно склеил. Я только кивнула и промычала: «Мм». Остальные сделали так же.

    Иногда, слушая Доктора, у вас создается впечатление, что кто-то взял четкую прямую мысль, разрезал ее на части и беспорядочно склеил. Я только кивнула и промычала: «Мм». Остальные сделали так же.

    — Доктор · книга
17. «

    — Так как тебя зовут? — Обычно меня зовут Доктором. — Но это не имя. — Нет. Это тайна. Казалось, что он больше не будет об этом говорить, но он передумал. — Эх, почему нет? И он сказал ей. Она громко рассмеялась. — Что, правда? Он кивнул немного стыдливо. — Я говорю всем, что оно слишком длинное и труднопроизносимое. Обычно они замолкают.

    — Так как тебя зовут? — Обычно меня зовут Доктором. — Но это не имя. — Нет. Это тайна. Казалось, что он больше не будет об этом говорить, но он передумал. — Эх, почему нет? И он сказал ей. Она громко рассмеялась. — Что, правда? Он кивнул немного стыдливо. — Я говорю всем, что оно слишком длинное и труднопроизносимое. Обычно они замолкают.

    — Доктор · книга
18. «

    Отложив свиток с данными, он встал, подойдя к окну. Где она? Он остановился, заметив что-то у ног. Генерал посмотрел вниз и почувствовал, как его желудок сжался. Какая-то фигурка лежала на полу, не больше куклы: кожа была тёмной, волосы белокурыми, а из одежды – кожаная куртка, идеально обработанный ремень для пистолета, перекинутый через бёдра, сверкающий в свете солнц Галлифрея. Повелитель Времени мог разглядеть золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. Генерал сглотнул, полностью осознавая, что будет, если он, осмотрев миниатюрное тело, найдет татуировку на её запястье. Крест на данных ещё одного из его лучших агентов. Он сделал шаг назад, заметив клочок бумаги под телом. Его доспехи заскрипели, когда он присел, осторожно вытаскивая записку. Генерал застыл, когда перевернул её. Почерк был знакомым, послание – точным. Три слова, написанные свежими зелеными чернилами: Не твоя марионетка.

    Отложив свиток с данными, он встал, подойдя к окну. Где она? Он остановился, заметив что-то у ног. Генерал посмотрел вниз и почувствовал, как его желудок сжался. Какая-то фигурка лежала на полу, не больше куклы: кожа была тёмной, волосы белокурыми, а из одежды – кожаная куртка, идеально обработанный ремень для пистолета, перекинутый через бёдра, сверкающий в свете солнц Галлифрея. Повелитель Времени мог разглядеть золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. Генерал сглотнул, полностью осознавая, что будет, если он, осмотрев миниатюрное тело, найдет татуировку на её запястье. Крест на данных ещё одного из его лучших агентов. Он сделал шаг назад, заметив клочок бумаги под телом. Его доспехи заскрипели, когда он присел, осторожно вытаскивая записку. Генерал застыл, когда перевернул её. Почерк был знакомым, послание – точным. Три слова, написанные свежими зелеными чернилами: Не твоя марионетка.

    — Каван Скотт · книга
19. «

    — Ты ведь не думаешь, что что-то не так, правда? — наконец спросила Эми. — Не-а, — ответил Рори, хотя выглядел обеспокоенным. — Просто у нас никогда не было каникул без монстров или падающих кораблей. — Ну, мы тут уже почти день, и никаких монстров нет! — сказала Эми. — Монстр! — раздался дрожащий голос со второго ряда.

    — Ты ведь не думаешь, что что-то не так, правда? — наконец спросила Эми. — Не-а, — ответил Рори, хотя выглядел обеспокоенным. — Просто у нас никогда не было каникул без монстров или падающих кораблей. — Ну, мы тут уже почти день, и никаких монстров нет! — сказала Эми. — Монстр! — раздался дрожащий голос со второго ряда.

    — Эми Понд · книга
20. «

    Она танцевала. Она покачивала головой в такт с музыкой в ней, которая была лучше предложенной, она раскачивалась, подпрыгивала и вращалась. Это должно было выглядеть нелепо. Но не выглядело. В этом была радость, бессознательная любовь к движению, к возможностям тела, к формам, которые оно может принимать. Понимание того, что она ещё достаточно юна, чтобы это сошло ей с рук, наивность, которая не осознавала того, что так будет не всегда. Она танцевала и смеялась, смеялась и танцевала. И, наконец, упала от усталости, все ещё смеясь.

    Она танцевала. Она покачивала головой в такт с музыкой в ней, которая была лучше предложенной, она раскачивалась, подпрыгивала и вращалась. Это должно было выглядеть нелепо. Но не выглядело. В этом была радость, бессознательная любовь к движению, к возможностям тела, к формам, которые оно может принимать. Понимание того, что она ещё достаточно юна, чтобы это сошло ей с рук, наивность, которая не осознавала того, что так будет не всегда. Она танцевала и смеялась, смеялась и танцевала. И, наконец, упала от усталости, все ещё смеясь.

    — Бекки · книга