47 цитат Жаклина Райнера — избранное

Ниже 47 цитат Жаклина Райнера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я был Повелителем времени в изгнании. Или на самом деле я был зверем в зоопарке?

   Я был Повелителем времени в изгнании. Или на самом деле я был зверем в зоопарке?

   — Доктор · книга
2. «

   Со стороны любая культура выглядит странно.

   Со стороны любая культура выглядит странно.

   — Доктор · книга
3. «

   Хорошо быть посланным что-то разузнать. Но когда вы действительно принимаетесь за дело, то понимаете, что это не так просто.

   Хорошо быть посланным что-то разузнать. Но когда вы действительно принимаетесь за дело, то понимаете, что это не так просто.

   — Марта Джонс · книга
4. «

   — Доктор! – воскликнула Ванни. Люди всегда кричат «Доктор!» и никогда «Марта!». То же самое и со злодеями. «Схватите Доктора и девушку!». Возможно, однажды прозвучит «Схватите Мартуи мужчину!», тогда он поймет, каково чувствовать себя безымянной запасной частью. Не то, чтобы я хотела оказаться схваченной злодеями…

   — Доктор! – воскликнула Ванни. Люди всегда кричат «Доктор!» и никогда «Марта!». То же самое и со злодеями. «Схватите Доктора и девушку!». Возможно, однажды прозвучит «Схватите Мартуи мужчину!», тогда он поймет, каково чувствовать себя безымянной запасной частью. Не то, чтобы я хотела оказаться схваченной злодеями…

   — Доктор · книга
5. «

   — Так как тебя зовут? — Обычно меня зовут Доктором. — Но это не имя. — Нет. Это тайна. Казалось, что он больше не будет об этом говорить, но он передумал. — Эх, почему нет? И он сказал ей. Она громко рассмеялась. — Что, правда? Он кивнул немного стыдливо. — Я говорю всем, что оно слишком длинное и труднопроизносимое. Обычно они замолкают.

   — Так как тебя зовут? — Обычно меня зовут Доктором. — Но это не имя. — Нет. Это тайна. Казалось, что он больше не будет об этом говорить, но он передумал. — Эх, почему нет? И он сказал ей. Она громко рассмеялась. — Что, правда? Он кивнул немного стыдливо. — Я говорю всем, что оно слишком длинное и труднопроизносимое. Обычно они замолкают.

   — Доктор · книга
6. «

   — Краем глаза я заметил кое-что, начинающееся с буквы Т, — через секунду сказал Доктор. — Ты имеешь в виду букву Д, — сказала Марта озадаченным тоном, увидев, на что он смотрит. — Нет, нет, нет. Я говорю об одной большой Т… Тайне.

   — Краем глаза я заметил кое-что, начинающееся с буквы Т, — через секунду сказал Доктор. — Ты имеешь в виду букву Д, — сказала Марта озадаченным тоном, увидев, на что он смотрит. — Нет, нет, нет. Я говорю об одной большой Т… Тайне.

   — Доктор · книга
7. «

   — Не путайте настоящего преступного лидера с его прикрытием, это то, чему нас учили преподаватели, — сказала она.

   — Не путайте настоящего преступного лидера с его прикрытием, это то, чему нас учили преподаватели, — сказала она.

   — Доктор Кто: последний дронт · книга
8. «

   — Генерал, – промурлыкала она. – Какая неожиданная честь. Хотите, чтобы я сделала реверанс или поклонилась? — Я бы хотел, чтобы ты заткнулась и хоть один раз послушала.

   — Генерал, – промурлыкала она. – Какая неожиданная честь. Хотите, чтобы я сделала реверанс или поклонилась? — Я бы хотел, чтобы ты заткнулась и хоть один раз послушала.

   — Каван Скотт · книга
9. «

   Она танцевала. Она покачивала головой в такт с музыкой в ней, которая была лучше предложенной, она раскачивалась, подпрыгивала и вращалась. Это должно было выглядеть нелепо. Но не выглядело. В этом была радость, бессознательная любовь к движению, к возможностям тела, к формам, которые оно может принимать. Понимание того, что она ещё достаточно юна, чтобы это сошло ей с рук, наивность, которая не осознавала того, что так будет не всегда. Она танцевала и смеялась, смеялась и танцевала. И, наконец, упала от усталости, все ещё смеясь.

   Она танцевала. Она покачивала головой в такт с музыкой в ней, которая была лучше предложенной, она раскачивалась, подпрыгивала и вращалась. Это должно было выглядеть нелепо. Но не выглядело. В этом была радость, бессознательная любовь к движению, к возможностям тела, к формам, которые оно может принимать. Понимание того, что она ещё достаточно юна, чтобы это сошло ей с рук, наивность, которая не осознавала того, что так будет не всегда. Она танцевала и смеялась, смеялась и танцевала. И, наконец, упала от усталости, все ещё смеясь.

   — Бекки · книга
10. «

    И когда она раскрыла ему этот секрет, этот простой секрет, который она не могла раскрыть Дэвиду, никогда, ему будет слишком больно, она раскрыла ему и другие секреты.

    И когда она раскрыла ему этот секрет, этот простой секрет, который она не могла раскрыть Дэвиду, никогда, ему будет слишком больно, она раскрыла ему и другие секреты.

    — Бекки · книга
11. «

    — Но… разве они не могут встретиться с собственными бабушками и дедушками? Он пожал плечами. — Возможно. Не думаю, что это будет их волновать. Никто не вытащит семейный альбом и не скажет: «Эй, эта медуза выглядит знакомой».

    — Но… разве они не могут встретиться с собственными бабушками и дедушками? Он пожал плечами. — Возможно. Не думаю, что это будет их волновать. Никто не вытащит семейный альбом и не скажет: «Эй, эта медуза выглядит знакомой».

    — Доктор · книга
12. «

    — Моя подруга Пери уехала навестить друзей на несколько дней, оставив меня слоняться без дела. Я осмотрелся и не обнаружил никаких инопланетных вторжений, которые я мог бы предотвратить. Так что я решил научиться чему-то новому. Всегда хотел попробовать заняться бальными танцами или гончарным делом. К этому моменту он закончил исследовать плакаты и снова повернулся к ней, сияя широкой улыбкой. — Я выбрал танцы. — Инопланетные вторжения? — робко переспросила она. Он нахмурился. — Нет, никаких инопланетных вторжений, в том и суть. Постарайтесь слушать внимательнее.

    — Моя подруга Пери уехала навестить друзей на несколько дней, оставив меня слоняться без дела. Я осмотрелся и не обнаружил никаких инопланетных вторжений, которые я мог бы предотвратить. Так что я решил научиться чему-то новому. Всегда хотел попробовать заняться бальными танцами или гончарным делом. К этому моменту он закончил исследовать плакаты и снова повернулся к ней, сияя широкой улыбкой. — Я выбрал танцы. — Инопланетные вторжения? — робко переспросила она. Он нахмурился. — Нет, никаких инопланетных вторжений, в том и суть. Постарайтесь слушать внимательнее.

    — Бекки · книга
13. «

    Проблема половины человеческой расы в том, что они относятся к животным как к предмету потребления, другая половина наделяет их человеческими качествами.

    Проблема половины человеческой расы в том, что они относятся к животным как к предмету потребления, другая половина наделяет их человеческими качествами.

    — Доктор · книга
14. «

    — Манипулятор Временной Воронки? – нахмурилась Йайани. – Кто в здравом уме станет его использовать? — Ты разве не слышала, глупышка? Я никогда и не была в здравом уме.

    — Манипулятор Временной Воронки? – нахмурилась Йайани. – Кто в здравом уме станет его использовать? — Ты разве не слышала, глупышка? Я никогда и не была в здравом уме.

    — Каван Скотт · книга
15. «

    — Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

    — Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

    — Каван Скотт · книга
16. «

    Бекки нравились дни рожденья. Дело было не в подарках — хотя их весело было распаковывать, содержимое обычно показывало, что мама всё ещё считает её ребёнком. Нет, особенным было то, что в этот день мама не могла пилить её, не могла перекладывать на неё обязанности по дому, не могла ругаться из-за поздних подъёмов и прогулок после наступления темноты. Один день в году её мать любила притворяться, что дочь — её близкий друг, что они ни разу не ссорились.

    Бекки нравились дни рожденья. Дело было не в подарках — хотя их весело было распаковывать, содержимое обычно показывало, что мама всё ещё считает её ребёнком. Нет, особенным было то, что в этот день мама не могла пилить её, не могла перекладывать на неё обязанности по дому, не могла ругаться из-за поздних подъёмов и прогулок после наступления темноты. Один день в году её мать любила притворяться, что дочь — её близкий друг, что они ни разу не ссорились.

    — Бекки · книга
17. «

    — Я бы не пытался отправить меня в прошлое на твоем месте, — сказал он ангелу. — Ты пытаешься энергией времени, которое я мог бы прожить в будущем. И знаешь, я все еще собираюсь его прожить. Видишь ли, я не человек. Я проживу несколько десятков лет и войду прямо в эту дверь. Он прервался, надеясь, что дверь откроется. Этого не случилось. Конечно, он не мог появиться и спасти самого себя прежде, чем его отправят в прошлое. Если бы это случилось, его бы не отправили в прошлое и некому было бы прийти и спасти его. Это было запутанно, даже для повелителя времени. — Я почти хочу этого, — сказал Доктор. — небольшого перерыва. Шанса навестить старых друзей. Уинстона Черчилля. Агату Кристи. The Beatles.

    — Я бы не пытался отправить меня в прошлое на твоем месте, — сказал он ангелу. — Ты пытаешься энергией времени, которое я мог бы прожить в будущем. И знаешь, я все еще собираюсь его прожить. Видишь ли, я не человек. Я проживу несколько десятков лет и войду прямо в эту дверь. Он прервался, надеясь, что дверь откроется. Этого не случилось. Конечно, он не мог появиться и спасти самого себя прежде, чем его отправят в прошлое. Если бы это случилось, его бы не отправили в прошлое и некому было бы прийти и спасти его. Это было запутанно, даже для повелителя времени. — Я почти хочу этого, — сказал Доктор. — небольшого перерыва. Шанса навестить старых друзей. Уинстона Черчилля. Агату Кристи. The Beatles.

    — Доктор · книга
18. «

    — Я не хочу быть балериной. — Хочешь. Ты всегда об этом мечтала. — Когда была маленькой девочкой. Девчачья болтовня. Детские мечты. Она запнулась. — Мы вырастаем, ведь так?

    — Я не хочу быть балериной. — Хочешь. Ты всегда об этом мечтала. — Когда была маленькой девочкой. Девчачья болтовня. Детские мечты. Она запнулась. — Мы вырастаем, ведь так?

    — Доктор · книга
19. «

    — Какое фантастическое изобретение. Миллион вариантов использования. — И какие 999999 вариантов? – спросила девушка. – Кроме обнаружения дронтов? — Ну ладно, одно использование, — признал Доктор.

    — Какое фантастическое изобретение. Миллион вариантов использования. — И какие 999999 вариантов? – спросила девушка. – Кроме обнаружения дронтов? — Ну ладно, одно использование, — признал Доктор.

    — Доктор · книга
20. «

    — А что я получаю вместо благодарности? – сказала Мисси, делая вид что плачет, – Непослушных детей. Невнимательных детей. Грубых детей. — Прости нас, Мисси, – сказал Джек, – нам очень стыдно, что мы сбегали ради приключений в центре Земли и на Луне. — И на Марсе, – она щёлкнула пальцами, – вы вынудили меня проделать неблизкий путь до самого Марса, помните? Чтобы спасти вас из дворца того дурацкого короля-лобстера, или как его там. Мне пришлось победить того огромного осьминога на королевской арене просто ради того, чтобы спасти ваши шкуры. И это полностью испортило все мои выходные. – она оглядела свой темное вельветовое пальто и скривилась, – а теперь, я ещё и в Лунной Пыли с головы до пят.

    — А что я получаю вместо благодарности? – сказала Мисси, делая вид что плачет, – Непослушных детей. Невнимательных детей. Грубых детей. — Прости нас, Мисси, – сказал Джек, – нам очень стыдно, что мы сбегали ради приключений в центре Земли и на Луне. — И на Марсе, – она щёлкнула пальцами, – вы вынудили меня проделать неблизкий путь до самого Марса, помните? Чтобы спасти вас из дворца того дурацкого короля-лобстера, или как его там. Мне пришлось победить того огромного осьминога на королевской арене просто ради того, чтобы спасти ваши шкуры. И это полностью испортило все мои выходные. – она оглядела свой темное вельветовое пальто и скривилась, – а теперь, я ещё и в Лунной Пыли с головы до пят.

    — Каван Скотт · книга