33 цитаты Жана Кокто про любовь, время и выбор

Подборка из 33 цитаты Жана Кокто: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жестокое сердце... Черствое. На сердце тоже бывает мода. Сейчас оно больше не в моде. Твое поколение его «не носит».

   Жестокое сердце... Черствое. На сердце тоже бывает мода. Сейчас оно больше не в моде. Твое поколение его «не носит».

   — Священные чудовища · книга
2. «

   Сделай половину работы, остальная сделается сама.

   Сделай половину работы, остальная сделается сама.
3. «

   — Представьте, что ваш дом горит и вы сможете вынести оттуда только одну вещь. — Я возьму с собой огонь.

   — Представьте, что ваш дом горит и вы сможете вынести оттуда только одну вещь. — Я возьму с собой огонь.
4. «

   Любовь для меня изнурительна. Даже когда все спокойно, я боюсь, что этому покою придет конец, и тревога лишает его всякой сладости. Малейшая накладка уже означает провал всей пьесы. Невозможно не толковать все в худшую сторону. Ничего нельзя сделать, чтобы почва не уходила у меня из-под ног, когда всего-то и есть, что какой-то один неверный шаг. Ждать — пытка; обладать — тоже, из-за страха потерять.

   Любовь для меня изнурительна. Даже когда все спокойно, я боюсь, что этому покою придет конец, и тревога лишает его всякой сладости. Малейшая накладка уже означает провал всей пьесы. Невозможно не толковать все в худшую сторону. Ничего нельзя сделать, чтобы почва не уходила у меня из-под ног, когда всего-то и есть, что какой-то один неверный шаг. Ждать — пытка; обладать — тоже, из-за страха потерять.

   — Белая книга · книга
5. «

   Прохожий, я по жизни сей Шел от опасности к опасности, И путь мой стал всего ясней, Когда совсем не стало ясности.

   Прохожий, я по жизни сей Шел от опасности к опасности, И путь мой стал всего ясней, Когда совсем не стало ясности.
6. «

   Поскольку смертной казни в школах не существует, Даржелоса исключили...

   Поскольку смертной казни в школах не существует, Даржелоса исключили...

   — Ужасные дети · книга
7. «

   Стиль – это простой способ говорить о сложных вещах.

   Стиль – это простой способ говорить о сложных вещах.
8. «

   Мы все — больные и умеем читать только те книги, которые рассказывают нам о наших болезнях.

   Мы все — больные и умеем читать только те книги, которые рассказывают нам о наших болезнях.

   — Портреты-воспоминания · книга
9. «

   В каждом из нас сидит пружина. Ее непременно надо заводить до отказа, но при этом не сломать.

   В каждом из нас сидит пружина. Ее непременно надо заводить до отказа, но при этом не сломать.
10. «

    Я люблю вас, — повторял он, — и для меня любить вас — счастье.

    Я люблю вас, — повторял он, — и для меня любить вас — счастье.

    — Г. · книга
11. «

    Я люблю кошек, потому что люблю свой дом — и мало-помалу они становятся его видимой душой.

    Я люблю кошек, потому что люблю свой дом — и мало-помалу они становятся его видимой душой.
12. «

    Человек всё усложняет, поскольку всегда начинает движение с левой ноги. Я думаю, начни он с правой, ему бы повезло больше и неразрешимому нашлось бы решение.

    Человек всё усложняет, поскольку всегда начинает движение с левой ноги. Я думаю, начни он с правой, ему бы повезло больше и неразрешимому нашлось бы решение.

    — Дневник незнакомца · книга
13. «

    Как черные очки, так и меланхолия гасят краски окружающего мира, но сквозь них можно смотреть, не отводя глаз, на солнце и смерть.

    Как черные очки, так и меланхолия гасят краски окружающего мира, но сквозь них можно смотреть, не отводя глаз, на солнце и смерть.

    — Двойной шпагат · книга
14. «

    Фальшивые таланты боятся смешного. Смех настежь распахивает человека. И тогда видишь или сокровище, или пустоту.

    Фальшивые таланты боятся смешного. Смех настежь распахивает человека. И тогда видишь или сокровище, или пустоту.

    — Портреты-воспоминания · книга
15. «

    Даже величайший шедевр литературы — всего лишь приведенный в беспорядок словарь.

    Даже величайший шедевр литературы — всего лишь приведенный в беспорядок словарь.
16. «

    Что не поддается сравнению, то обескураживает. Сравнение лежит в основе самого механизма удовольствия. Порой работа удовлетворяет нас потому, что напоминает нечто, запавшее прежде в душу. Но наша собственная новизна, которой не на что опереться в памяти, выбивает у нас из-под ног почву, ставит отдельно от целого мира.

    Что не поддается сравнению, то обескураживает. Сравнение лежит в основе самого механизма удовольствия. Порой работа удовлетворяет нас потому, что напоминает нечто, запавшее прежде в душу. Но наша собственная новизна, которой не на что опереться в памяти, выбивает у нас из-под ног почву, ставит отдельно от целого мира.

    — О порядке в обличье хаоса · книга
17. «

    Ни перед кем так не робеешь, как перед детьми и девушками. Слишком многое отделяет нас от тех и других. Непонятно, как прервать молчание и приспособиться к их уровню.

    Ни перед кем так не робеешь, как перед детьми и девушками. Слишком многое отделяет нас от тех и других. Непонятно, как прервать молчание и приспособиться к их уровню.

    — Белая книга · книга
18. «

    Карта нашей жизни сложена таким образом, что мы видим не одну пересекающую ее большую дорогу, но каждый раз новую дорожку с каждым новым разворотом карты. Нам представляется, что мы выбираем, а выбора у нас нет.

    Карта нашей жизни сложена таким образом, что мы видим не одну пересекающую ее большую дорогу, но каждый раз новую дорожку с каждым новым разворотом карты. Нам представляется, что мы выбираем, а выбора у нас нет.

    — Двойной шпагат · книга
19. «

    Секрет всегда имеет форму уха.

    Секрет всегда имеет форму уха.
20. «

    Виртуозы не служат музыке; они заставляют ее служить себе.

    Виртуозы не служат музыке; они заставляют ее служить себе.