247 цитат Жана-Поля Сартра про любовь, время и выбор

Ниже 247 цитат Жана-Поля Сартра — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я никогда не замечал, что быть человеком так уж трудно. Мне казалось: живёшь себе и живи.

   Я никогда не замечал, что быть человеком так уж трудно. Мне казалось: живёшь себе и живи.

   — Тошнота · книга
2. «

   Ты что, воображаешь, будто сможешь всю жизнь прожить ни тем ни сем?

   Ты что, воображаешь, будто сможешь всю жизнь прожить ни тем ни сем?

   — Брюне · книга
3. «

   Вся сущее рождается без причины, влачит свои дни по слабости и умирает по случайности.

   Вся сущее рождается без причины, влачит свои дни по слабости и умирает по случайности.

   — Бытие и ничто · книга
4. «

   Слова — заряженные пистолеты.

   Слова — заряженные пистолеты.
5. «

   Он мог вообразить, что почувствовала Ивиш, но сам никогда ничего не чувствовал: для нее вещи были живыми соучастниками, их постоянные эманации проникали в нее до самого нутра, Матье же всегда видел предметы только издалека.

   Он мог вообразить, что почувствовала Ивиш, но сам никогда ничего не чувствовал: для нее вещи были живыми соучастниками, их постоянные эманации проникали в нее до самого нутра, Матье же всегда видел предметы только издалека.

   — Возраст зрелости · книга
6. «

   До чего же я прав, если все вы так громко вопите.

   До чего же я прав, если все вы так громко вопите.

   — Гёц · книга
7. «

   Моя лучшая книга — та, над которой я работаю.

   Моя лучшая книга — та, над которой я работаю.
8. «

   Я всегда могу выбрать, но я должен знать, что даже в том случае, если я ничего не выбираю, я тем самым всё-таки делаю выбор.

   Я всегда могу выбрать, но я должен знать, что даже в том случае, если я ничего не выбираю, я тем самым всё-таки делаю выбор.

   — Экзистенциализм - это гуманизм · книга
9. «

   У меня было две причины уважать моего учителя: он желал мне добра и у него дурно пахло изо рта. Взрослым полагалось быть морщинистыми, неаппетитными уродами; когда они меня целовали, мне нравилось преодолевать легкую тошноту, это доказывало, что добродетель дается дорогой ценой.

   У меня было две причины уважать моего учителя: он желал мне добра и у него дурно пахло изо рта. Взрослым полагалось быть морщинистыми, неаппетитными уродами; когда они меня целовали, мне нравилось преодолевать легкую тошноту, это доказывало, что добродетель дается дорогой ценой.

   — Слова · книга
10. «

    Именно таким они меня видят. Даниель, Марсель, Брюне, Жак: человек, который хочет быть свободным. Он ест, пьет, как все остальные, он государственный служащий, он не занимается политикой, он читает поддерживающие Народный фронт «Эвр» и «Попюлер», у него трудности с деньгами. Но он хочет быть свободным, как филателисты хотят приобрести коллекцию марок. Свобода – тайный сад. Его маленький сговор с самим собой. Человек ленивый и холодный, немного химерический, но в основе очень благоразумный, человек, который скрытно смастерил себе банальное, но прочное счастье и изредка оправдывает себя возвышенными соображениями. Разве я не таков?

    Именно таким они меня видят. Даниель, Марсель, Брюне, Жак: человек, который хочет быть свободным. Он ест, пьет, как все остальные, он государственный служащий, он не занимается политикой, он читает поддерживающие Народный фронт «Эвр» и «Попюлер», у него трудности с деньгами. Но он хочет быть свободным, как филателисты хотят приобрести коллекцию марок. Свобода – тайный сад. Его маленький сговор с самим собой. Человек ленивый и холодный, немного химерический, но в основе очень благоразумный, человек, который скрытно смастерил себе банальное, но прочное счастье и изредка оправдывает себя возвышенными соображениями. Разве я не таков?

    — Даниель Серено · книга
11. «

    Что-то начинается, чтобы прийти к концу: приключение не терпит длительности, его смысл в его погибели. Каждое мгновение наступает лишь затем, чтобы потянуть за собой те, что следуют за ним.

    Что-то начинается, чтобы прийти к концу: приключение не терпит длительности, его смысл в его погибели. Каждое мгновение наступает лишь затем, чтобы потянуть за собой те, что следуют за ним.

    — Антуан Рокантен · книга
12. «

    Есть ли что-нибудь на свете мрачнее солнца?

    Есть ли что-нибудь на свете мрачнее солнца?

    — Мухи · книга
13. «

    Комплексы — это, конечно, прекрасно, но когда-то надо же от них избавляться.

    Комплексы — это, конечно, прекрасно, но когда-то надо же от них избавляться.

    — Портрет антисемита · книга
14. «

    Когда ты хочешь что-то понять, ты оказываешься с этим «что-то» лицом к лицу, совсем один, без всякой помощи.

    Когда ты хочешь что-то понять, ты оказываешься с этим «что-то» лицом к лицу, совсем один, без всякой помощи.

    — Тошнота · книга
15. «

    В 1787 году неподалеку от Мулена на постоялом дворе умирал старик, друг Дидро, воспитанный на сочинениях философов. Окрестные священники выбились из сил: старик не желал принять соборование — он был пантеистом. Проезжавший мимо маркиз де Рольбон, который не верил ни в Бога, ни в черта, побился об заклад с муленским кюре, что ему не понадобится и двух часов, чтобы вернуть больного в лоно христианской церкви. Кюре принял пари и проиграл: больной, за которого маркиз взялся в три часа ночи, в пять утра исповедался и в семь утра умер. «Неужели вы так сильны в диспуте? — спросил кюре. — Вы заткнули за пояс всех нас!» — «А я вовсе не затевал диспута, — ответил маркиз. — Я просто запугал его адом».

    В 1787 году неподалеку от Мулена на постоялом дворе умирал старик, друг Дидро, воспитанный на сочинениях философов. Окрестные священники выбились из сил: старик не желал принять соборование — он был пантеистом. Проезжавший мимо маркиз де Рольбон, который не верил ни в Бога, ни в черта, побился об заклад с муленским кюре, что ему не понадобится и двух часов, чтобы вернуть больного в лоно христианской церкви. Кюре принял пари и проиграл: больной, за которого маркиз взялся в три часа ночи, в пять утра исповедался и в семь утра умер. «Неужели вы так сильны в диспуте? — спросил кюре. — Вы заткнули за пояс всех нас!» — «А я вовсе не затевал диспута, — ответил маркиз. — Я просто запугал его адом».

    — Тошнота · книга
16. «

    Вот этого как раз и надо остерегаться — изображать странным то, в чем ни малейшей странности нет. Дневник, по-моему, тем и опасен: ты все время начеку, все преувеличиваешь и непрерывно насилуешь правду.

    Вот этого как раз и надо остерегаться — изображать странным то, в чем ни малейшей странности нет. Дневник, по-моему, тем и опасен: ты все время начеку, все преувеличиваешь и непрерывно насилуешь правду.

    — Тошнота · книга
17. «

    У каждого настоящего есть своё будущее, которое освещает его и которое исчезает вместе с ним, становясь прошлым-будущим.

    У каждого настоящего есть своё будущее, которое освещает его и которое исчезает вместе с ним, становясь прошлым-будущим.
18. «

    Пожалуй, лучше всего делать записи изо дня в день. Вести дневник, чтобы докопаться до сути.

    Пожалуй, лучше всего делать записи изо дня в день. Вести дневник, чтобы докопаться до сути.

    — Тошнота · книга
19. «

    Я знаю заранее — сегодняшний день потерян.

    Я знаю заранее — сегодняшний день потерян.

    — Тошнота · книга
20. «

    Всё, что я знаю о своей жизни, мне кажется, я вычитал из книг.

    Всё, что я знаю о своей жизни, мне кажется, я вычитал из книг.

    — Тошнота · книга