Топ-128 цитат Жоржа Санда

Подборка из 128 цитат Жоржа Санда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Миром управляет каприз, заблуждение и безумие.

   Миром управляет каприз, заблуждение и безумие.

   — Консуэло · книга
2. «

   Жизнь — это бездна, куда вперемежку падало все хорошее и все дурное, что дано чувствовать человеку.

   Жизнь — это бездна, куда вперемежку падало все хорошее и все дурное, что дано чувствовать человеку.

   — Сильвия · книга
3. «

   Увы, душа, никогда не страдавшая, не может постичь счастья!

   Увы, душа, никогда не страдавшая, не может постичь счастья!

   — Индиана · книга
4. «

   Смерть проходит между нами и, по видимости, разлучает нас только для того, чтобы соединить в вечности.

   Смерть проходит между нами и, по видимости, разлучает нас только для того, чтобы соединить в вечности.

   — Консуэло · книга
5. «

   Когда любишь человека, милы даже муки, которые он тебе причиняет.

   Когда любишь человека, милы даже муки, которые он тебе причиняет.

   — Лансак · книга
6. «

   Есть тысячи причин для того, чтобы потерять любовь женщины, и всегда действует как раз та причина, которой ты не предвидел.

   Есть тысячи причин для того, чтобы потерять любовь женщины, и всегда действует как раз та причина, которой ты не предвидел.
7. «

   Опять начинается припадок безумия!

   Опять начинается припадок безумия!

   — Консуэло · книга
8. «

   Таково человеческое сердце: зарождающейся любви необходимы опасности и препятствия, а угасшая любовь разгорается с новой силой, когда разбудить ее в сердце другого уже не в нашей воле.

   Таково человеческое сердце: зарождающейся любви необходимы опасности и препятствия, а угасшая любовь разгорается с новой силой, когда разбудить ее в сердце другого уже не в нашей воле.

   — Графиня Рудольштадт · книга
9. «

   Нельзя знать все, достаточно понимать.

   Нельзя знать все, достаточно понимать.
10. «

    Принять наслаждение за счастье случается со всеми, прежде чем мы узнаем жизнь, прежде чем поймем, что человеку не дано осуществить одно через другое.

    Принять наслаждение за счастье случается со всеми, прежде чем мы узнаем жизнь, прежде чем поймем, что человеку не дано осуществить одно через другое.
11. «

    Наше счастье всегда зависит от нас самих, и часто нужно только протянуть руку, чтобы схватить его.

    Наше счастье всегда зависит от нас самих, и часто нужно только протянуть руку, чтобы схватить его.

    — сэр Ральф · книга
12. «

    Он обманывает тебя, унижает тебя, тогда как ты стремишься его оправдать. Впрочем, я вовсе не хотел побуждать в тебе ни ненависти к нему, ни злобы, а только спокойствие и безразличие. Поступки этого человека вытекают из его характера.

    Он обманывает тебя, унижает тебя, тогда как ты стремишься его оправдать. Впрочем, я вовсе не хотел побуждать в тебе ни ненависти к нему, ни злобы, а только спокойствие и безразличие. Поступки этого человека вытекают из его характера.

    — Консуэло · книга
13. «

    Он испытывал одновременно и счастье быть любимым так, как никогда ещё не был любим, и горе не быть любимым с такою страстью, какую испытывал сам, и наконец, страх, что потеряет это счастье, если покажет, что он не вполне им удовлетворен.

    Он испытывал одновременно и счастье быть любимым так, как никогда ещё не был любим, и горе не быть любимым с такою страстью, какую испытывал сам, и наконец, страх, что потеряет это счастье, если покажет, что он не вполне им удовлетворен.

    — Консуэло · книга
14. «

    Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

    Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.
15. «

    Она была не личностью, а скорее продуктом общества, одной из монет, стершихся от постоянного употребления, на которых уже не различить изображения и которые имеют только условную цену.

    Она была не личностью, а скорее продуктом общества, одной из монет, стершихся от постоянного употребления, на которых уже не различить изображения и которые имеют только условную цену.

    — Исповедь молодой девушки · книга
16. «

    Люди, к которым мы испытываем наибольшую привязанность, не всегда внушают нам наибольшее уважение.

    Люди, к которым мы испытываем наибольшую привязанность, не всегда внушают нам наибольшее уважение.

    — Орас · книга
17. «

    В жизни каждого из нас есть незначительные на первый взгляд события, которые навсегда остаются связанными с воспоминанием о каком-либо кризисе в духовном нашем развитии, с преображением всего нашего нравственного существа; и как бы ни было подчинено наше существование самым трезвым житейским интересам, нет человека, который не пережил бы такого часа восторга и просветления, когда душа достигает самого высокого своего горения и грядущее словно по анитию открывается нашим духовным очам. Внутренний мир, который мы носим в себе, сокрыт от нас самих, он полон неразгаданных пророчеств, и мы лишь смутно читаем в нем. Но наступает время, бьет час, иногда это всего мгновение, когда — идет ли речь о вере в Бога, о проблемах общества или о любви — божественный свет, словно молния, прорезающая тьму, ярко озаряет наш разум. У натур возвышенных и склонных к самосозерцанию такие душевные переломы совершаются торжественно и знаменуют собой всякий раз новую фазу их жизненного пути, проводя решительную грань между горестным «вчера» и победным «завтра». Философам и геометрам, погруженным в мир абстракций, эти минуты внезапного озарения знакомы так же, как фанатикам веры, как поэтам или влюбленным.

    В жизни каждого из нас есть незначительные на первый взгляд события, которые навсегда остаются связанными с воспоминанием о каком-либо кризисе в духовном нашем развитии, с преображением всего нашего нравственного существа; и как бы ни было подчинено наше существование самым трезвым житейским интересам, нет человека, который не пережил бы такого часа восторга и просветления, когда душа достигает самого высокого своего горения и грядущее словно по анитию открывается нашим духовным очам. Внутренний мир, который мы носим в себе, сокрыт от нас самих, он полон неразгаданных пророчеств, и мы лишь смутно читаем в нем. Но наступает время, бьет час, иногда это всего мгновение, когда — идет ли речь о вере в Бога, о проблемах общества или о любви — божественный свет, словно молния, прорезающая тьму, ярко озаряет наш разум. У натур возвышенных и склонных к самосозерцанию такие душевные переломы совершаются торжественно и знаменуют собой всякий раз новую фазу их жизненного пути, проводя решительную грань между горестным «вчера» и победным «завтра». Философам и геометрам, погруженным в мир абстракций, эти минуты внезапного озарения знакомы так же, как фанатикам веры, как поэтам или влюбленным.

    — Странствующий подмастерье · книга
18. «

    Любовь — такой же взаимный договор, как и брак.

    Любовь — такой же взаимный договор, как и брак.

    — Индиана · книга
19. «

    Я не очень верю во влияние какой-либо системы, — продолжал доктор. — В нас всех с самого рождения заложены зачатки грядущей смерти, и рано или поздно она всё равно наступит; наши усилия отдалить ее часто только ускоряют её наступление. Лучше всего не думать о ней и ждать её, забыв, что она придет.

    Я не очень верю во влияние какой-либо системы, — продолжал доктор. — В нас всех с самого рождения заложены зачатки грядущей смерти, и рано или поздно она всё равно наступит; наши усилия отдалить ее часто только ускоряют её наступление. Лучше всего не думать о ней и ждать её, забыв, что она придет.

    — Крейснейфеттер · книга
20. «

    Тот, кто истинно любит искусство, ничего не боится.

    Тот, кто истинно любит искусство, ничего не боится.

    — Порпора · книга