16 сильных цитат из фильма «Странствующая блудница: Предсказание (Das Vermächtnis der Wanderhure)»

16 цитат из фильма «Странствующая блудница: Предсказание (Das Vermächtnis der Wanderhure)» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Родина — это не просто точка на карте.

   Родина — это не просто точка на карте.

   — Мари фон Гоэнштайн · фильм
2. «

   Великий Хан, обращаюсь к вам, как та, что приехала сюда, исполненная страха. Я не знала вашего народа, все было таким чужим. Но теперь я знаю, что мужество и честь проживают в этих юртах. Я ценила вашего сына, он был моей надеждой. Что хорошего в стремлении умереть, единожды увидев землю, где садится солнце, если жизнь прекрасна там, где солнце встает? Сколько еще родителей должны оплакать своих сыновей, сколько женщин должны овдоветь? Ваш сын хотел положить конец войне, теперь вы можете исполнить его последнюю волю.

   Великий Хан, обращаюсь к вам, как та, что приехала сюда, исполненная страха. Я не знала вашего народа, все было таким чужим. Но теперь я знаю, что мужество и честь проживают в этих юртах. Я ценила вашего сына, он был моей надеждой. Что хорошего в стремлении умереть, единожды увидев землю, где садится солнце, если жизнь прекрасна там, где солнце встает? Сколько еще родителей должны оплакать своих сыновей, сколько женщин должны овдоветь? Ваш сын хотел положить конец войне, теперь вы можете исполнить его последнюю волю.

   — Мари фон Гоэнштайн · фильм
3. «

   Всю свою жизнь я мечтал о двух победах: объединить Рейх и стать кайзером. А умру все равно королем. Как бы то ни было, перед Творцом мы все предстанем голыми.

   Всю свою жизнь я мечтал о двух победах: объединить Рейх и стать кайзером. А умру все равно королем. Как бы то ни было, перед Творцом мы все предстанем голыми.

   — король Сигизмунд · фильм
4. «

   — Души наших мертвых врагов оберегают нас. Те, кого мы победили при жизни — обязаны нам после смерти. — А мы верим, что души тех, кого мы обидели — преследуют нас, требуя справедливости.

   — Души наших мертвых врагов оберегают нас. Те, кого мы победили при жизни — обязаны нам после смерти. — А мы верим, что души тех, кого мы обидели — преследуют нас, требуя справедливости.

   — Нургал-хан / Андрей · фильм
5. «

   — Я не знала никого, кто бы выжил после такого. — Кто хочет жить — будет жить.

   — Я не знала никого, кто бы выжил после такого. — Кто хочет жить — будет жить.

   — Гельтруда · фильм
6. «

   — Здесь так мирно. Раньше я очень боялась твоего мира, а теперь... Почему ты хочешь все это уничтожить? Зачем? — Здесь все останется как было. Только на троне твоего короля будет сидеть другой. — Нет, все окончится также, как начнется. Юрты будут полыхать, родители полягут, матери будут умирать на глазах у своих детей. И эта картина будет преследовать их вечно.

   — Здесь так мирно. Раньше я очень боялась твоего мира, а теперь... Почему ты хочешь все это уничтожить? Зачем? — Здесь все останется как было. Только на троне твоего короля будет сидеть другой. — Нет, все окончится также, как начнется. Юрты будут полыхать, родители полягут, матери будут умирать на глазах у своих детей. И эта картина будет преследовать их вечно.

   — Мари фон Гоэнштайн · фильм
7. «

   Кто ни во что не верит — нигде не обретет дома.

   Кто ни во что не верит — нигде не обретет дома.

   — Мари фон Гоэнштайн · фильм
8. «

   — Я ничто. Не рыцарь и не мужчина. Поверь, так будет лучше — ты заберешь Труди и отвезешь ее домой. Позаботься о ней. — А ты что будешь делать?.. — Пойду на войну и позволю себя убить.

   — Я ничто. Не рыцарь и не мужчина. Поверь, так будет лучше — ты заберешь Труди и отвезешь ее домой. Позаботься о ней. — А ты что будешь делать?.. — Пойду на войну и позволю себя убить.

   — Михель фон Гоэнштайн · фильм
9. «

   — Мертвецов не боишься? — Я больше боюсь живых.

   — Мертвецов не боишься? — Я больше боюсь живых.

   — Нургал-хан / Андрей · фильм
10. «

    Поступки делают человека. Не статус и не происхождение.

    Поступки делают человека. Не статус и не происхождение.

    — Великий Хан · фильм
11. «

    — Нургал, что стряслось? — Не Нургал, а Андрей! Такое имя дал мне отец. — А я дал имя Нургал. Я тоже твой отец. — Нет, ты убийца моего отца. — Кто сказал? Она это придумала? — Нет, я сам видел. Я был у Най-Най. — Чего же ты хочешь? Ты уже вынес свой приговор. — Хочу взглянуть в твои глаза, когда ты лжешь. Ты лгал мне все эти годы. Ты воспитывал меня с верой в то, что все зло из Запада. Ты украл у меня семью, мою душу! Ради чего? Зачем? — Я дал тебе жизнь здесь. — Я не буду воевать против короля. — Король здесь не причем, ты поклялся вести наш народ на Запад, в земли, где садиться солнце. — Наш народ? Это не мой народ. Мое место не здесь. Мне нигде нет места. За кого мне сражаться?... Против кого?..

    — Нургал, что стряслось? — Не Нургал, а Андрей! Такое имя дал мне отец. — А я дал имя Нургал. Я тоже твой отец. — Нет, ты убийца моего отца. — Кто сказал? Она это придумала? — Нет, я сам видел. Я был у Най-Най. — Чего же ты хочешь? Ты уже вынес свой приговор. — Хочу взглянуть в твои глаза, когда ты лжешь. Ты лгал мне все эти годы. Ты воспитывал меня с верой в то, что все зло из Запада. Ты украл у меня семью, мою душу! Ради чего? Зачем? — Я дал тебе жизнь здесь. — Я не буду воевать против короля. — Король здесь не причем, ты поклялся вести наш народ на Запад, в земли, где садиться солнце. — Наш народ? Это не мой народ. Мое место не здесь. Мне нигде нет места. За кого мне сражаться?... Против кого?..

    — Великий Хан · фильм
12. «

    Доверься женщине и остается лишь надеяться, что ветер никогда не переменится.

    Доверься женщине и остается лишь надеяться, что ветер никогда не переменится.

    — Великий Хан · фильм
13. «

    Жизнь — лишь один взмах крыла, по сравнению с вечностью.

    Жизнь — лишь один взмах крыла, по сравнению с вечностью.

    — король Сигизмунд · фильм
14. «

    — Ты повелительница орлов. — Что это значит? — Что ты святая. — Я не святая. Ни один нормальный человек не святой!

    — Ты повелительница орлов. — Что это значит? — Что ты святая. — Я не святая. Ни один нормальный человек не святой!

    — Мари фон Гоэнштайн · фильм
15. «

    — Как я буду жить, если ты не вернешься? — Еще есть искорка надежды. И я воспользуюсь ею, ради нас. — Знаешь, во что верят татары? — Ничто не умирает окончательно.

    — Как я буду жить, если ты не вернешься? — Еще есть искорка надежды. И я воспользуюсь ею, ради нас. — Знаешь, во что верят татары? — Ничто не умирает окончательно.

    — Михель фон Гоэнштайн · фильм
16. «

    — Хочешь дезертировать со своим узкоглазым дружком? — Вольфрам, моя жена жива. — Кто тебе сказал? Не он ли? — Я верну свою жену и своего сына, а если хотите меня остановить, вам придется убить меня. — Если дезертируешь, после возвращения все равно умрешь и жена твоя станет вдовой. — Поэтому мы его сопроводим. — Мы, что!? — Сопроводим его. Если Михель поедет один — это измена, а если поедем вместе — это уже миссия.

    — Хочешь дезертировать со своим узкоглазым дружком? — Вольфрам, моя жена жива. — Кто тебе сказал? Не он ли? — Я верну свою жену и своего сына, а если хотите меня остановить, вам придется убить меня. — Если дезертируешь, после возвращения все равно умрешь и жена твоя станет вдовой. — Поэтому мы его сопроводим. — Мы, что!? — Сопроводим его. Если Михель поедет один — это измена, а если поедем вместе — это уже миссия.

    — Вольфрам ван дер Гау · фильм