14 цитат из фильма «Вечерний экспресс «Сансет Лимитед» (The Sunset Limited)» со смыслом

Ниже 14 цитат из фильма «Вечерний экспресс «Сансет Лимитед» (The Sunset Limited)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Попробуйте начать сначала. Не повторить снова, это все пробовали, а начать с самого начала. Просто отрекитесь от всего. Если все, что вы есть, что у вас есть, что вы совершили, довело вас до донышка бутылки, или до билета в один конец на Sunset Limited, то нет ни одной причины спасать все это. Потому что здесь нечего спасать. Если вы заставите себя захлопнуть дверь, будет холодно и одиноко, будет дуть свирепый ветер, но не жалуйтесь. Просто поднимите воротник и продолжайте идти.

   Попробуйте начать сначала. Не повторить снова, это все пробовали, а начать с самого начала. Просто отрекитесь от всего. Если все, что вы есть, что у вас есть, что вы совершили, довело вас до донышка бутылки, или до билета в один конец на Sunset Limited, то нет ни одной причины спасать все это. Потому что здесь нечего спасать. Если вы заставите себя захлопнуть дверь, будет холодно и одиноко, будет дуть свирепый ветер, но не жалуйтесь. Просто поднимите воротник и продолжайте идти.

   — Чёрный (бывший заключённый) · фильм
2. «

   Те, кто вечно заботятся о незнакомых людях, зачастую не замечают, о ком им стоило бы заботиться.

   Те, кто вечно заботятся о незнакомых людях, зачастую не замечают, о ком им стоило бы заботиться.

   — Белый (профессор) · фильм
3. «

   Нельзя быть героем, выполняя свой долг.

   Нельзя быть героем, выполняя свой долг.
4. «

   Только потому, что они тебе не нравятся, не значит, что ты не такой же, как они.

   Только потому, что они тебе не нравятся, не значит, что ты не такой же, как они.

   — Белый (профессор) · фильм
5. «

   Вещи, которые я любил, — непрочные, хрупкие, но я этого не знал, я думал, что их нельзя уничтожить, а это не так.

   Вещи, которые я любил, — непрочные, хрупкие, но я этого не знал, я думал, что их нельзя уничтожить, а это не так.

   — Белый (профессор) · фильм
6. «

   Страдания и человеческая судьба — это одно и тоже. Это синонимы.

   Страдания и человеческая судьба — это одно и тоже. Это синонимы.

   — Белый (профессор) · фильм
7. «

   Изгоните страх смерти из людских сердец, и они не проживут и дня.

   Изгоните страх смерти из людских сердец, и они не проживут и дня.

   — Белый (профессор) · фильм
8. «

   Если б вся эта боль была постоянной и накапливающейся, а не временной и периодической, то уж под одной её тяжестью мир сорвался бы со своего гвоздя во вселенной и, объятый пламенем, отправился бы в бездну, во тьму кромешную. И летел бы вниз до тех пор, пока бы от него и пепла не осталось.

   Если б вся эта боль была постоянной и накапливающейся, а не временной и периодической, то уж под одной её тяжестью мир сорвался бы со своего гвоздя во вселенной и, объятый пламенем, отправился бы в бездну, во тьму кромешную. И летел бы вниз до тех пор, пока бы от него и пепла не осталось.

   — Белый (профессор) · фильм
9. «

   Мой мир — это в основном лагерь принудительного труда, откуда рабочих, абсолютно невинных, забирают по жребию, по несколько за день, чтобы казнить. Я считаю, я не просто вижу его таким, я считаю, что он такой и есть. Есть ли другие точки зрения? Да. Выдержит ли хоть одна из них пристальную проверку? Нет.

   Мой мир — это в основном лагерь принудительного труда, откуда рабочих, абсолютно невинных, забирают по жребию, по несколько за день, чтобы казнить. Я считаю, я не просто вижу его таким, я считаю, что он такой и есть. Есть ли другие точки зрения? Да. Выдержит ли хоть одна из них пристальную проверку? Нет.

   — Белый (профессор) · фильм
10. «

    — Ты, правда, думаешь, что Иисус сейчас здесь с нами? — Нет, я не думаю, что он сейчас здесь с нами, я знаю, что он сейчас здесь с нами. Не, ну ты интересный такой, а если б я у тебя спросил, мол, ты, правда, думаешь, что ты сейчас в куртке? — Это разные вещи. Это зависит от согласия большинства. Если мы с тобой говорим, что я в куртке, а Сессил утверждает, что я в чем мать родила, что у меня зеленая кожа да ещё и хвост в придачу, то нам с тобой стоит подумать, куда бы его нам поместить так, чтобы он ничего плохого с собой не сотворил — Кто такой Сессил? — Никто. Вымысел. Нет никакого Сессила. Это вымышленный персонаж, я его выдумал, примера ради.

    — Ты, правда, думаешь, что Иисус сейчас здесь с нами? — Нет, я не думаю, что он сейчас здесь с нами, я знаю, что он сейчас здесь с нами. Не, ну ты интересный такой, а если б я у тебя спросил, мол, ты, правда, думаешь, что ты сейчас в куртке? — Это разные вещи. Это зависит от согласия большинства. Если мы с тобой говорим, что я в куртке, а Сессил утверждает, что я в чем мать родила, что у меня зеленая кожа да ещё и хвост в придачу, то нам с тобой стоит подумать, куда бы его нам поместить так, чтобы он ничего плохого с собой не сотворил — Кто такой Сессил? — Никто. Вымысел. Нет никакого Сессила. Это вымышленный персонаж, я его выдумал, примера ради.

    — Белый (профессор) · фильм
11. «

    Не надо во всем, что произошло, искать какой-то смысл.

    Не надо во всем, что произошло, искать какой-то смысл.

    — Белый (профессор) · фильм
12. «

    — Вернемся к тебе и ко всем этим книгам, что ты прочитал, а их значится 4000 штук? — А может и больше… — А эту ты не прочитавши? — Не всю. — А чего? — Даже не знаю… — А какая самая лучшая книга? — Понятия не имею… — Ну пораскинь ты мозгой-то! — Много книг хороших… <...> — Значится твоя эта история ничем не хуже вот этой книги? — Библии? — Библии. — Сложно сказать, гиббоновская — фундаментальный труд… — Серьезная книга? — И правдивая, не забывай. — И правдивая, но ничем ли не хуже ли? — Не знаю, как их можно сравнивать, это же разные вещи. Как груша с яблоком… — Ничего подобного, профессор, мы книги сравниваем. Твоя эта история упадка ничем не хуже вот этой книги или нет, скажи мне? — Я бы сказал нет… — Здесь вот на обложке раньше было написано, покуда не стерлось: «Величайшая книга всех времен и народов», — оно правда, как считаешь? — Может быть… — Вот ты хорошие книги читаешь? — Стараюсь, да… — А самое лучшее не прочитавши? Как так? — Мне пора…

    — Вернемся к тебе и ко всем этим книгам, что ты прочитал, а их значится 4000 штук? — А может и больше… — А эту ты не прочитавши? — Не всю. — А чего? — Даже не знаю… — А какая самая лучшая книга? — Понятия не имею… — Ну пораскинь ты мозгой-то! — Много книг хороших… <...> — Значится твоя эта история ничем не хуже вот этой книги? — Библии? — Библии. — Сложно сказать, гиббоновская — фундаментальный труд… — Серьезная книга? — И правдивая, не забывай. — И правдивая, но ничем ли не хуже ли? — Не знаю, как их можно сравнивать, это же разные вещи. Как груша с яблоком… — Ничего подобного, профессор, мы книги сравниваем. Твоя эта история упадка ничем не хуже вот этой книги или нет, скажи мне? — Я бы сказал нет… — Здесь вот на обложке раньше было написано, покуда не стерлось: «Величайшая книга всех времен и народов», — оно правда, как считаешь? — Может быть… — Вот ты хорошие книги читаешь? — Стараюсь, да… — А самое лучшее не прочитавши? Как так? — Мне пора…

    — Белый (профессор) · фильм
13. «

    Истина в том, что видимые очертания понемногу опустели. В них больше нет никакого содержания. Это только формы... поезд, стена, мир, человек... нечто болтающееся, издавая бессмысленные звуки, в унылой пустоте, и нет никакого смысла в его жизни, в его словах.

    Истина в том, что видимые очертания понемногу опустели. В них больше нет никакого содержания. Это только формы... поезд, стена, мир, человек... нечто болтающееся, издавая бессмысленные звуки, в унылой пустоте, и нет никакого смысла в его жизни, в его словах.

    — Белый (профессор) · фильм
14. «

    — Нельзя быть счастливым, если вам больно. — Почему нет? — Это бессмысленно. — Смысл в том, профессор, что, если в твоей жизни нет боли, как же вы распознаете счастье? В сравнении с чем?

    — Нельзя быть счастливым, если вам больно. — Почему нет? — Это бессмысленно. — Смысл в том, профессор, что, если в твоей жизни нет боли, как же вы распознаете счастье? В сравнении с чем?

    — Белый (профессор) · фильм