648 цитат «Грустные цитаты», которые стоит перечитать

648 цитат в разделе «Грустные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Голливуд — это то место, где вам платят тысячу долларов за поцелуй и пятьдесят центов за вашу душу. Я знаю это, потому что отклоняла первое неоднократно и протягивала руку для пятидесяти центов.

   Голливуд — это то место, где вам платят тысячу долларов за поцелуй и пятьдесят центов за вашу душу. Я знаю это, потому что отклоняла первое неоднократно и протягивала руку для пятидесяти центов.

   — Мэрилин Монро
2. «

   Без тебя я становлюсь инвалидом, паралитиком, дауном, параноиком, невротиком, депрессивным маньяком и впадаю в кому. Закрой глаза, я наложу руки тебе на лицо и прошепчу, что буду любить тебя вечно. Слышишь ли ты, как мои слезы капают тебе в ухо?

   Без тебя я становлюсь инвалидом, паралитиком, дауном, параноиком, невротиком, депрессивным маньяком и впадаю в кому. Закрой глаза, я наложу руки тебе на лицо и прошепчу, что буду любить тебя вечно. Слышишь ли ты, как мои слезы капают тебе в ухо?

   — Фредерик Бегбедер · книга
3. «

   Осторожнее! Задумаешься о том — кто что заслужил, и сам не заметишь, как проведёшь остаток жизни, оплакивая всех и каждого.

   Осторожнее! Задумаешься о том — кто что заслужил, и сам не заметишь, как проведёшь остаток жизни, оплакивая всех и каждого.

   — Серсея Ланнистер · сериал
4. «

   И не обязательно так смотреть. Я просто умираю. Это не заразно.

   И не обязательно так смотреть. Я просто умираю. Это не заразно.

   — Тесса Скотт (Tessa Scott) · фильм
5. «

   Внезапно мне хочется плакать — не лить, как порядочная леди, слезы, которые красиво текут по щекам, а выть на луну.

   Внезапно мне хочется плакать — не лить, как порядочная леди, слезы, которые красиво текут по щекам, а выть на луну.

   — Эрика Леонард Джеймс · книга
6. «

   — Любовь — это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда. Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

   — Любовь — это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда. Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   ... какая-то часть тебя уходит с тем, кого ты потерял, ведь дружба — это как любовь. Лучше ни к кому не привязываться, слишком это рискованно.

   ... какая-то часть тебя уходит с тем, кого ты потерял, ведь дружба — это как любовь. Лучше ни к кому не привязываться, слишком это рискованно.

   — Марк Леви · книга
8. «

   Как грустно и очень обычно всё вышло: Ушла от меня и в ночь теперь слезно кричу. Мне просто обидно — шаги одиночества слышу. И страшно подумать и вряд ли я жизнь доживу...

   Как грустно и очень обычно всё вышло: Ушла от меня и в ночь теперь слезно кричу. Мне просто обидно — шаги одиночества слышу. И страшно подумать и вряд ли я жизнь доживу...
9. «

   Не позволяй великой пустоте Казад-дума заполнить твоё сердце, Гимли сын Глоина, ибо мир стал полон опасностей и по всех краях любовь ныне омрачена печалью.

   Не позволяй великой пустоте Казад-дума заполнить твоё сердце, Гимли сын Глоина, ибо мир стал полон опасностей и по всех краях любовь ныне омрачена печалью.

   — Галадриэль · фильм
10. «

    — Знаешь, почему луна одинока? — Нет. — Она когда-то любила…

    — Знаешь, почему луна одинока? — Нет. — Она когда-то любила…

    — Кайла Сильверфокс · фильм
11. «

    Она умерла в последний час ночи, до рассвета. Она умирала тяжко и мучительно, и никто не мог ей помочь. Крепко держа меня за руку, она уже не знала, что я с ней. Потом кто-то сказал: — Она мертва. — Нет, — возразил я. — Она еще не мертва. Она ещё крепко держит меня за руку. Свет. Невыносимо яркий свет. И люди. И врач. Я медленно разжал пальцы. Её рука упала. И кровь. И её лицо, искажённое удушьем. Полные муки, остекленевшие глаза. Шелковистые каштановые волосы. — Пат, — сказал я. — Пат. И впервые она мне не ответила.

    Она умерла в последний час ночи, до рассвета. Она умирала тяжко и мучительно, и никто не мог ей помочь. Крепко держа меня за руку, она уже не знала, что я с ней. Потом кто-то сказал: — Она мертва. — Нет, — возразил я. — Она еще не мертва. Она ещё крепко держит меня за руку. Свет. Невыносимо яркий свет. И люди. И врач. Я медленно разжал пальцы. Её рука упала. И кровь. И её лицо, искажённое удушьем. Полные муки, остекленевшие глаза. Шелковистые каштановые волосы. — Пат, — сказал я. — Пат. И впервые она мне не ответила.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Заводишь друга, друг женится, и у тебя больше нет друга.

    Заводишь друга, друг женится, и у тебя больше нет друга.

    — Чак Паланик · книга
13. «

    — Ты мой друг. — Ты моё задание! — Так выполни его. Ведь я с тобой до конца.

    — Ты мой друг. — Ты моё задание! — Так выполни его. Ведь я с тобой до конца.

    — Стив Роджерс / Капитан Америка · фильм
14. «

    Не смейтесь над муками неразделенной любви. У ревности ледяные объятия, цепкие, как объятия смерти.

    Не смейтесь над муками неразделенной любви. У ревности ледяные объятия, цепкие, как объятия смерти.

    — Теодор Драйзер · книга
15. «

    Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

    Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

    — Дмитрий Щеглов · книга
16. «

    Позднее, по непонятным причинам, кто-то застрелил этого молодого президента, когда он ехал в машине. Еще через несколько лет кто-то застрелил его младшего брата на кухне, в отеле. Опасно быть братьями.

    Позднее, по непонятным причинам, кто-то застрелил этого молодого президента, когда он ехал в машине. Еще через несколько лет кто-то застрелил его младшего брата на кухне, в отеле. Опасно быть братьями.

    — Форрест Гамп · фильм
17. «

    Я считал, что лес — только часть полена. Что зачем вся дева, раз есть колено. Что, устав от поднятой веком пыли, русский глаз отдохнет на эстонском шпиле. Я сижу у окна. Я помыл посуду. Я был счастлив здесь, и уже не буду.

    Я считал, что лес — только часть полена. Что зачем вся дева, раз есть колено. Что, устав от поднятой веком пыли, русский глаз отдохнет на эстонском шпиле. Я сижу у окна. Я помыл посуду. Я был счастлив здесь, и уже не буду.

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Просто страдать. Тосковать по ней, рвать и опять склеивать фотографии, доказывать себе, что она не стоит его, обзывать всякими словами, презирать ее, обещать себе отомстить ей, колотить руками по столу, чувствовать себя брошенным, униженным, растоптанным. Случайно находить что-нибудь связанное с нею и в бешенстве уничтожать, а на другой день сожалеть, что ничего от нее не осталось. Неустанно убеждать себя, что она не была и никогда не станей достойной его, что он заслуживает женщины в сто раз лучше. Писать ей исполненные ненависти письма и не отправлять, звонить ей по ночам, не в силах выдавить из себя ни слова. Чувствовать боль, ненависть, недоверие, оцепенелость. Или хотя бы напиваться до границы летаргии, которая приносит забвение, а утром просыпаться и смотреть на пустые бутылки у кровати. Обещать себе, что никогда ей не простишь, а через полчаса все прощать. Каждый день забывать ее и клясться, что завтра забудешь по-настоящему. Страстно желать видеть ее, когда чувствуешь, до чего тебе плохо, и, чувствуя себя еще хуже, мысленно проклинать себя за это желание.

    Просто страдать. Тосковать по ней, рвать и опять склеивать фотографии, доказывать себе, что она не стоит его, обзывать всякими словами, презирать ее, обещать себе отомстить ей, колотить руками по столу, чувствовать себя брошенным, униженным, растоптанным. Случайно находить что-нибудь связанное с нею и в бешенстве уничтожать, а на другой день сожалеть, что ничего от нее не осталось. Неустанно убеждать себя, что она не была и никогда не станей достойной его, что он заслуживает женщины в сто раз лучше. Писать ей исполненные ненависти письма и не отправлять, звонить ей по ночам, не в силах выдавить из себя ни слова. Чувствовать боль, ненависть, недоверие, оцепенелость. Или хотя бы напиваться до границы летаргии, которая приносит забвение, а утром просыпаться и смотреть на пустые бутылки у кровати. Обещать себе, что никогда ей не простишь, а через полчаса все прощать. Каждый день забывать ее и клясться, что завтра забудешь по-настоящему. Страстно желать видеть ее, когда чувствуешь, до чего тебе плохо, и, чувствуя себя еще хуже, мысленно проклинать себя за это желание.

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    — Что ты несёшь, Ёжик? — Море. — Зачем тебе море? — Скоро зима, а я всё один да один...

    — Что ты несёшь, Ёжик? — Море. — Зачем тебе море? — Скоро зима, а я всё один да один...

    — Медвежонок · мультфильм
20. «

    Помнишь, ты сказал, что деньги — ничто? Да, старик, мне сорок два года и я наконец-то понял, что ты хотел мне сказать.

    Помнишь, ты сказал, что деньги — ничто? Да, старик, мне сорок два года и я наконец-то понял, что ты хотел мне сказать.

    — Джордж Джейкоб Янг · фильм