ВРЕМЯ ГНИЕНИЯ Девушка 65 лет, учительница, рассказала детям неправильную версию событий в Украине. Подмосковье, город Протвино, средняя школа №1. Рассказ случился ещё в начале путинской эсвэо. Спустя какое-то время возбудили уголовку о «фэйках на доблестных орков». По доносу двух великовозрастных отцов учеников, хех. Настоящие мужыки, чё. Девушке повезло, что у неё были деньги, загранпаспорт и желание. И она вовремя уехала из этой страны.
— Па, знаешь что? — сказала вдруг Бри. — Что? — на секунду прервал свою колыбельную Джейми. — Ты совершенно не умеешь петь. Послышалось фырканье и шелест ткани, когда он продвинулся, устраивая их двоих поудобнее. — Не спорю. Так мне перестать? — Не-а. Она прильнула к нему еще теснее. — А хочешь, я тоже кое-что тебе скажу? Глаза у Брианны были закрыты, тень от ресниц падала на скулы, но она улыбнулась. — Что, па? — Ты весишь не меньше матерого лося. — Так мне встать? — не шелохнувшись даже, спросила Брианна. — Не вздумай.
— Если нужна будет помощь, мое имя — Смит. — Мне это знать обязательно? — Особое имя нейрологически сильнее, чем просто слово. Имена создают психологическую реакцию, а затем эмоциональную связь в отношениях. — Это не так. Ты просто компьютерная программа. — Это не так. Я — компьютерная программа по имени Смит.
Никогда не забуду. Я сидела на кухне, а моя мама готовила фритату, и я подумала: «О, надо сделать её для Тома». И до меня дошло: а будет ли ещё Том? Я могу его больше не увидеть. И тут меня осенило: я не хочу прожить свою жизнь без тебя. Да, я была на распутье, и я сделала свой выбор — «Хочу жить с тобой». И знаешь, что меня убивает? Пока я делала этот выбор, ты — переспал с моей ближайшей подругой.
– Йонас, какой ты огромный. Он удивился: – В смысле? – Есть маленькие люди, неважно, на каких должностях, но всё равно маленькие. Потому что внутри мелкие. А ты гигантский человек. Они широко развела руки… – Во-от такой. Душа такая.
Как дела в нашем маленьком городе? Там стоят небоскрёбы по пять этажей. Там на утреннем пруду чешут бороды Рыболовы, так похожие на бомжей. Там, где танцы не ради танцев, А ради рамса За двор, а по бабам — потом, И так хочется накидаться И с друзьми поорать под гитару «Фантом». Наломали валежника, выпили, И озябшая душа черным криком кричит, Только песня спасает от гибели. По канавам бичи, До Москвы далеко. Там болото и дорого И не всем повезет перебраться туда. Как дела в нашем маленьком городе? Хорошо, как всегда.
… между Уве и Руне установились отношения, отдалённо напоминающие дружбу. Собеседники из обоих, правда, были не то чтобы очень. Руне цедил в час по чайной ложке, Уве – и того меньше. Но Соне хватило ума понять: даже таким бирюкам, как Уве, нужен кто-то, с кем можно просто задушевно помолчать.
Немого привели ко Христу, как только прозревшие слепые ушли. Как неутомим наш Господь в делании добра, как непрерывно одно доброе дело следует за другим! Сокровища милосердия всегда в избытке есть у Него, и сколько бы Он ни совершал чудес, они никогда не могут иссякнуть. Всё заключается в нашей способности участвовать в Божием даре — в нашей вере и нашей молитве.
Очень красивое стихотворение: мы братья по крови теперь навсегда, нас не разлучить никому никогда... Может ли измена любви безмерной положить конец; любовь не знает убыли и тлена...
— Слушай, я понимаю Рурк. Но почему с целителем такие проблемы? — Ты можешь помолчать? — Во время войны, пока она защищала нейтральные города. Её деревню уничтожили PSI. Выжили только Акахандо и она.
А назавтра горечь от похорон погибшего товарища. Надо было через всё это пройти, а ещё учиться, растить трёх сыновей, заниматься спортом и любить самолёты, друзей, товарищей и всех, всех живущих.