Трогательные цитаты — 501 цитата со смыслом

501 цитата в разделе «Трогательные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Я так долго пробыла в темноте, что успела к ней привыкнуть. Нужно сразу обращаться к свету. Йован был прав, когда говорил, что любовь – это только про счастье.

   Я так долго пробыла в темноте, что успела к ней привыкнуть. Нужно сразу обращаться к свету. Йован был прав, когда говорил, что любовь – это только про счастье.

   — Ася Лавринович · книга
2. «

   Мы начинаем с тобой стареть, Спутница дорогая моя. В зеркало вглядываешься острей, Боль от самой себя затая. Ты ещё ходишь — плывёшь по земле, В облаке женственного тепла, Но уж в улыбке, что света милей, Лишняя чёрточка залегла. Но ведь и эти морщинки твои Очень тебе, дорогая, к лицу. Нет, не расплющить нашей любви Даже и времени колесу! Меж задушевных имён и лиц Ты как червонец в куче пезет, Как среди меха цветных лисиц Свежий, как снег, белый песец. Если захочешь меня проклясть, Будь униженней всех людей, Если ослепнет влюблённый глаз, Воспоминаньями буду глядеть. Сколько отмучено мук с тобой, Сколько иссмеяно смеха вдвоём! Как мы, невзысканные судьбой, К радужным далям друг друга зовём. Радуйся каждому новому дню! Пусть отметает лукавая сеть — В берлоге души тебя сохраню, Мой драгоценный, мой белый песец.

   Мы начинаем с тобой стареть, Спутница дорогая моя. В зеркало вглядываешься острей, Боль от самой себя затая. Ты ещё ходишь — плывёшь по земле, В облаке женственного тепла, Но уж в улыбке, что света милей, Лишняя чёрточка залегла. Но ведь и эти морщинки твои Очень тебе, дорогая, к лицу. Нет, не расплющить нашей любви Даже и времени колесу! Меж задушевных имён и лиц Ты как червонец в куче пезет, Как среди меха цветных лисиц Свежий, как снег, белый песец. Если захочешь меня проклясть, Будь униженней всех людей, Если ослепнет влюблённый глаз, Воспоминаньями буду глядеть. Сколько отмучено мук с тобой, Сколько иссмеяно смеха вдвоём! Как мы, невзысканные судьбой, К радужным далям друг друга зовём. Радуйся каждому новому дню! Пусть отметает лукавая сеть — В берлоге души тебя сохраню, Мой драгоценный, мой белый песец.

   — Илья Сельвинский
3. «

   Целый год после этого я словно крылышки за плечами чувствовал.

   Целый год после этого я словно крылышки за плечами чувствовал.

   — Преподобный Нектарий Оптинский
4. «

   Что ж, если когда-нибудь будете в Бэг-Энде... Чай ровно в четыре. Угощения хватит на всех. Буду рад вам в любое время. И... заходите без стука.

   Что ж, если когда-нибудь будете в Бэг-Энде... Чай ровно в четыре. Угощения хватит на всех. Буду рад вам в любое время. И... заходите без стука.

   — Бильбо Бэггинс · фильм
5. «

   — L’aimais-tu? — спросила Мэй бабушку — некоторые вопросы лучше задавать на французском. — Разумеется, любила, — сказала она. — К моменту, когда мы перешли Бруклинский мост, так уж точно.

   — L’aimais-tu? — спросила Мэй бабушку — некоторые вопросы лучше задавать на французском. — Разумеется, любила, — сказала она. — К моменту, когда мы перешли Бруклинский мост, так уж точно.

   — Энн Пэтчетт · книга
6. «

   Твоё «постараюсь» весит значительно больше, чем «сделаю» многих.

   Твоё «постараюсь» весит значительно больше, чем «сделаю» многих.

   — Лу Рид · игра
7. «

   Помнится мне, дорогая, Вечер последний с тобой, Тяжким недугом страдая, Ты отошла в мир иной. И, умирая, твердила: «Сын мой, будь честен всегда, Как бы тебя ни давила Жизни суровой нужда. Не подчиняйся пороку, Лживых людей избегай, С твердою верою в Бога Скромный свой путь совершай, Помни: ни злато, ни почесть Счастья тебе не дадут,– Только спокойная совесть, Честный, осмысленный труд…» Смолкла ты… Руки ломая, Я перед трупом стоял И, неутешно рыдая, Клятву быть честным давал. Матушка, скоро мы оба Встретимся в жизни иной: Крышка соснового гроба Скоро закроет прах мой. Клятву сдержал я, родная, Честь свою свято хранил, В жизни так много страдая, Верен все время ей был.

   Помнится мне, дорогая, Вечер последний с тобой, Тяжким недугом страдая, Ты отошла в мир иной. И, умирая, твердила: «Сын мой, будь честен всегда, Как бы тебя ни давила Жизни суровой нужда. Не подчиняйся пороку, Лживых людей избегай, С твердою верою в Бога Скромный свой путь совершай, Помни: ни злато, ни почесть Счастья тебе не дадут,– Только спокойная совесть, Честный, осмысленный труд…» Смолкла ты… Руки ломая, Я перед трупом стоял И, неутешно рыдая, Клятву быть честным давал. Матушка, скоро мы оба Встретимся в жизни иной: Крышка соснового гроба Скоро закроет прах мой. Клятву сдержал я, родная, Честь свою свято хранил, В жизни так много страдая, Верен все время ей был.

   — Схиигумен Савва (Остапенко) · книга
8. «

   — Петрович, а у тебя остался кто-нибудь из прошлой жизни? Семья, друзья? — Семья... только далеко они... — А я как был отшельником, так им и остался. Всю молодость прожигал жизнь, был везде и нигде... со всеми, и ни с кем. Люди вокруг, там и тут... а в душе одиночество, пустота.

   — Петрович, а у тебя остался кто-нибудь из прошлой жизни? Семья, друзья? — Семья... только далеко они... — А я как был отшельником, так им и остался. Всю молодость прожигал жизнь, был везде и нигде... со всеми, и ни с кем. Люди вокруг, там и тут... а в душе одиночество, пустота.
9. «

   Для меня встреча с тобой была столь радостной, что на мгновение я забыл о существовании своего преступного плана. Мне показалось, что я впервые встретил того единственного человека, который меня понимает.

   Для меня встреча с тобой была столь радостной, что на мгновение я забыл о существовании своего преступного плана. Мне показалось, что я впервые встретил того единственного человека, который меня понимает.

   — Уильям Джеймс Мориарти · аниме
10. «

    Она тихонько поднялась с кресла, подошла к нему и робко обняла его со спины. Роб оцепенел. Этот жест был таким же жестом отчаяния и одновременно признания, как и его поцелуй. Оба потерянные, чужие в долине грёз, нашедшие друг в друге крупицу общего… Схватившееся за неё, как за соломинку, перед тем как неизбежно утонуть.

    Она тихонько поднялась с кресла, подошла к нему и робко обняла его со спины. Роб оцепенел. Этот жест был таким же жестом отчаяния и одновременно признания, как и его поцелуй. Оба потерянные, чужие в долине грёз, нашедшие друг в друге крупицу общего… Схватившееся за неё, как за соломинку, перед тем как неизбежно утонуть.
11. «

    — Всё в порядке? Уже почти целый час прошёл, а ты так и не отдал людям приказа. — Мне всё равно что они делают. — Не теряй надежды. Ты ещё можешь найти Аватара раньше Джао. — Как дядя?! При возможностях Джао, это лишь вопрос времени. Он поймает Аватара!. Моя честь, мой трон, моя страна... Я всё это потеряю...

    — Всё в порядке? Уже почти целый час прошёл, а ты так и не отдал людям приказа. — Мне всё равно что они делают. — Не теряй надежды. Ты ещё можешь найти Аватара раньше Джао. — Как дядя?! При возможностях Джао, это лишь вопрос времени. Он поймает Аватара!. Моя честь, мой трон, моя страна... Я всё это потеряю...

    — Зуко · мультфильм
12. «

    Благословенно детство за то благо, которое оно дает само, и за то добро, которое оно производит, не зная и не желая этого, только заставляя, позволяя себя любить. Только благодаря ему мы видим на земле частичку рая. Амьель

    Благословенно детство за то благо, которое оно дает само, и за то добро, которое оно производит, не зная и не желая этого, только заставляя, позволяя себя любить. Только благодаря ему мы видим на земле частичку рая. Амьель

    — Лев Николаевич Толстой · книга
13. «

    — Мир взрослых — очень жестокий, — любил говорить отец, когда я делился с Ним тем, что мне надоело быть «маленьким». Мой первый «взрослый мир» — это мир работяг. А первые впечатления — самые яркие и честные. И социальные законы эволюции я познал именно там.

    — Мир взрослых — очень жестокий, — любил говорить отец, когда я делился с Ним тем, что мне надоело быть «маленьким». Мой первый «взрослый мир» — это мир работяг. А первые впечатления — самые яркие и честные. И социальные законы эволюции я познал именно там.

    — Андрей Ангелов · книга
14. «

    Какой странный инструмент – сердце человека! Одной улыбки и легкого пожатия руки было довольно, чтобы мне стало легко, чтобы сердце открылось для тех радостных сил и чувств, которые я закупорил где-то в тени души.

    Какой странный инструмент – сердце человека! Одной улыбки и легкого пожатия руки было довольно, чтобы мне стало легко, чтобы сердце открылось для тех радостных сил и чувств, которые я закупорил где-то в тени души.

    — Конкордия Антарова · книга
15. «

    Яркий сон вошёл в память мягко и упруго, как нож входит в масло… Ни один человек, в котором ещё живо детство, а тем более ребёнок, не забыл бы такого сна, потому что чудо – не забывается…

    Яркий сон вошёл в память мягко и упруго, как нож входит в масло… Ни один человек, в котором ещё живо детство, а тем более ребёнок, не забыл бы такого сна, потому что чудо – не забывается…

    — Виктория Габышева · книга
16. «

    Для большинства людей война означает конец одиночества. Для меня она — окончательное одиночество.

    Для большинства людей война означает конец одиночества. Для меня она — окончательное одиночество.

    — Альбер Камю
17. «

    Я уйду, от тебя как сон в летнюю ночь.

    Я уйду, от тебя как сон в летнюю ночь.

    — Чха Ын Сан · сериал
18. «

    Книги не только ласкают взор, но и наслаждают души.

    Книги не только ласкают взор, но и наслаждают души.

    — Бекнур Кисиков
19. «

    Напьюсь сегодня! Налей мне двадцать капель! Прямо в чай!

    Напьюсь сегодня! Налей мне двадцать капель! Прямо в чай!

    — Софья Ивановна · фильм
20. «

    Ушли от моря горы, Жажду утолив. И лёг на берег город, Охватив залив. Он стар и вечно молод, Здесь на берегу, Залив глядит на город, Город мой, Баку!

    Ушли от моря горы, Жажду утолив. И лёг на берег город, Охватив залив. Он стар и вечно молод, Здесь на берегу, Залив глядит на город, Город мой, Баку!