617 цитат: Трогательные цитаты — на все случаи

617 цитат в разделе «Трогательные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Не знаю когда – кажется, мне с самого детства очень хотелось помогать страждущим, прежде всего тем, кто страдает душой. Я хочу, чтобы вы и все-все знали то, о чем я много раз говорила и писала: я совершенно покойна, а совершенный покой – это совершенное счастье. Я хочу работать для Бога и в Боге, для страждущего человечества и пока у меня есть здоровье и силы, а кругом столько горя, мы идем по стопам Христа-Кормчего, мы идем к страдающим – и в них мы помогаем Ему.

   Не знаю когда – кажется, мне с самого детства очень хотелось помогать страждущим, прежде всего тем, кто страдает душой. Я хочу, чтобы вы и все-все знали то, о чем я много раз говорила и писала: я совершенно покойна, а совершенный покой – это совершенное счастье. Я хочу работать для Бога и в Боге, для страждущего человечества и пока у меня есть здоровье и силы, а кругом столько горя, мы идем по стопам Христа-Кормчего, мы идем к страдающим – и в них мы помогаем Ему.

   — Елизавета Федоровна Романова
2. «

   Конечно же, Импала была похожа на другие машины, и кое-чем отличалась. Впрочем, всё это не имеет значения. Важно вот что: Солдатик, засунутый Сэмом в пепельницу. Он, кстати, так там и остался. Конструктор Лего, который Дин затолкал в вентиляцию. До сих пор, когда включаешь печку, слышно, как они гремят. Это то, что делает машину СВОЕЙ. По-настоящему своей.

   Конечно же, Импала была похожа на другие машины, и кое-чем отличалась. Впрочем, всё это не имеет значения. Важно вот что: Солдатик, засунутый Сэмом в пепельницу. Он, кстати, так там и остался. Конструктор Лего, который Дин затолкал в вентиляцию. До сих пор, когда включаешь печку, слышно, как они гремят. Это то, что делает машину СВОЕЙ. По-настоящему своей.

   — Бог · сериал
3. «

   — Петрович, а у тебя остался кто-нибудь из прошлой жизни? Семья, друзья? — Семья... только далеко они... — А я как был отшельником, так им и остался. Всю молодость прожигал жизнь, был везде и нигде... со всеми, и ни с кем. Люди вокруг, там и тут... а в душе одиночество, пустота.

   — Петрович, а у тебя остался кто-нибудь из прошлой жизни? Семья, друзья? — Семья... только далеко они... — А я как был отшельником, так им и остался. Всю молодость прожигал жизнь, был везде и нигде... со всеми, и ни с кем. Люди вокруг, там и тут... а в душе одиночество, пустота.
4. «

   — Ваше величество, я не встречала ничего подобного ни в одном из королевств. — Ну и ладно. Если что-то надумаешь, загляни в мой шатёр, в любое время)

   — Ваше величество, я не встречала ничего подобного ни в одном из королевств. — Ну и ладно. Если что-то надумаешь, загляни в мой шатёр, в любое время)

   — Чарли Брэдбери · сериал
5. «

   Да, фото — и видеокамеры — лишь средства остановить мгновение. Но как много вмещает в себя этот миг. И неизбывную тоску о том, на что мы сгоряча махнули рукой. И необычайные тайны наших, казалось бы, самых обычных соседей. И даже, кто бы мог подумать, мечты! Мечты о которых мы сами не знали, не ведали.

   Да, фото — и видеокамеры — лишь средства остановить мгновение. Но как много вмещает в себя этот миг. И неизбывную тоску о том, на что мы сгоряча махнули рукой. И необычайные тайны наших, казалось бы, самых обычных соседей. И даже, кто бы мог подумать, мечты! Мечты о которых мы сами не знали, не ведали.

   — Мэри Элис Янг · сериал
6. «

   Коты — очень тяжело переживают обиды с твоей стороны. Коты не прощают предательства.

   Коты — очень тяжело переживают обиды с твоей стороны. Коты не прощают предательства.

   — Андрей Ангелов · книга
7. «

   По-русски «мама», по-грузински «нана», А по-аварски – ласково «баба». Из тысяч слов земли и океана У этого – особая судьба.

   По-русски «мама», по-грузински «нана», А по-аварски – ласково «баба». Из тысяч слов земли и океана У этого – особая судьба.

   — Расул Гамзатов
8. «

   Будда или виски, молитва или проклятие, аскеза или разврат — всё равно однажды нас всех зароют в землю, чему бы мы ни поклонялись: своему желудку или чему-то невыразимому, белой женской коже или опиуму, — всё едино...

   Будда или виски, молитва или проклятие, аскеза или разврат — всё равно однажды нас всех зароют в землю, чему бы мы ни поклонялись: своему желудку или чему-то невыразимому, белой женской коже или опиуму, — всё едино...

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Бывает ли что-либо приятнее друга, с которым можно беседовать, как с самим собою? Как много прелести утратило бы наше счастье, если бы никто не радовался ему вместе с нами! Как трудно было бы перенести наши несчастия без друга, который испытывает их еще сильнее нас! Различные предметы наших вожделений имеют каждый свои особые выгоды: можно хорошо пользоваться богатством; могущество доставляет нам почести и уважение; сладострастие дает наслаждение; здоровье дает возможность проявить всю энергию наших физических способностей и избавляет нас от болевых ощущений. Но сколько различных выгод соединяет в себе дружба! Куда бы вы ни обратились, она к вашим услугам; она повсеместна; никогда она не докучает, никогда не приходит некстати; она придает благополучию новый блеск, и неудачи, которые она разделяет, в большой степени теряют свою остроту.

   Бывает ли что-либо приятнее друга, с которым можно беседовать, как с самим собою? Как много прелести утратило бы наше счастье, если бы никто не радовался ему вместе с нами! Как трудно было бы перенести наши несчастия без друга, который испытывает их еще сильнее нас! Различные предметы наших вожделений имеют каждый свои особые выгоды: можно хорошо пользоваться богатством; могущество доставляет нам почести и уважение; сладострастие дает наслаждение; здоровье дает возможность проявить всю энергию наших физических способностей и избавляет нас от болевых ощущений. Но сколько различных выгод соединяет в себе дружба! Куда бы вы ни обратились, она к вашим услугам; она повсеместна; никогда она не докучает, никогда не приходит некстати; она придает благополучию новый блеск, и неудачи, которые она разделяет, в большой степени теряют свою остроту.

   — Марк Туллий Цицерон · книга
10. «

    — Та кого ты так любишь! В плену! — Где найти её? Скажи, пожалуйста! — Она в пытках, но жива. Её держит в плену, человек в плаще. Останови его, чтобы спасти других.

    — Та кого ты так любишь! В плену! — Где найти её? Скажи, пожалуйста! — Она в пытках, но жива. Её держит в плену, человек в плаще. Останови его, чтобы спасти других.

    — Акахандо · игра
11. «

    I don't wanna getlost in dark night This time I'm ready to run Wherever you are is the place I belong.

    I don't wanna getlost in dark night This time I'm ready to run Wherever you are is the place I belong.
12. «

    Когда я была молодой мамой, я каждый день водила дочку в школу. Когда я уходила, она плакала. И вот однажды я ушла, а она не плакала... Тогда заплакала я...

    Когда я была молодой мамой, я каждый день водила дочку в школу. Когда я уходила, она плакала. И вот однажды я ушла, а она не плакала... Тогда заплакала я...

    — Гретхен Бодински · сериал
13. «

    Мы всегда поддерживали друг друга. Хотела бы я и дальше быть с тобой. На твоём выпускном. На твоей свадьбе. Увидеть рождение моих внуков. Но, боюсь, это всё. Мы не знаем, сколько времени у нас осталось. Но я советую каждый час, отведённый тебе, посвятить любви. Это единственное, ради чего стоит жить, бороться и умирать. Поверь мне. Я люблю тебя больше всего на свете.

    Мы всегда поддерживали друг друга. Хотела бы я и дальше быть с тобой. На твоём выпускном. На твоей свадьбе. Увидеть рождение моих внуков. Но, боюсь, это всё. Мы не знаем, сколько времени у нас осталось. Но я советую каждый час, отведённый тебе, посвятить любви. Это единственное, ради чего стоит жить, бороться и умирать. Поверь мне. Я люблю тебя больше всего на свете.

    — Клэр Уилсон · игра
14. «

    Я родилась недовыявленной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо… И в театре тоже. Кладбище несыгранных ролей. Все мои лучшие роли сыграли мужчины.

    Я родилась недовыявленной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо… И в театре тоже. Кладбище несыгранных ролей. Все мои лучшие роли сыграли мужчины.

    — Фаина Раневская
15. «

    — Подожди Харухи!... Скажи только одно, ты помнишь Танабату три года назад?!... Помнишь, в день Танабаты ты кое-что нарисовала в школьном дворе! — Нарисовала и что с того... это все знают. — Но ведь кроме тебя там был один мужчина, правильно?!... Он нес Асахину!... Э... то есть девочку! Спящую девочку на спине! А они помагали тебе писать слова! И я знаю эти слова! Ты написала: «Я здесь!» [Харухи подошла к выдохшемуся Кёну, схватила его за куртку и ударила лбом об нос] — Ай... больно! — Откуда?! Откуда ты это узнал?! Кто тебе выдал это?... Нет, погоди. Я же никому на свете не рассказывала, тем более что... [Харухи смотрит на пиджак Кёна] — Северная... как тебя то зовут в конце концов?! — Джон Смит! — Джон Смит... э-это ты?... Так это ты, Джон?... Тот самый... тот страный парень?... Который мне помог... [У Харухи появляется шок на лице и подкашиваются ноги] (Сработало!... Да, я все таки нашел путиводную нить. Нашел человека, единственого в этом перевернутом мире, с которым у нас общее воспоминание о прошлом...)

    — Подожди Харухи!... Скажи только одно, ты помнишь Танабату три года назад?!... Помнишь, в день Танабаты ты кое-что нарисовала в школьном дворе! — Нарисовала и что с того... это все знают. — Но ведь кроме тебя там был один мужчина, правильно?!... Он нес Асахину!... Э... то есть девочку! Спящую девочку на спине! А они помагали тебе писать слова! И я знаю эти слова! Ты написала: «Я здесь!» [Харухи подошла к выдохшемуся Кёну, схватила его за куртку и ударила лбом об нос] — Ай... больно! — Откуда?! Откуда ты это узнал?! Кто тебе выдал это?... Нет, погоди. Я же никому на свете не рассказывала, тем более что... [Харухи смотрит на пиджак Кёна] — Северная... как тебя то зовут в конце концов?! — Джон Смит! — Джон Смит... э-это ты?... Так это ты, Джон?... Тот самый... тот страный парень?... Который мне помог... [У Харухи появляется шок на лице и подкашиваются ноги] (Сработало!... Да, я все таки нашел путиводную нить. Нашел человека, единственого в этом перевернутом мире, с которым у нас общее воспоминание о прошлом...)

    — Кён · аниме
16. «

    Всякое исповедание греха с искренним раскаянием делает грешника более близким, родным, дорогим для духовника. Это общее явление. Враг наш дьявол только пугает нас противоположными мыслями.

    Всякое исповедание греха с искренним раскаянием делает грешника более близким, родным, дорогим для духовника. Это общее явление. Враг наш дьявол только пугает нас противоположными мыслями.

    — Игумен Никон Воробьёв
17. «

    Я не собака и не змея, чтобы кусать, когда научился любить.

    Я не собака и не змея, чтобы кусать, когда научился любить.

    — Джозеф Редьярд Киплинг · книга
18. «

    Не знаю, как бы я вынес все это, если бы Господь не даровал мне тебя, мою жену и друга. Я говорю серьёзно. Иногда мне трудно говорить о таких вещах, мне проще изложить свои мысли на бумаге из-за своей глупой робости... Нежно целую тебя и детей.

    Не знаю, как бы я вынес все это, если бы Господь не даровал мне тебя, мою жену и друга. Я говорю серьёзно. Иногда мне трудно говорить о таких вещах, мне проще изложить свои мысли на бумаге из-за своей глупой робости... Нежно целую тебя и детей.

    — Николай II
19. «

    — Сможешь ли ты, Ангелов, отдать свою жизнь за кошку? – спросило Мироздание. — Думаю, да. Хотя… и не геройски будет звучать, в «Википедии», — почти без колебаний ответил я. – И сие не пафос, поверь. — Верю, — согласно кинуло Мироздание. – Ведь ты – это я.

    — Сможешь ли ты, Ангелов, отдать свою жизнь за кошку? – спросило Мироздание. — Думаю, да. Хотя… и не геройски будет звучать, в «Википедии», — почти без колебаний ответил я. – И сие не пафос, поверь. — Верю, — согласно кинуло Мироздание. – Ведь ты – это я.

    — Андрей Ангелов · книга
20. «

    Мэрилин открывает первую часть и с большим воодушевлением начинает читать вслух. Откинувшись на спинку кресла и держа её за руку, я мурлычу в экстазе, вслушиваясь в каждое слово. Это просто рай: какое счастье иметь жену, которая обожает читать вслух прозу Диккенса. Для меня это момент волшебства. С тех пор как мы были подростками, Мэрилин подарила мне бесчисленное множество таких моментов.

    Мэрилин открывает первую часть и с большим воодушевлением начинает читать вслух. Откинувшись на спинку кресла и держа её за руку, я мурлычу в экстазе, вслушиваясь в каждое слово. Это просто рай: какое счастье иметь жену, которая обожает читать вслух прозу Диккенса. Для меня это момент волшебства. С тех пор как мы были подростками, Мэрилин подарила мне бесчисленное множество таких моментов.

    — Ирвин Ялом, Мэрилин Ялом · книга