47 цитат из книги «Адам Сильвера. В конце они оба умрут» — коротко и по делу

Собрали 47 цитат из книги «Адам Сильвера. В конце они оба умрут» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я ему верю. Он не какой-нибудь монстр. Монстры не приходят к тебе домой, чтобы помочь; они загоняют тебя в ловушку и сжирают заживо.

   Я ему верю. Он не какой-нибудь монстр. Монстры не приходят к тебе домой, чтобы помочь; они загоняют тебя в ловушку и сжирают заживо.

   — Матео Торрес · книга
2. «

   Ищите своих людей. И относитесь к каждому дню как к целой жизни.

   Ищите своих людей. И относитесь к каждому дню как к целой жизни.
3. «

   Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

   Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

   — Матео Торрес · книга
4. «

   Может, благодаря встрече с нами теперь он будет доверять другим. Мне он в этом точно помог.

   Может, благодаря встрече с нами теперь он будет доверять другим. Мне он в этом точно помог.

   — Матео Торрес · книга
5. «

   — Родители хотели, чтобы я держался от них подальше. — Они просто за тебя переживали, да? — Да, но я хотел провести с ними все время до последней минуты, даже если это означало, что они умрут у меня на глазах и со мной навсегда останутся воспоминания об их смерти, — говорю я. — Я, конечно, ни черта не смыслил. — Мой идиотизм тоже тогда умер.

   — Родители хотели, чтобы я держался от них подальше. — Они просто за тебя переживали, да? — Да, но я хотел провести с ними все время до последней минуты, даже если это означало, что они умрут у меня на глазах и со мной навсегда останутся воспоминания об их смерти, — говорю я. — Я, конечно, ни черта не смыслил. — Мой идиотизм тоже тогда умер.

   — Руфус Эметерио · книга
6. «

   Он плачет, потому что самое большое преступление, которое сегодня случилось, — это то, что он не успел обнять лучшего друга на прощание.

   Он плачет, потому что самое большое преступление, которое сегодня случилось, — это то, что он не успел обнять лучшего друга на прощание.

   — Малкольм Энтони · книга
7. «

   Сегодня — одно длинное утро. Но я обязан проснуться и вылезти из-под одеяла. Я смотрю вперед на пустынные улицы и иду навстречу Руфусу и его велосипеду; навстречу своей смерти, которая с каждой потерянной нами минутой становится ближе; навстречу миру, который сегодня играет против нас.

   Сегодня — одно длинное утро. Но я обязан проснуться и вылезти из-под одеяла. Я смотрю вперед на пустынные улицы и иду навстречу Руфусу и его велосипеду; навстречу своей смерти, которая с каждой потерянной нами минутой становится ближе; навстречу миру, который сегодня играет против нас.

   — Матео Торрес · книга
8. «

   Она живет в мире насилия и страха, в котором дети умирают, не успев пожить, и не хочет больше быть его частью.

   Она живет в мире насилия и страха, в котором дети умирают, не успев пожить, и не хочет больше быть его частью.

   — Дейрдре Клейтон · книга
9. «

   Чувак, я думаю, мы уже мертвы. Не все, только Обреченные. Вся эта тема с Отделом Смерти кажется слишком сказочной для правды. Знать, когда придет Последний день, чтобы прожить его правильно? Чистая фантастика. Первая загробная жизнь наступает, когда Отдел Смерти предлагает нам прожить день, зная, что он последний. Так мы можем выжать из него все до капли, а потом, считая, что остались живы, без сожалений войти в свою вторую — и последнюю — жизнь после смерти.

   Чувак, я думаю, мы уже мертвы. Не все, только Обреченные. Вся эта тема с Отделом Смерти кажется слишком сказочной для правды. Знать, когда придет Последний день, чтобы прожить его правильно? Чистая фантастика. Первая загробная жизнь наступает, когда Отдел Смерти предлагает нам прожить день, зная, что он последний. Так мы можем выжать из него все до капли, а потом, считая, что остались живы, без сожалений войти в свою вторую — и последнюю — жизнь после смерти.

   — Руфус Эметерио · книга
10. «

    Для тех, кому требуется напоминание о том, что важен каждый день.

    Для тех, кому требуется напоминание о том, что важен каждый день.
11. «

    Я скучаю... Я скучаю по временам, когда был таким маленьким, что не боялся смерти. Скучаю даже по вчерашнему дню: вчера я был параноиком, но не должен был умереть.

    Я скучаю... Я скучаю по временам, когда был таким маленьким, что не боялся смерти. Скучаю даже по вчерашнему дню: вчера я был параноиком, но не должен был умереть.

    — Матео Торрес · книга
12. «

    Но разве не было бы круче, если бы мы уже сейчас знали, что мертвы, и не проживали последний день в страхе, гадая, как это случится?

    Но разве не было бы круче, если бы мы уже сейчас знали, что мертвы, и не проживали последний день в страхе, гадая, как это случится?

    — Матео Торрес · книга
13. «

    Я пережил собственные похороны, жаль лишь, что к этому моменту я еще не умер.

    Я пережил собственные похороны, жаль лишь, что к этому моменту я еще не умер.

    — Руфус Эметерио · книга
14. «

    Я потратил впустую все вчера, а в запасе у меня не осталось ни единого завтра.

    Я потратил впустую все вчера, а в запасе у меня не осталось ни единого завтра.

    — Матео Торрес · книга
15. «

    Жаль, что Отдел Смерти не позвонил мне раньше, чем я разрушил свою жизнь.

    Жаль, что Отдел Смерти не позвонил мне раньше, чем я разрушил свою жизнь.

    — Руфус Эметерио · книга
16. «

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    — Матео Торрес · книга
17. «

    Прошу, позаботься обо мне сегодня мам. В последний раз. Потому что я-то, в отличие от Руфуса, знаю, что еще не мертв, и очень хотел бы, чтобы сегодняшний день изменил мою жизнь. Скоро увидимся.

    Прошу, позаботься обо мне сегодня мам. В последний раз. Потому что я-то, в отличие от Руфуса, знаю, что еще не мертв, и очень хотел бы, чтобы сегодняшний день изменил мою жизнь. Скоро увидимся.

    — Матео Торрес · книга
18. «

    Звучит бредово, но, выжив, я понял, что лучше жить и жалеть, что не сдох, чем умирать, мечтая о вечной жизни.

    Звучит бредово, но, выжив, я понял, что лучше жить и жалеть, что не сдох, чем умирать, мечтая о вечной жизни.

    — Руфус Эметерио · книга
19. «

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    — Матео Торрес · книга
20. «

    Пек уходит, и Эйми его не останавливает. Она даже не знает, какое место занимает Пек в этом мире серых оттенков. На самом деле она даже не до конца понимает, где в этом мире ее собственное место.

    Пек уходит, и Эйми его не останавливает. Она даже не знает, какое место занимает Пек в этом мире серых оттенков. На самом деле она даже не до конца понимает, где в этом мире ее собственное место.