Сейчас я могу признать, что, когда был молод, то не ощущал молодости, не знал, как нужно ее проживать. А сейчас я как никогда прежде понимаю, что на самом деле есть молодость. И уж тем более теперь понимаю, как ее прожить и прочувствовать до самого конца, до последнего вздоха.

We must live each day, Like it’s the last.

Какой бы долгой ни была жизнь, даже если речь идет о необычно долгой жизни, надо проживать каждый день, каждый час так, будто он последний.

Я понимаю, что ни один день повторить нельзя, а потому проживаю его, как последний. В этом моя фатальность.