58 сильных цитат из книги «Агата Кристи. Убийство в доме викария»

58 цитат из книги «Агата Кристи. Убийство в доме викария» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Хотите видеть безудержную, первозданную ярость в чистом виде, пожалуйста, стоит только довести до белого каления убежденного гуманиста.

   Хотите видеть безудержную, первозданную ярость в чистом виде, пожалуйста, стоит только довести до белого каления убежденного гуманиста.
2. «

   — Если бы у меня были деньги, я бы сбежала, а без денег куда денешься? Если бы папочка, как порядочный человек, приказал долго жить, у меня бы все устроилось. — Летиция, такие слова говорить не следует. — А что? Если он не хочет, чтобы я ждала его смерти, пусть не жадничает, как последний скряга.

   — Если бы у меня были деньги, я бы сбежала, а без денег куда денешься? Если бы папочка, как порядочный человек, приказал долго жить, у меня бы все устроилось. — Летиция, такие слова говорить не следует. — А что? Если он не хочет, чтобы я ждала его смерти, пусть не жадничает, как последний скряга.

   — Леонард Клемент · книга
3. «

   Меня можно звать, но не гнать.

   Меня можно звать, но не гнать.

   — Глэдис Крэм · книга
4. «

   Мы все привыкли верить людям на слово — слишком уж мы доверчивы.

   Мы все привыкли верить людям на слово — слишком уж мы доверчивы.

   — мисс Джейн Марпл · книга
5. «

   – Мой племянник – вот кто получает от всего этого бездну удовольствия, – заметил я. – Все забросил, рыскает в поисках следов и окурков. Хэйдок улыбнулся. – Сколько ему лет? – Шестнадцать исполнилось. В этом возрасте трагедии всерьез не воспринимаются. В голове только Шерлок Холмс да Арсен Люпен.

   – Мой племянник – вот кто получает от всего этого бездну удовольствия, – заметил я. – Все забросил, рыскает в поисках следов и окурков. Хэйдок улыбнулся. – Сколько ему лет? – Шестнадцать исполнилось. В этом возрасте трагедии всерьез не воспринимаются. В голове только Шерлок Холмс да Арсен Люпен.

   — Леонард Клемент · книга
6. «

   Чувства толпы – это нечто необъяснимое и ужасное.

   Чувства толпы – это нечто необъяснимое и ужасное.

   — Леонард Клемент · книга
7. «

   В книгах преступником всегда оказывается тот, кого меньше всех подозревают... Только это правило вовсе не годится для реальной жизни. Чаще всего именно то, что бросается в глаза, и есть правда.

   В книгах преступником всегда оказывается тот, кого меньше всех подозревают... Только это правило вовсе не годится для реальной жизни. Чаще всего именно то, что бросается в глаза, и есть правда.

   — мисс Джейн Марпл · книга
8. «

   – Вполне естественно, мне кажется, бороться за свою жизнь, – задумчиво произнес я. – Знали бы вы, сколько убийц разгуливает на свободе по милости добросердечных присяжных, – мрачно сказал инспектор, – вы бы поразились.

   – Вполне естественно, мне кажется, бороться за свою жизнь, – задумчиво произнес я. – Знали бы вы, сколько убийц разгуливает на свободе по милости добросердечных присяжных, – мрачно сказал инспектор, – вы бы поразились.

   — инспектор Слэк · книга
9. «

   Ему палец в рот не клади. Он вроде хорька. Разнюхает правду, как только возьмет след.

   Ему палец в рот не клади. Он вроде хорька. Разнюхает правду, как только возьмет след.

   — полковник Мельчетт · книга
10. «

    Увлекшись своими обличениями, Мэри выковыривала глазки из картофеля так энергично, что они летали по кухне, стуча, как частый град. Один из них попал мне прямо в глаз, и это вызвало небольшую паузу.

    Увлекшись своими обличениями, Мэри выковыривала глазки из картофеля так энергично, что они летали по кухне, стуча, как частый град. Один из них попал мне прямо в глаз, и это вызвало небольшую паузу.

    — Леонард Клемент · книга
11. «

    Какую бы антипатию он ко мне ни испытывал, он не из тех, кто допустит, чтобы симпатии и антипатии мешали ему раздобыть нужную информацию.

    Какую бы антипатию он ко мне ни испытывал, он не из тех, кто допустит, чтобы симпатии и антипатии мешали ему раздобыть нужную информацию.

    — Леонард Клемент · книга
12. «

    Признаться, когда узнаешь человека получше, непременно углядишь в нем какую-то странность. Нормальные люди иногда такое выкинут, что и не придумаешь, а ненормальные часто ведут себя очень разумно.

    Признаться, когда узнаешь человека получше, непременно углядишь в нем какую-то странность. Нормальные люди иногда такое выкинут, что и не придумаешь, а ненормальные часто ведут себя очень разумно.

    — мисс Джейн Марпл · книга
13. «

    Каждый считает свой случай единственным в своем роде.

    Каждый считает свой случай единственным в своем роде.
14. «

    – Насколько я понял, передо мной излюбленный герой приключенческих историй – сыщик-любитель, – сказал я. – Не уверен, что в реальной жизни они и впрямь оказываются удачливей профессионалов.

    – Насколько я понял, передо мной излюбленный герой приключенческих историй – сыщик-любитель, – сказал я. – Не уверен, что в реальной жизни они и впрямь оказываются удачливей профессионалов.

    — Леонард Клемент · книга
15. «

    Наконец дело было улажено – после долгого обсуждения особо щекотливых моментов. Было назначено подпольное свидание в саду, где кусты погуще.

    Наконец дело было улажено – после долгого обсуждения особо щекотливых моментов. Было назначено подпольное свидание в саду, где кусты погуще.
16. «

    Она очень привлекательная, Лен. Даже лысые археологи это чувствуют.

    Она очень привлекательная, Лен. Даже лысые археологи это чувствуют.

    — Гризельда Клемент · книга
17. «

    Эта полудетская любовь всегда протекает как острое заболевание.

    Эта полудетская любовь всегда протекает как острое заболевание.

    — Леонард Клемент · книга
18. «

    – Настоящий роман, правда? – сказала сентиментальная мисс Уэзерби. – Он такой красивый! – Но распущенный, – бросила мисс Хартнелл. – А чего еще ждать? Художник! Париж! Натурщицы! И... и всякое такое! – Писал ее в купальном костюме, – заметила миссис Прайс Ридли. – Такая распущенность. – Он и мой портрет пишет, – сказала Гризельда. – Но ведь не в купальном костюме, душечка, – сказала мисс Марпл. – Вы совершенно правы... зачем он вообще нужен... – заявила Гризельда. – Шалунья! – сказала мисс Хартнелл, у которой хватило чувства юмора, чтобы понять шутку. Остальные дамы были слегка шокированы.

    – Настоящий роман, правда? – сказала сентиментальная мисс Уэзерби. – Он такой красивый! – Но распущенный, – бросила мисс Хартнелл. – А чего еще ждать? Художник! Париж! Натурщицы! И... и всякое такое! – Писал ее в купальном костюме, – заметила миссис Прайс Ридли. – Такая распущенность. – Он и мой портрет пишет, – сказала Гризельда. – Но ведь не в купальном костюме, душечка, – сказала мисс Марпл. – Вы совершенно правы... зачем он вообще нужен... – заявила Гризельда. – Шалунья! – сказала мисс Хартнелл, у которой хватило чувства юмора, чтобы понять шутку. Остальные дамы были слегка шокированы.

    — Гризельда Клемент · книга
19. «

    – Верно, дядя Лен, только я подумал... Когда придет время жениться, понимаешь, чтобы жениться на хорошей девушке, надо быть богатым. – Твоя теория не подтверждается фактами, – заметил я.

    – Верно, дядя Лен, только я подумал... Когда придет время жениться, понимаешь, чтобы жениться на хорошей девушке, надо быть богатым. – Твоя теория не подтверждается фактами, – заметил я.

    — Деннис · книга
20. «

    Остальные мои кавалеры считали, что я просто чудо, и, разумеется, для каждого из них я была бы отличной женой. Но для тебя я – воплощение всего, что ты не любишь и не одобряешь, и все же ты не мог передо мной устоять. Мое тщеславие просто не выдержало этого. Знаешь, куда приятнее, когда тебя втайне обожают, сознавая, что это грех, чем когда тобой гордятся и выставляют напоказ. Я доставляю тебе кучу неудобств, я непрерывно тебя шокирую, и, несмотря ни на что, ты любишь меня до безумия.

    Остальные мои кавалеры считали, что я просто чудо, и, разумеется, для каждого из них я была бы отличной женой. Но для тебя я – воплощение всего, что ты не любишь и не одобряешь, и все же ты не мог передо мной устоять. Мое тщеславие просто не выдержало этого. Знаешь, куда приятнее, когда тебя втайне обожают, сознавая, что это грех, чем когда тобой гордятся и выставляют напоказ. Я доставляю тебе кучу неудобств, я непрерывно тебя шокирую, и, несмотря ни на что, ты любишь меня до безумия.

    — Гризельда Клемент · книга