47 цитат из книги «Айрис Мёрдок. Дитя слова» с глубоким смыслом

Ниже 47 цитат из книги «Айрис Мёрдок. Дитя слова»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ведь человек безудержных страстей привлекателен только в книгах.

   Ведь человек безудержных страстей привлекателен только в книгах.
2. «

   — Он такое ничтожество. У нее же есть какой-то вкус. — Вы недооцениваете Артура. У него много достоинств. — Назовите хотя бы одно. — Хороший характер. — Слабенький он человечек. Ладно, ладно, мой дорогой, слишком поздно создавать Артуру авторитет в моих глазах. — Брак может изменить его. — Перемены производит страсть — та самая, что заставила Аполлона похитить Дафну. А здесь этого нет в помине. — Не понимаю, откуда вы это взяли. — Вы хотите сказать, что любовь способна облагородить Артура? — Такое может с кем угодно произойти. — Признайтесь, до сих пор вы ни разу не сказали о нем доброго слова. — Но вы же над ним издеваетесь. Вы издеваетесь над всеми. Вот я и клюнул. А не следовало. Я уважаю Артура.

   — Он такое ничтожество. У нее же есть какой-то вкус. — Вы недооцениваете Артура. У него много достоинств. — Назовите хотя бы одно. — Хороший характер. — Слабенький он человечек. Ладно, ладно, мой дорогой, слишком поздно создавать Артуру авторитет в моих глазах. — Брак может изменить его. — Перемены производит страсть — та самая, что заставила Аполлона похитить Дафну. А здесь этого нет в помине. — Не понимаю, откуда вы это взяли. — Вы хотите сказать, что любовь способна облагородить Артура? — Такое может с кем угодно произойти. — Признайтесь, до сих пор вы ни разу не сказали о нем доброго слова. — Но вы же над ним издеваетесь. Вы издеваетесь над всеми. Вот я и клюнул. А не следовало. Я уважаю Артура.

   — Хилари Берд · книга
3. «

   — Он ведь интересный мужчина, но держится так сухо и церемонно и говорит только о фунте стерлингов. Ни о чем личном, никогда. Я думаю, у него есть тайное горе, которое он скрывает. — Женщины всегда считают, что у мужчин есть тайное горе. Это помогает отбивать их у других женщин. — А мужчины вроде вас, Хилари, считают, что женщины всегда оговаривают других женщин.

   — Он ведь интересный мужчина, но держится так сухо и церемонно и говорит только о фунте стерлингов. Ни о чем личном, никогда. Я думаю, у него есть тайное горе, которое он скрывает. — Женщины всегда считают, что у мужчин есть тайное горе. Это помогает отбивать их у других женщин. — А мужчины вроде вас, Хилари, считают, что женщины всегда оговаривают других женщин.
4. «

   — Ты теперь никогда не бываешь со мной хорошим... — Как же я могу быть хорошим, когда я в капкане? — Ни в каком ты не в капкане — так ведь про кого угодно можно сказать. Мы с тобой оба могли бы быть свободны, если бы... — Кто тебе вообще говорит про свободу? — Ты, ты же сказал, что сидишь в капкане. — Плевал я на свободу, по моему глубокому убеждению, никакой свободы нет — просто мне не нравится чувствовать себя связанным по рукам и ногам.

   — Ты теперь никогда не бываешь со мной хорошим... — Как же я могу быть хорошим, когда я в капкане? — Ни в каком ты не в капкане — так ведь про кого угодно можно сказать. Мы с тобой оба могли бы быть свободны, если бы... — Кто тебе вообще говорит про свободу? — Ты, ты же сказал, что сидишь в капкане. — Плевал я на свободу, по моему глубокому убеждению, никакой свободы нет — просто мне не нравится чувствовать себя связанным по рукам и ногам.

   — Хилари Берд · книга
5. «

   ...говорят, что человек, которому вы причинили зло, должен вызывать у вас отвращение.

   ...говорят, что человек, которому вы причинили зло, должен вызывать у вас отвращение.

   — Клиффорд Ларр · книга
6. «

   — Все должны издеваться над всеми — это главное. — Я не думаю, чтобы Артур над кем-либо издевался. — Ну, это потому, что он слишком застенчив. Ему недостает энергии, чтобы постичь абсурд.

   — Все должны издеваться над всеми — это главное. — Я не думаю, чтобы Артур над кем-либо издевался. — Ну, это потому, что он слишком застенчив. Ему недостает энергии, чтобы постичь абсурд.
7. «

   Я хочу сказать, что душевный порыв превращается в безумие, если он не связан с повседневной жизнью. Он становится разрушительным, просто взрывом нелепой злости.

   Я хочу сказать, что душевный порыв превращается в безумие, если он не связан с повседневной жизнью. Он становится разрушительным, просто взрывом нелепой злости.
8. «

   Когда речь идет о давнем и страшном, что таится в мозгу, любая ошибка или случайность могут привести к серьезным последствиям.

   Когда речь идет о давнем и страшном, что таится в мозгу, любая ошибка или случайность могут привести к серьезным последствиям.

   — Ганнер Джойлинг · книга
9. «

   Как редко счастье бывает действительно невинным, а не победоносным, не оскорбительным для тех, кто его лишен.

   Как редко счастье бывает действительно невинным, а не победоносным, не оскорбительным для тех, кто его лишен.
10. «

    Мистер Османд верил в конкуренцию. Он считал ее необходимой для совершенствования. Он был сторонником экзаменационной системы и культивировал ее. (И правильно делал. Это было тем путем, который вывел меня из бездны.) Parvenir à tout prix стало моим лозунгом.

    Мистер Османд верил в конкуренцию. Он считал ее необходимой для совершенствования. Он был сторонником экзаменационной системы и культивировал ее. (И правильно делал. Это было тем путем, который вывел меня из бездны.) Parvenir à tout prix стало моим лозунгом.
11. «

    ...если считать, что мир — это иллюзия, тогда можно вести себя как угодно. Очень удобная доктрина.

    ...если считать, что мир — это иллюзия, тогда можно вести себя как угодно. Очень удобная доктрина.
12. «

    Я всегда придавал большое значение глазам. Как таинственно выразительны могут быть эти влажные сферы, и хотя глазное яблоко не меняется, однако же оно — окно души. И цвет глаз — по самой своей природе и сути — несопоставим с цветом никакой другой субстанции.

    Я всегда придавал большое значение глазам. Как таинственно выразительны могут быть эти влажные сферы, и хотя глазное яблоко не меняется, однако же оно — окно души. И цвет глаз — по самой своей природе и сути — несопоставим с цветом никакой другой субстанции.
13. «

    — И у тебя кто-то есть. Лора Импайетт. Ты встречаешься с ней по средам. Я знаю таких женщин — она коллекционирует мужчин и теперь охотится за тобой. — Не будь занудой и не бросайся, как кошка, на других женщин. А то я начинаю думать, что ваш пол в самом деле отстает в развитии. — Я вовсе не бросаюсь, как кошка, и говорю не вообще, а про конкретного человека! — Это не довод, и криком ничего не добьешься. — Ты специально выводишь меня из себя, чтобы потом унизить. — Не моя вина, если у тебя интуитивное мышление, а не логическое. Женщины, говорят, гордятся этим.

    — И у тебя кто-то есть. Лора Импайетт. Ты встречаешься с ней по средам. Я знаю таких женщин — она коллекционирует мужчин и теперь охотится за тобой. — Не будь занудой и не бросайся, как кошка, на других женщин. А то я начинаю думать, что ваш пол в самом деле отстает в развитии. — Я вовсе не бросаюсь, как кошка, и говорю не вообще, а про конкретного человека! — Это не довод, и криком ничего не добьешься. — Ты специально выводишь меня из себя, чтобы потом унизить. — Не моя вина, если у тебя интуитивное мышление, а не логическое. Женщины, говорят, гордятся этим.

    — Томазина Улмайстер · книга
14. «

    — Ты сегодня точно мертвый, точно зомби. — Мне бы и хотелось быть мертвым.

    — Ты сегодня точно мертвый, точно зомби. — Мне бы и хотелось быть мертвым.

    — Томазина Улмайстер · книга
15. «

    Любят всего лишь раз — первый (фр).

    Любят всего лишь раз — первый (фр).
16. «

    Я буду горевать по Китти, и воспоминание о ее любви ко мне, какой бы она ни была, останется незамутненным. Возможно, такого рода горе — в путанице чувств, сосуществующих в эгоистическом человеческом сердце, — самое долговечное, — горе, вызываемое не чувством вины, или расчетом, или рациональным сожалением, а болью и воспоминаниями.

    Я буду горевать по Китти, и воспоминание о ее любви ко мне, какой бы она ни была, останется незамутненным. Возможно, такого рода горе — в путанице чувств, сосуществующих в эгоистическом человеческом сердце, — самое долговечное, — горе, вызываемое не чувством вины, или расчетом, или рациональным сожалением, а болью и воспоминаниями.
17. «

    Дар погружаться в забытье — это дар выживания. Я опустил голову на подушку, и благостный, болеисцеляющий сон погрузил меня на много саженей в свои глубины. Не родиться на свет, конечно, еще лучше, но на второе место можно поставить крепкий сон.

    Дар погружаться в забытье — это дар выживания. Я опустил голову на подушку, и благостный, болеисцеляющий сон погрузил меня на много саженей в свои глубины. Не родиться на свет, конечно, еще лучше, но на второе место можно поставить крепкий сон.

    — Хилари Берд · книга
18. «

    — Не налить еще виски, родной? — Нет. — А что ты хотел бы получить на Рождество? — Заряженный револьвер.

    — Не налить еще виски, родной? — Нет. — А что ты хотел бы получить на Рождество? — Заряженный револьвер.

    — Томазина Улмайстер · книга
19. «

    В приюте все было пронизано примитивнейшей приверженностью канонам Евангелия. Это тоже вызывало у меня отвращение. Слова Кристел «будь хорошим» (хотя они и мало влияли на мое поведение, а то и не влияли вообще) значили для меня больше, чем заповеди Иисуса Христа. О Христе мне всегда говорили люди, которые смотрели на меня не только как на существо слаборазвитое, но и достойное жалости. Есть такая самодовольная благотворительная снисходительность, которую не способны скрыть даже люди вполне пристойные и которую даже малый ребенок способен распознать.

    В приюте все было пронизано примитивнейшей приверженностью канонам Евангелия. Это тоже вызывало у меня отвращение. Слова Кристел «будь хорошим» (хотя они и мало влияли на мое поведение, а то и не влияли вообще) значили для меня больше, чем заповеди Иисуса Христа. О Христе мне всегда говорили люди, которые смотрели на меня не только как на существо слаборазвитое, но и достойное жалости. Есть такая самодовольная благотворительная снисходительность, которую не способны скрыть даже люди вполне пристойные и которую даже малый ребенок способен распознать.

    — Хилари Берд · книга
20. «

    Детская беда безгранична — сколь немногие даже теперь понимают это. Отчаяние у взрослого, пожалуй, несравнимо с отчаянием ребенка.

    Детская беда безгранична — сколь немногие даже теперь понимают это. Отчаяние у взрослого, пожалуй, несравнимо с отчаянием ребенка.

    — Хилари Бэрд · книга