47 цитат из книги «Аль Квотион. Словоточие», ставших крылатыми

Ниже 47 цитат из книги «Аль Квотион. Словоточие»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Данко спит. Не стенает, не сердится, распрощался с последнею трезвостью. А под стойкой валяется сердце. Догорает. Уже бесполезное.

   Данко спит. Не стенает, не сердится, распрощался с последнею трезвостью. А под стойкой валяется сердце. Догорает. Уже бесполезное.
2. «

   Ты самая красивая из песен, написанных на уличной стене.

   Ты самая красивая из песен, написанных на уличной стене.
3. «

   А там, за углом был рай, но было уже не дойти. Ты часто твердил «прощай», но чаще шептал «прости». И слабость старческих рук сжимала последний май, но мир уже мерк вокруг. А там, за углом был рай.

   А там, за углом был рай, но было уже не дойти. Ты часто твердил «прощай», но чаще шептал «прости». И слабость старческих рук сжимала последний май, но мир уже мерк вокруг. А там, за углом был рай.
4. «

   Ты слово, изменяющее мир, но ты и мир, не требующий слов.

   Ты слово, изменяющее мир, но ты и мир, не требующий слов.
5. «

   Твои руки безумные раздевают сознание, обрывай тормоза и включай зажигание!

   Твои руки безумные раздевают сознание, обрывай тормоза и включай зажигание!
6. «

   Я стираю себя. Это просто честней. Мне так проще дышать. Мне так тесен здесь воздух. Я стираю из памяти прошлых людей, они дальше и дальше, они уже — звезды.

   Я стираю себя. Это просто честней. Мне так проще дышать. Мне так тесен здесь воздух. Я стираю из памяти прошлых людей, они дальше и дальше, они уже — звезды.
7. «

   Кто будет этот смертный зрелый мир любить, как только я любить умею?

   Кто будет этот смертный зрелый мир любить, как только я любить умею?
8. «

   И вы ее надежды не оспорите, вы не поймете, что там позади — за этими ажурными предплечьями, исписанными строчками стихов, за этой горькой верой в человечество и в человечность поздних женихов.

   И вы ее надежды не оспорите, вы не поймете, что там позади — за этими ажурными предплечьями, исписанными строчками стихов, за этой горькой верой в человечество и в человечность поздних женихов.
9. «

   Когда ты век бежал за эхом, стирая сердце до прорех, и встретил, встретил человека, но жалок этот человек.

   Когда ты век бежал за эхом, стирая сердце до прорех, и встретил, встретил человека, но жалок этот человек.
10. «

    Уйдешь. А что оставишь нам? Ты говоришь, что снег нетронутый. И клавиши рояля. И ковчег. Оставишь неизбывную бессильную тоску. Любовь альтернативную, любовь в одну строку. Наследство бесполезное, огрызки, хлам, тряпье. Оставишь лишь поэзию. Бессмертие свое…

    Уйдешь. А что оставишь нам? Ты говоришь, что снег нетронутый. И клавиши рояля. И ковчег. Оставишь неизбывную бессильную тоску. Любовь альтернативную, любовь в одну строку. Наследство бесполезное, огрызки, хлам, тряпье. Оставишь лишь поэзию. Бессмертие свое…
11. «

    Она гасит свет, когда я зажигаю мир. И все говорят: «вы с ней как близнецы похожи».

    Она гасит свет, когда я зажигаю мир. И все говорят: «вы с ней как близнецы похожи».
12. «

    Здесь каждый миг уже раздет до зоркости, Здесь разжигают тысячи костров. Здесь даже кровь на пальцах — бутафорская. Но это наша, слышишь, наша кровь!

    Здесь каждый миг уже раздет до зоркости, Здесь разжигают тысячи костров. Здесь даже кровь на пальцах — бутафорская. Но это наша, слышишь, наша кровь!
13. «

    Как высоко, ранимо и воздушно плывут ковчеги маленьких квартир по городу большого равнодушия.

    Как высоко, ранимо и воздушно плывут ковчеги маленьких квартир по городу большого равнодушия.
14. «

    Пусть память о нас будет лучше, чем были когда-либо мы.

    Пусть память о нас будет лучше, чем были когда-либо мы.
15. «

    Говорят, что он слышал мир, как мы слышим музыку, говорят, он видел в людях систему нот.

    Говорят, что он слышал мир, как мы слышим музыку, говорят, он видел в людях систему нот.
16. «

    Скажи, а будем ли мы завтра? Скажи, а есть ли мы сейчас?

    Скажи, а будем ли мы завтра? Скажи, а есть ли мы сейчас?
17. «

    Пожалеешь людей и начнешь их любить по-иному: Молча. Глядя в сердца. Гладя слабую птицу души. Разбивая стихами и криком застывшую кому — одиночество женщин, усталость молчащих мужчин.

    Пожалеешь людей и начнешь их любить по-иному: Молча. Глядя в сердца. Гладя слабую птицу души. Разбивая стихами и криком застывшую кому — одиночество женщин, усталость молчащих мужчин.
18. «

    Мы в аллегории, где наша жизнь — вода, толщ берегов земных грызущая при лживом прогнозе штиля. Если дальше рассуждать в такой концепции — я часть того прилива.

    Мы в аллегории, где наша жизнь — вода, толщ берегов земных грызущая при лживом прогнозе штиля. Если дальше рассуждать в такой концепции — я часть того прилива.
19. «

    А когда просыпается грусть - Поднимается к небу волна, Разбиваясь о смуглую грудь.

    А когда просыпается грусть - Поднимается к небу волна, Разбиваясь о смуглую грудь.
20. «

    Забыть дома мысли и выйти в прозрачное лето, и долго идти, исчезая все больше во мгле.

    Забыть дома мысли и выйти в прозрачное лето, и долго идти, исчезая все больше во мгле.