119 сильных цитат из книги «Александр Дюма. Граф Монте-Кристо»

Ниже 119 цитат из книги «Александр Дюма. Граф Монте-Кристо»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Удивительно, — сказал Франц, — этот ужас рассеялся, как сон. — Да это и был только сон, — кошмар, который вам привиделся. — Мне — да; а казненному? — И ему тоже; только он уснул навсегда, а вы проснулись; и кто скажет, который из вас счастливее?

   — Удивительно, — сказал Франц, — этот ужас рассеялся, как сон. — Да это и был только сон, — кошмар, который вам привиделся. — Мне — да; а казненному? — И ему тоже; только он уснул навсегда, а вы проснулись; и кто скажет, который из вас счастливее?
2. «

   В сердце моем обитают три чувства, с которыми никогда не соскучишься: печаль, любовь и благодарность.

   В сердце моем обитают три чувства, с которыми никогда не соскучишься: печаль, любовь и благодарность.
3. «

   И влюбленные продолжали свой путь, спокойные и счастливые, как два избранника небес...

   И влюбленные продолжали свой путь, спокойные и счастливые, как два избранника небес...
4. «

   Надо возжаждать смерти, чтобы понять, как хороша жизнь.

   Надо возжаждать смерти, чтобы понять, как хороша жизнь.

   — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
5. «

   Идеи не умирают, ваше величество, они порою дремлют, но они просыпаются еще более сильными, чем были до сна.

   Идеи не умирают, ваше величество, они порою дремлют, но они просыпаются еще более сильными, чем были до сна.
6. «

   Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.

   Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.
7. «

   Да, я знаю, — отвечал Франц, — человеческое правосудие — плохой утешитель; оно может пролить кровь за кровь и только; не следует требовать от него большего, чем оно может дать.

   Да, я знаю, — отвечал Франц, — человеческое правосудие — плохой утешитель; оно может пролить кровь за кровь и только; не следует требовать от него большего, чем оно может дать.

   — Барон д'Эпине · книга
8. «

   К сожалению, на этом свете каждый имеет свою точку зрения, мешающую ему видеть точку зрения другого.

   К сожалению, на этом свете каждый имеет свою точку зрения, мешающую ему видеть точку зрения другого.

   — Граф Монте-Кристо · книга
9. «

   Женщины обладают безошибочным чутьем, у них имеется алгебра собственного изобретения, при помощи которой они вам могут объяснить любое чудо.

   Женщины обладают безошибочным чутьем, у них имеется алгебра собственного изобретения, при помощи которой они вам могут объяснить любое чудо.
10. «

    — А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Дантес. — Потому что в вас природой заложено отвращение к убийству: такое отвращение, что вы об этом даже не подумали, — продолжал старик, — в делах простых и дозволенных наши естественные побуждения ведут нас по прямому пути. Тигру, который рождён для пролития крови, — это его дело, его назначение, — нужно только одно: чтобы обоняние дало ему знать о близости добычи. Он тотчас же бросается на неё и разрывает на куски. Это его инстинкт, и он ему повинуется. Но человеку, напротив, кровь претит; не законы общества запрещают нам убийство, а законы природы.

    — А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Дантес. — Потому что в вас природой заложено отвращение к убийству: такое отвращение, что вы об этом даже не подумали, — продолжал старик, — в делах простых и дозволенных наши естественные побуждения ведут нас по прямому пути. Тигру, который рождён для пролития крови, — это его дело, его назначение, — нужно только одно: чтобы обоняние дало ему знать о близости добычи. Он тотчас же бросается на неё и разрывает на куски. Это его инстинкт, и он ему повинуется. Но человеку, напротив, кровь претит; не законы общества запрещают нам убийство, а законы природы.

    — аббат Фариа · книга
11. «

    Для чего же и существует течение времени, всякие меры поощрения, медали, ордена, Монтионовские премии, как не для того, чтобы вести общество к наивысшему совершенству? А человек достигнет совершенства лишь тогда, когда сможет, подобно божеству, создавать и уничтожать по своему желанию; уничтожать он уже научился – значит, половина пути уже пройдена.

    Для чего же и существует течение времени, всякие меры поощрения, медали, ордена, Монтионовские премии, как не для того, чтобы вести общество к наивысшему совершенству? А человек достигнет совершенства лишь тогда, когда сможет, подобно божеству, создавать и уничтожать по своему желанию; уничтожать он уже научился – значит, половина пути уже пройдена.

    — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
12. «

    Пророков, предсказывающих несчастье, плохо принимают.

    Пророков, предсказывающих несчастье, плохо принимают.
13. «

    Безумец, зачем в тот день, когда я решил мстить, не вырвал я сердца из своей груди!

    Безумец, зачем в тот день, когда я решил мстить, не вырвал я сердца из своей груди!

    — Граф Монте-Кристо · книга
14. «

    Женщина священна; женщина, которую любишь, — священна вдвойне.

    Женщина священна; женщина, которую любишь, — священна вдвойне.

    — Максимиллиан Моррель · книга
15. «

    Если бы мое сердце не окаменело, как бы оно вынесло бы все удары, которые я испытал?

    Если бы мое сердце не окаменело, как бы оно вынесло бы все удары, которые я испытал?

    — Вильфор · книга
16. «

    Ревность — признак любви.

    Ревность — признак любви.

    — Граф Монте-Кристо · книга
17. «

    — Пощадите мою дочь! — прошептал Вильфор. — Вы сами назвали ее — вы, отец. — Пощадите Валентину! Нет, это невозможно. Я скорее обвинил бы самого себя! Валентина, золотое сердце, сама невинность! — Пощады быть не может, господин королевский прокурор. Улики налицо: мадемуазель де Вильфор сама упаковывала лекарства, которые были посланы маркизу де Сен-Мерану, и маркиз умер.

    — Пощадите мою дочь! — прошептал Вильфор. — Вы сами назвали ее — вы, отец. — Пощадите Валентину! Нет, это невозможно. Я скорее обвинил бы самого себя! Валентина, золотое сердце, сама невинность! — Пощады быть не может, господин королевский прокурор. Улики налицо: мадемуазель де Вильфор сама упаковывала лекарства, которые были посланы маркизу де Сен-Мерану, и маркиз умер.

    — Жерар де Вильфор · книга
18. «

    — Полуденный отдых у каторжников! Вот и жалей их после этого! — сказал аббат. — А как же, — заметил Кадрусс. — Нельзя все время работать, мы не собаки. — К счастью для собак, — сказал Монте-Кристо.

    — Полуденный отдых у каторжников! Вот и жалей их после этого! — сказал аббат. — А как же, — заметил Кадрусс. — Нельзя все время работать, мы не собаки. — К счастью для собак, — сказал Монте-Кристо.

    — Граф Монте-Кристо · книга
19. «

    Есть же для честных людей бог на небесах, черт возьми.

    Есть же для честных людей бог на небесах, черт возьми.

    — Моррель · книга
20. «

    У каждого человека есть своя страсть, грызущая ему сердце, как у каждого плода есть свой червь.

    У каждого человека есть своя страсть, грызущая ему сердце, как у каждого плода есть свой червь.