52 цитаты из книги «Александр Николаевич Островский. На всякого мудреца довольно простоты» с глубоким смыслом

52 цитаты из книги «Александр Николаевич Островский. На всякого мудреца довольно простоты» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда россиянин решится слово дать, То без стыда ему не может изменять.

   Когда россиянин решится слово дать, То без стыда ему не может изменять.

   — Крутицкий · книга
2. «

   С отличными способностями теперь некуда деться.

   С отличными способностями теперь некуда деться.
3. «

   Я не терплю вольнодумства в моем доме.

   Я не терплю вольнодумства в моем доме.

   — Турусина · книга
4. «

   Поди вот с бабами! Хуже, чем дивизией командовать.

   Поди вот с бабами! Хуже, чем дивизией командовать.

   — Крутицкий · книга
5. «

   По почерку сейчас можно узнать характер! Ровно — значит аккуратен... кругло, без росчерков, ну, значит не вольнодумец.

   По почерку сейчас можно узнать характер! Ровно — значит аккуратен... кругло, без росчерков, ну, значит не вольнодумец.

   — Крутицкий · книга
6. «

   Да и нет особенной надобности в большом уме, довольно и того, что он хорош собою. К чему тут ум? Ему не профессором быть. Поверьте, что красивому молодому человеку, просто из сострадания, всегда и в люди выйти помогут, и дадут средства жить хорошо.

   Да и нет особенной надобности в большом уме, довольно и того, что он хорош собою. К чему тут ум? Ему не профессором быть. Поверьте, что красивому молодому человеку, просто из сострадания, всегда и в люди выйти помогут, и дадут средства жить хорошо.

   — Клеопатра Львовна Мамаева · книга
7. «

   Он считает себя всех умнее и всех учит. Его хлебом не корми, только приди совета попроси.

   Он считает себя всех умнее и всех учит. Его хлебом не корми, только приди совета попроси.

   — Курчаев · книга
8. «

   Сколько ни трудись, век будешь канцелярским чиновником. Чтобы выслужиться человеку без протекции, нужно совсем другое. Не рассуждать, когда не приказывают, смеяться, когда начальство вздумает сострить, думать и работать за начальников и в то же время уверять их, что я, мол, глуп, что это вам самим угодно было приказать. Кроме того нужно иметь еще некоторые лакейские качества.

   Сколько ни трудись, век будешь канцелярским чиновником. Чтобы выслужиться человеку без протекции, нужно совсем другое. Не рассуждать, когда не приказывают, смеяться, когда начальство вздумает сострить, думать и работать за начальников и в то же время уверять их, что я, мол, глуп, что это вам самим угодно было приказать. Кроме того нужно иметь еще некоторые лакейские качества.

   — Глумов · книга
9. «

   Я московская барышня, я не пойду замуж без денег и без позволения родных.

   Я московская барышня, я не пойду замуж без денег и без позволения родных.

   — Машенька · книга
10. «

    Едва ли вынесет чье-нибудь сердце видеть в бедности красивого мужчину, молодого. Рукава потерты или коротки, воротнички нечисты. Ах, ах! Ужасно, ужасно! Кроме того бедность убивает развязность, как-то принижает, отнимает этот победный вид, эту смелость, которые так простительны, так к лицу красивому молодому человеку.

    Едва ли вынесет чье-нибудь сердце видеть в бедности красивого мужчину, молодого. Рукава потерты или коротки, воротнички нечисты. Ах, ах! Ужасно, ужасно! Кроме того бедность убивает развязность, как-то принижает, отнимает этот победный вид, эту смелость, которые так простительны, так к лицу красивому молодому человеку.

    — Клеопатра Львовна Мамаева · книга
11. «

    Матери много хвалить сына не годится.

    Матери много хвалить сына не годится.

    — Глумова · книга
12. «

    Чем в люди выходят? Не все делами, чаще разговором.

    Чем в люди выходят? Не все делами, чаще разговором.

    — Глумов · книга
13. «

    Женщины завистливы, любить-то не всякая умеет, а ревновать-то всякая мастерица.

    Женщины завистливы, любить-то не всякая умеет, а ревновать-то всякая мастерица.

    — Глумов · книга
14. «

    Настоящие-то умные люди с какой стати станут знакомиться с нами?

    Настоящие-то умные люди с какой стати станут знакомиться с нами?

    — Курчаев · книга
15. «

    Что уж очень бранят молодёжь! Вот, значит, есть же и из них: и с умом, и с сердцем малый. Он льстив и как будто немного подленёк; ну, да вот оперится, так это, может быть, пройдёт. Если эта подлость в душе, так нехорошо, а если только в манерах, так большой беды нет; с деньгами и с чинами это постепенно исчезает.

    Что уж очень бранят молодёжь! Вот, значит, есть же и из них: и с умом, и с сердцем малый. Он льстив и как будто немного подленёк; ну, да вот оперится, так это, может быть, пройдёт. Если эта подлость в душе, так нехорошо, а если только в манерах, так большой беды нет; с деньгами и с чинами это постепенно исчезает.

    — Крутицкий · книга
16. «

    Никакой поэзии нет, никаких благородных чувств. Я думаю, что это оттого, что на театре трагедий не дают. Мы, бывало, все трагедии наизусть знали, а нынче скромно! Они и по книге-то прочесть не умеют.

    Никакой поэзии нет, никаких благородных чувств. Я думаю, что это оттого, что на театре трагедий не дают. Мы, бывало, все трагедии наизусть знали, а нынче скромно! Они и по книге-то прочесть не умеют.

    — Крутицкий · книга
17. «

    Над глупыми людьми не надо смеяться, надо уметь пользоваться их слабостями.

    Над глупыми людьми не надо смеяться, надо уметь пользоваться их слабостями.

    — Глумов · книга
18. «

    Наш век, век, по преимуществу легкомысленный. Все молодо, неопытно, дай то попробую, другое попробую, то переделаю, другое переменю. Переменять легко. Вот возьму и поставлю всю мебель вверх ногами, вот и перемена. Но где же, я вас спрашиваю, вековая мудрость, вековая опытность, которая поставила мебель именно на ноги?

    Наш век, век, по преимуществу легкомысленный. Все молодо, неопытно, дай то попробую, другое попробую, то переделаю, другое переменю. Переменять легко. Вот возьму и поставлю всю мебель вверх ногами, вот и перемена. Но где же, я вас спрашиваю, вековая мудрость, вековая опытность, которая поставила мебель именно на ноги?

    — Крутицкий · книга
19. «

    А ведь есть учителя, умные есть учителя, да плохо их слушают — нынче время такое.

    А ведь есть учителя, умные есть учителя, да плохо их слушают — нынче время такое.

    — Нил Федосеич Мамаев · книга
20. «

    Женское сердце мягко. Мягко-то оно мягко, зато уж ведь и злей-то женщины ничего на свете нет, если её обидеть чувствительно. Страшно становится. Женщина отомстит ужасно, она может такую гадость придумать, что мужчине и в голову не придёт.

    Женское сердце мягко. Мягко-то оно мягко, зато уж ведь и злей-то женщины ничего на свете нет, если её обидеть чувствительно. Страшно становится. Женщина отомстит ужасно, она может такую гадость придумать, что мужчине и в голову не придёт.

    — Глумов · книга