27 цитат из книги «Александр Полярный. Сказка о самоубийстве», которые захочется сохранить

Ниже 27 цитат из книги «Александр Полярный. Сказка о самоубийстве»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Теперь и родной дом кажется мне чужим. По­тому что Дом — это там, где есть ты.

   Теперь и родной дом кажется мне чужим. По­тому что Дом — это там, где есть ты.

   — Дежймс Сойер · книга
2. «

   Радостно наблюдать за любимым человеком, когда он спит: сразу появляется чувство заботы. Укрываешь его теплым одеялом, целуешь в лоб, чтоб спалось слаще, стараешься вести себя как можно тише. Я не заметила, как уснула рядом. Хотя кто замечает, когда он засыпает, верно?

   Радостно наблюдать за любимым человеком, когда он спит: сразу появляется чувство заботы. Укрываешь его теплым одеялом, целуешь в лоб, чтоб спалось слаще, стараешься вести себя как можно тише. Я не заметила, как уснула рядом. Хотя кто замечает, когда он засыпает, верно?
3. «

   Красивые, кстати, розы. Наверное, вы поставите их в вазу, чтобы они умирали медленнее?

   Красивые, кстати, розы. Наверное, вы поставите их в вазу, чтобы они умирали медленнее?
4. «

   Очень странная, но кажется, еще более милая, чем странная.

   Очень странная, но кажется, еще более милая, чем странная.

   — Джеймс Сойер · книга
5. «

   Только когда выходишь из шумного места, пони­маешь, насколько тебе не хватало отсутствие ка­ких-либо звуков.

   Только когда выходишь из шумного места, пони­маешь, насколько тебе не хватало отсутствие ка­ких-либо звуков.

   — Джеймс Сойер · книга
6. «

   Человек, который постоянно всем и все пытается доказать, — несчастный человек...

   Человек, который постоянно всем и все пытается доказать, — несчастный человек...

   — Зои · книга
7. «

   Если девушка в двадцать лет в чем-то начинается сомневаться, значит, говоря «все хорошо», это означает: «все плохо».

   Если девушка в двадцать лет в чем-то начинается сомневаться, значит, говоря «все хорошо», это означает: «все плохо».

   — Джеймс Сойер · книга
8. «

   Кто-то когда-то сказал: «Пытаться забыть — значит, постоянно помнить». А я не хочу забы­вать. Хочу помнить.

   Кто-то когда-то сказал: «Пытаться забыть — значит, постоянно помнить». А я не хочу забы­вать. Хочу помнить.

   — Неизвестный · книга
9. «

   ...и я не знаю, что именно было дальше, но этот мужчина спас ее... от повседневности.

   ...и я не знаю, что именно было дальше, но этот мужчина спас ее... от повседневности.

   — Джеймс Сойер · книга
10. «

    За несколько лет работы с актерами я понял одно: все театралы — странные ребята, а многие из них так вживаются в роль, что выйти из сво­его образа уже не могут.

    За несколько лет работы с актерами я понял одно: все театралы — странные ребята, а многие из них так вживаются в роль, что выйти из сво­его образа уже не могут.

    — Джеймс Сойер · книга
11. «

    На улице было очень тихо: только когда выходишь из шумного места, понимаешь, насколько тебе не хватало отсутствия каких-либо звуков.

    На улице было очень тихо: только когда выходишь из шумного места, понимаешь, насколько тебе не хватало отсутствия каких-либо звуков.

    — Джеймс Сойер · книга
12. «

    Я замечал, что Зои становится со мной скучно, чувствовал, что ей одиноко и что часы, проведенные вместе, сократились до минут, а минуты искренности — до секунд...

    Я замечал, что Зои становится со мной скучно, чувствовал, что ей одиноко и что часы, проведенные вместе, сократились до минут, а минуты искренности — до секунд...

    — Джеймс Сойер · книга
13. «

    У нашей жизни нет сценария! Но нашелся человек, который готов взять на себя всю ответ­ственность и написать такой сценарий!

    У нашей жизни нет сценария! Но нашелся человек, который готов взять на себя всю ответ­ственность и написать такой сценарий!

    — Актер · книга
14. «

    На улице шел дождь, и мы не выползали из-под одеяла почти весь день.

    На улице шел дождь, и мы не выползали из-под одеяла почти весь день.
15. «

    Пытаться забыть — значит, постоянно помнить.

    Пытаться забыть — значит, постоянно помнить.

    — Джеймс Сойер · книга
16. «

    Вы смогли бы пропасть на неделю из своей жизни? Просто вырваться, оставив дома вклю­ченным свет, приготовленный суп в холодиль­нике, может быть, даже открытым окно. Пусть там будет холодно. Бывает, что-то делаешь и не думаешь о последствиях, идешь в расстегнутом пальто по улице, даже когда на улице мороз, а потом лежишь неделю дома с температурой.

    Вы смогли бы пропасть на неделю из своей жизни? Просто вырваться, оставив дома вклю­ченным свет, приготовленный суп в холодиль­нике, может быть, даже открытым окно. Пусть там будет холодно. Бывает, что-то делаешь и не думаешь о последствиях, идешь в расстегнутом пальто по улице, даже когда на улице мороз, а потом лежишь неделю дома с температурой.

    — Джеймс Сойер · книга
17. «

    На долю секунды почувствовала себя особенной.

    На долю секунды почувствовала себя особенной.

    — Зои · книга
18. «

    Она жаловалась игрушечному зайчику, что у нее очень твердая подушка. Я пообещала маме, что достану для нее самую мягкую подушку, которая только существует. Уже и не помню, каким образом я ее тогда думала достать, ведь мне было всего восемь лет. Обещание свое я не успела выполнить: мама умерла через две недели — не знаю, отчего, мне не сказали. Наверное, виной всему была слишком твердая подушка, а ведь у нее так сильно болела голова...

    Она жаловалась игрушечному зайчику, что у нее очень твердая подушка. Я пообещала маме, что достану для нее самую мягкую подушку, которая только существует. Уже и не помню, каким образом я ее тогда думала достать, ведь мне было всего восемь лет. Обещание свое я не успела выполнить: мама умерла через две недели — не знаю, отчего, мне не сказали. Наверное, виной всему была слишком твердая подушка, а ведь у нее так сильно болела голова...
19. «

    Но когда тебя оставили на пороге детдома, трудно поверить, что твои родители были достойными людьми.

    Но когда тебя оставили на пороге детдома, трудно поверить, что твои родители были достойными людьми.

    — Джеймс Сойер · книга
20. «

    Всю жизнь я была твердо уверена, что влюбленность — это не ко­робка шоколадных конфет, купленная по пути на свидание. Это что-то большее... То, чего мне еще не показывала жизнь. Оказывается, все на­много проще. И одновременно сложнее, потому что нет такого языка на планете Земля, способ­ного передать это чувство...

    Всю жизнь я была твердо уверена, что влюбленность — это не ко­робка шоколадных конфет, купленная по пути на свидание. Это что-то большее... То, чего мне еще не показывала жизнь. Оказывается, все на­много проще. И одновременно сложнее, потому что нет такого языка на планете Земля, способ­ного передать это чувство...

    — Зои · книга