21 цитата из книги «Александр Сергеевич Пушкин. Евгений Онегин» для размышлений

Собрали 21 цитата из книги «Александр Сергеевич Пушкин. Евгений Онегин» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Кого ж любить? Кому же верить? Кто не изменит нам один? Кто все дела, все речи мерит Услужливо на наш аршин? Кто клеветы про нас не сеет? Кто нас заботливо лелеет? Кому порок наш не беда? Кто не наскучит никогда? Призрака суетный искатель, Трудов напрасно не губя, Любите самого себя, Достопочтенный мой читатель! Предмет достойный: ничего Любезней, верно, нет его.

   Кого ж любить? Кому же верить? Кто не изменит нам один? Кто все дела, все речи мерит Услужливо на наш аршин? Кто клеветы про нас не сеет? Кто нас заботливо лелеет? Кому порок наш не беда? Кто не наскучит никогда? Призрака суетный искатель, Трудов напрасно не губя, Любите самого себя, Достопочтенный мой читатель! Предмет достойный: ничего Любезней, верно, нет его.
2. «

   Не долго плакала она. Увы! невеста молодая Своей печали неверна. Другой увлек ее вниманье, Другой успел ее страданье Любовной лестью усыпить...

   Не долго плакала она. Увы! невеста молодая Своей печали неверна. Другой увлек ее вниманье, Другой успел ее страданье Любовной лестью усыпить...
3. «

   Прими ж мои благодаренья, Поклонник мирных аонид, О ты, чья память сохранит Мои летучие творения, Чья благосклонная рука Потреплет лавры старика!

   Прими ж мои благодаренья, Поклонник мирных аонид, О ты, чья память сохранит Мои летучие творения, Чья благосклонная рука Потреплет лавры старика!
4. «

   Уселся он — с похвальной целью Себе присвоить ум чужой.

   Уселся он — с похвальной целью Себе присвоить ум чужой.
5. «

   Кто жил и мыслил, тот не может В душе не презирать людей...

   Кто жил и мыслил, тот не может В душе не презирать людей...
6. «

   И хором бабушки твердят: «Как наши годы-то летят!»

   И хором бабушки твердят: «Как наши годы-то летят!»
7. «

   Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь, Так воспитаньем, слава Богу, У нас немудрено блеснуть.

   Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь, Так воспитаньем, слава Богу, У нас немудрено блеснуть.
8. «

   Москва... как много в этом звуке Для сердца русского слилось! Как много в нем отозвалось!

   Москва... как много в этом звуке Для сердца русского слилось! Как много в нем отозвалось!
9. «

   Страстей игру мы знали оба; Томила жизнь обоих нас; В обоих сердца жар угас; Обоих ожидала злоба Слепой Фортуны и людей На самом утре наших дней.

   Страстей игру мы знали оба; Томила жизнь обоих нас; В обоих сердца жар угас; Обоих ожидала злоба Слепой Фортуны и людей На самом утре наших дней.
10. «

    О люди! все похожи вы На прародительницу Эву: Что вам дано, то не влечет Вас непрестанно змий зовет К себе, к таинственному древу: Запретный плод вам подавай, А без того вам рай не рай.

    О люди! все похожи вы На прародительницу Эву: Что вам дано, то не влечет Вас непрестанно змий зовет К себе, к таинственному древу: Запретный плод вам подавай, А без того вам рай не рай.
11. «

    Как рано мог он лицемерить, Таить надежду, ревновать, Разуверять, заставить верить...

    Как рано мог он лицемерить, Таить надежду, ревновать, Разуверять, заставить верить...
12. «

    Давно сердечное томленье Теснило ей младую грудь; Душа ждала... кого-нибудь, И дождалась... Открылись очи; Она сказала: это он! Увы! теперь и дни и ночи, И жаркий одинокий сон, Все полно им; все деве милой Без умолку волшебной силой Твердит о нем.

    Давно сердечное томленье Теснило ей младую грудь; Душа ждала... кого-нибудь, И дождалась... Открылись очи; Она сказала: это он! Увы! теперь и дни и ночи, И жаркий одинокий сон, Все полно им; все деве милой Без умолку волшебной силой Твердит о нем.
13. «

    И путешествия ему, Как все на свете, надоели, Он возвратился и попал, Как Чацкий, с корабля на бал.

    И путешествия ему, Как все на свете, надоели, Он возвратился и попал, Как Чацкий, с корабля на бал.
14. «

    Но дружбы нет и той меж нами. Все предрассудки истребя, Мы почитаем всех нулями, А единицами — себя.

    Но дружбы нет и той меж нами. Все предрассудки истребя, Мы почитаем всех нулями, А единицами — себя.
15. «

    А нынче все умы в тумане, Мораль на нас наводит сон, Порок любезен — и в романе, И там уж торжествует он.

    А нынче все умы в тумане, Мораль на нас наводит сон, Порок любезен — и в романе, И там уж торжествует он.
16. «

    В красавиц он уж не влюблялся, А волочился как-нибудь; Откажут — мигом утешался; Изменят — рад был отдохнуть.

    В красавиц он уж не влюблялся, А волочился как-нибудь; Откажут — мигом утешался; Изменят — рад был отдохнуть.
17. «

    Ей рано нравились романы; Они ей заменяли всё; Она влюблялася в обманы И Ричардсона и Руссо. Отец ее был добрый малый, В прошедшем веке запоздалый; Но в книгах не видал вреда; Он, не читая никогда, Их почитал пустой игрушкой И не заботился о том, Какой у дочки тайный том Дремал до утра под подушкой.

    Ей рано нравились романы; Они ей заменяли всё; Она влюблялася в обманы И Ричардсона и Руссо. Отец ее был добрый малый, В прошедшем веке запоздалый; Но в книгах не видал вреда; Он, не читая никогда, Их почитал пустой игрушкой И не заботился о том, Какой у дочки тайный том Дремал до утра под подушкой.
18. «

    Прошла любовь, явилась муза И прояснился темный ум.

    Прошла любовь, явилась муза И прояснился темный ум.
19. «

    Любви безумную тревогу Я безотрадно испытал. Блажен, кто с нею сочетал Горячку рифм: он тем удвоил Поэзии священный бред, Петрарке шествуя вослед, А муки сердца успокоил, Поймал и славу между тем; Но я, любя, был глуп и нем.

    Любви безумную тревогу Я безотрадно испытал. Блажен, кто с нею сочетал Горячку рифм: он тем удвоил Поэзии священный бред, Петрарке шествуя вослед, А муки сердца успокоил, Поймал и славу между тем; Но я, любя, был глуп и нем.
20. «

    И в сердце дума заронилась; Пора пришла, она влюбилась.

    И в сердце дума заронилась; Пора пришла, она влюбилась.