46 цитат из книги «Александр Вампилов. Из записных книжек», ставших крылатыми

46 цитат из книги «Александр Вампилов. Из записных книжек» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Лицо помятое, как будто кто-то выспался на нём.

   Лицо помятое, как будто кто-то выспался на нём.
2. «

   Тот счастлив, кто никогда не лжёт.

   Тот счастлив, кто никогда не лжёт.
3. «

   Без не мне было только грустно, она приехала и привезла с собой беспокойство, тревогу, ревность и т.д.

   Без не мне было только грустно, она приехала и привезла с собой беспокойство, тревогу, ревность и т.д.
4. «

   Забыть меня здесь, когда мы рядом, — это значит замуровать меня в толпу соглядатаев. Это невозможно. Из этой свинцовой стены будет торчать моя к тебе нежность, так же, как если бы из моей могилы торчала моя рука. Ты этого не вынесешь.

   Забыть меня здесь, когда мы рядом, — это значит замуровать меня в толпу соглядатаев. Это невозможно. Из этой свинцовой стены будет торчать моя к тебе нежность, так же, как если бы из моей могилы торчала моя рука. Ты этого не вынесешь.
5. «

   Я её люблю, она мне сочувствует.

   Я её люблю, она мне сочувствует.
6. «

   Молодость даётся нам для эксперимента, а не для прозябания.

   Молодость даётся нам для эксперимента, а не для прозябания.
7. «

   Виноватыми всегда бывают нелюбимые.

   Виноватыми всегда бывают нелюбимые.
8. «

   — Не могу переносить женских слез. Когда плачет, я готов на все, даже могу жениться.

   — Не могу переносить женских слез. Когда плачет, я готов на все, даже могу жениться.
9. «

   В столице трудно родиться поэту. Москвичи с детства все знают. Задумчивых в Москве нет. Всех задумчивых в Москве давят машинами. Поэты родятся в провинции, в столице поэты умирают.

   В столице трудно родиться поэту. Москвичи с детства все знают. Задумчивых в Москве нет. Всех задумчивых в Москве давят машинами. Поэты родятся в провинции, в столице поэты умирают.
10. «

    Время нужно только для того, чтобы разлюбить. Полюбить — времени не надо.

    Время нужно только для того, чтобы разлюбить. Полюбить — времени не надо.
11. «

    Жизнь прекрасна и удивительна, — сказал поэт и... застрелился.

    Жизнь прекрасна и удивительна, — сказал поэт и... застрелился.
12. «

    — Но ты ведь любишь меня? — Сегодня я этого не говорил.

    — Но ты ведь любишь меня? — Сегодня я этого не говорил.
13. «

    Имейте дело с красивыми женщинами, потому что, если вы уходите от некрасивой, вы делаете её несчастной, а красивая никогда не пропадет.

    Имейте дело с красивыми женщинами, потому что, если вы уходите от некрасивой, вы делаете её несчастной, а красивая никогда не пропадет.
14. «

    Если речь идет о женщинах, то тут ни за что нельзя поручиться.

    Если речь идет о женщинах, то тут ни за что нельзя поручиться.
15. «

    Если собираетесь кого-нибудь полюбить, научитесь сначала прощать.

    Если собираетесь кого-нибудь полюбить, научитесь сначала прощать.
16. «

    Если ты не приедешь на день моего рождения, то мне исполнится не 22, а 44 года...

    Если ты не приедешь на день моего рождения, то мне исполнится не 22, а 44 года...
17. «

    Я не ангел, у меня нет крыльев и есть предел терпению.

    Я не ангел, у меня нет крыльев и есть предел терпению.
18. «

    Мечты, которые сбываются, — не мечты, а планы.

    Мечты, которые сбываются, — не мечты, а планы.
19. «

    Бетховен не повторится. Чем дальше от Бетховена, тем больше человек (в известном смысле) будет становиться животным, хоть и ещё выше организованным. В будущем человек будет представлять из себя сытое, самодовольное животное, безобразного головастика, со сказочным удобством устроившегося на земле и размышляющего лишь о том, как бы устроиться ещё удобнее. Время Пушкиных и Бетховенов будет рассматриваться как детство человечества. Головастик скажет: «Как ребячились люди! Занимались какой-то поэзией, как это?... Музыкой. Что это такое? И зачем она им тогда понадобилась?»

    Бетховен не повторится. Чем дальше от Бетховена, тем больше человек (в известном смысле) будет становиться животным, хоть и ещё выше организованным. В будущем человек будет представлять из себя сытое, самодовольное животное, безобразного головастика, со сказочным удобством устроившегося на земле и размышляющего лишь о том, как бы устроиться ещё удобнее. Время Пушкиных и Бетховенов будет рассматриваться как детство человечества. Головастик скажет: «Как ребячились люди! Занимались какой-то поэзией, как это?... Музыкой. Что это такое? И зачем она им тогда понадобилась?»
20. «

    Он был горд и из боязни, что с ним не поздороваются, не здоровался сам.

    Он был горд и из боязни, что с ним не поздороваются, не здоровался сам.