42 цитаты из книги «Александр Вяземка. Плато» для поста в соцсетях

Собрали 42 цитаты из книги «Александр Вяземка. Плато» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Иногда мы желаем быть не такими, как все, совсем не в том.

   Иногда мы желаем быть не такими, как все, совсем не в том.

   — Миллер-старший · книга
2. «

   – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

   – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

   — Тед · книга
3. «

   Природа дает столь долгий период взросления человеку для того, чтобы родители и дети могли привязаться друг к другу. Это делает людей сплоченными и потому – сильными. Совместные узы – самые крепкие. Они связывают даже людей, ненавидящих друг друга.

   Природа дает столь долгий период взросления человеку для того, чтобы родители и дети могли привязаться друг к другу. Это делает людей сплоченными и потому – сильными. Совместные узы – самые крепкие. Они связывают даже людей, ненавидящих друг друга.

   — Миллер-старший · книга
4. «

   Впрочем, не человек ли творит будущее, а точнее – разрушает его, и, как следствие, обманывает самого себя? Будущее – не какой-то временной феномен, который мы так любим выставлять козлом отпущения, когда нужно назначить виновных в наших разочарованиях. Будущее – плод коллективной деятельности человечества. Следовательно, если мы кому и можем предъявлять претензии, то не времени, а себе. Наше общее будущее – результат индивидуальных усилий, мешающих друг другу реализоваться, сталкивающихся друг с другом в броуновском хаосе, а не поддерживающих и не подталкивающих друг друга к общей цели. У каждого цель своя – и их мириады. Поэтому так тяжело пробиться к своей цели нашим усилиям-частичкам. Они продираются сквозь прущую навстречу толпу противоборствующих усилий. Их относит течением. Наши цели умирают, так и не дождавшись нашего прихода. И будущее, преломленное нашими надеждами и желаниями до состояния миража, строит нам пририсованные нами же глазки, врет нам придуманными нами за него обещаниями, а потом насмехается над нашим отчаянием и нашей глупостью. Насмехается нами же вложенным ему в уста беспощадным, отвратительным смехом.

   Впрочем, не человек ли творит будущее, а точнее – разрушает его, и, как следствие, обманывает самого себя? Будущее – не какой-то временной феномен, который мы так любим выставлять козлом отпущения, когда нужно назначить виновных в наших разочарованиях. Будущее – плод коллективной деятельности человечества. Следовательно, если мы кому и можем предъявлять претензии, то не времени, а себе. Наше общее будущее – результат индивидуальных усилий, мешающих друг другу реализоваться, сталкивающихся друг с другом в броуновском хаосе, а не поддерживающих и не подталкивающих друг друга к общей цели. У каждого цель своя – и их мириады. Поэтому так тяжело пробиться к своей цели нашим усилиям-частичкам. Они продираются сквозь прущую навстречу толпу противоборствующих усилий. Их относит течением. Наши цели умирают, так и не дождавшись нашего прихода. И будущее, преломленное нашими надеждами и желаниями до состояния миража, строит нам пририсованные нами же глазки, врет нам придуманными нами за него обещаниями, а потом насмехается над нашим отчаянием и нашей глупостью. Насмехается нами же вложенным ему в уста беспощадным, отвратительным смехом.
5. «

   Когда заблуждается один человек, ничего страшного. Когда миллионы – меняется история. В страшную сторону.

   Когда заблуждается один человек, ничего страшного. Когда миллионы – меняется история. В страшную сторону.
6. «

   – Красота спасет мир! – Красота – это прям супергерой какой-то…

   – Красота спасет мир! – Красота – это прям супергерой какой-то…

   — Тед · книга
7. «

   Лучшие умы человечества играют на бирже, а не ищут лекарство от бессмертия.

   Лучшие умы человечества играют на бирже, а не ищут лекарство от бессмертия.

   — Миллер-старший · книга
8. «

   Соседи, конечно, от Бога. Никто этот постулат опровергать не собирается, но порой возникает почти непреодолимая убежденность, что Господь, в силу своей занятости, иногда поручает выбор соседей дьяволу.

   Соседи, конечно, от Бога. Никто этот постулат опровергать не собирается, но порой возникает почти непреодолимая убежденность, что Господь, в силу своей занятости, иногда поручает выбор соседей дьяволу.
9. «

   ...большая часть обид наносится не по злости и даже не по недомыслию, а по недоразумению.

   ...большая часть обид наносится не по злости и даже не по недомыслию, а по недоразумению.

   — Миллер-старший · книга
10. «

    Если мир не нуждается в тебе, это еще полбеды. Беда – когда ты не нуждаешься в мире.

    Если мир не нуждается в тебе, это еще полбеды. Беда – когда ты не нуждаешься в мире.

    — Миллер-старший · книга
11. «

    Он уже тогда чувствовал неудовлетворенность. Но это не была неудовлетворенность тем, что ему недоставало вещей или развлечений. Их-то как раз было столько, что его мир оказался перенасыщен ими, а места для чего-то стоящего и значимого уже не оставалось.

    Он уже тогда чувствовал неудовлетворенность. Но это не была неудовлетворенность тем, что ему недоставало вещей или развлечений. Их-то как раз было столько, что его мир оказался перенасыщен ими, а места для чего-то стоящего и значимого уже не оставалось.
12. «

    Только счастливым людям должно быть дозволено бороться за счастье других, раз только им и известен его секрет.

    Только счастливым людям должно быть дозволено бороться за счастье других, раз только им и известен его секрет.
13. «

    У людей, жизнь которых не наполнена личным счастьем, она наполнена борьбой с тем, что они считают злом.

    У людей, жизнь которых не наполнена личным счастьем, она наполнена борьбой с тем, что они считают злом.
14. «

    Дети наивно полагают, что взрослые не видят, когда они врут. Дети не понимают, что обмануть взрослых нелегко: те ведь сами были детьми, и только делают вид, что их провели.

    Дети наивно полагают, что взрослые не видят, когда они врут. Дети не понимают, что обмануть взрослых нелегко: те ведь сами были детьми, и только делают вид, что их провели.

    — Миллер-старший · книга
15. «

    Выпьем за то, чтобы время испытаний для наших обетов не наступило никогда.

    Выпьем за то, чтобы время испытаний для наших обетов не наступило никогда.

    — Миллер-старший · книга
16. «

    То, что называется красивым именем «борьба за выживание», частенько – не более чем обычная, вульгарная драка.

    То, что называется красивым именем «борьба за выживание», частенько – не более чем обычная, вульгарная драка.

    — Тед · книга
17. «

    – Я юн душой и сердцем! – К сожалению, еще и умом.

    – Я юн душой и сердцем! – К сожалению, еще и умом.

    — Тед · книга
18. «

    А наши подростковые мысли? То, что занимало наши головы, оно же все было на заборах. Никто не писал на заборах цитаты из классиков. Ты видела на заборе хоть одну цитату из Твена или Хемингуэя? Я – нет. Самое безобидное из того, что мы писали на заборах – это «Моника, я буду любить тебя вечно» и «Моника – дура».

    А наши подростковые мысли? То, что занимало наши головы, оно же все было на заборах. Никто не писал на заборах цитаты из классиков. Ты видела на заборе хоть одну цитату из Твена или Хемингуэя? Я – нет. Самое безобидное из того, что мы писали на заборах – это «Моника, я буду любить тебя вечно» и «Моника – дура».

    — Тед · книга
19. «

    В человеке, ищущем величия, величия нет. Оно может быть лишь в человеке, не думающем о нем.

    В человеке, ищущем величия, величия нет. Оно может быть лишь в человеке, не думающем о нем.

    — Миллер-старший · книга
20. «

    Я за то, чтобы сила сострадания и понимания была сильнее силы кулака.

    Я за то, чтобы сила сострадания и понимания была сильнее силы кулака.

    — Тед · книга