15 цитат из книги «Алексей Иванов. Географ глобус пропил» со смыслом

Собрали 15 цитат из книги «Алексей Иванов. Географ глобус пропил» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мосты — самое доброе изобретение человечества. Они всегда соединяют.

   Мосты — самое доброе изобретение человечества. Они всегда соединяют.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
2. «

   Мне кажется, что в душе я заложил Машу кирпичами, как окно в стене. В душе лишь легкий сквозняк от новой дыры где-то в районе сердца — оттуда, откуда я наломал кирпичи.

   Мне кажется, что в душе я заложил Машу кирпичами, как окно в стене. В душе лишь легкий сквозняк от новой дыры где-то в районе сердца — оттуда, откуда я наломал кирпичи.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
3. «

   Я бросаю в глаза холодную, тяжелую воду, а потом погружаю в нее лицо и руки. Пусть река смоет мои желания, как грязь. Разве я не обрел того, чего хотел?

   Я бросаю в глаза холодную, тяжелую воду, а потом погружаю в нее лицо и руки. Пусть река смоет мои желания, как грязь. Разве я не обрел того, чего хотел?

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
4. «

   Посмеяться над собой — значит лишить этой возможности других.

   Посмеяться над собой — значит лишить этой возможности других.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
5. «

   Умение терять — самая необходимая штука в нашей жизни.

   Умение терять — самая необходимая штука в нашей жизни.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
6. «

   — Я правильно поступаю, вот. — <...> Поступаешь ты правильно, а выходит — дрянь.

   — Я правильно поступаю, вот. — <...> Поступаешь ты правильно, а выходит — дрянь.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
7. «

   Цвет у мира – серо-голубой. Негасимые сумерки красоты. Вечный неуют северного очарования.

   Цвет у мира – серо-голубой. Негасимые сумерки красоты. Вечный неуют северного очарования.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
8. «

   Я знаю, что научить ничему нельзя. Можно стать примером, и тогда те, кому надо, научатся сами, подражая.

   Я знаю, что научить ничему нельзя. Можно стать примером, и тогда те, кому надо, научатся сами, подражая.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
9. «

   Не педагог, тем более — не учитель. Но ведь я и не монстр, чтобы мною пугать. Я им не друг, не приятель, не старший товарищ и не клёвый чувак. Я не начальник, я и не подчинённый. Я им не свой, но и не чужой. Я не затычка в каждой бочке, но и не посторонний. Я не собутыльник, но и не полицейский. Я им не опора, но и не ловушка и не камень на обочине. Я им не нужен позарез, но и обойтись без меня они не смогут. Я не проводник, но и не клоун. Я — вопрос, на который каждый из них должен ответить.

   Не педагог, тем более — не учитель. Но ведь я и не монстр, чтобы мною пугать. Я им не друг, не приятель, не старший товарищ и не клёвый чувак. Я не начальник, я и не подчинённый. Я им не свой, но и не чужой. Я не затычка в каждой бочке, но и не посторонний. Я не собутыльник, но и не полицейский. Я им не опора, но и не ловушка и не камень на обочине. Я им не нужен позарез, но и обойтись без меня они не смогут. Я не проводник, но и не клоун. Я — вопрос, на который каждый из них должен ответить.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
10. «

    Но если в душе моей сейчас такой великий покой, значит, я всё-таки был прав...

    Но если в душе моей сейчас такой великий покой, значит, я всё-таки был прав...

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
11. «

    — А тебе, Витя, не хотелось бы начать всё сначала? — Этот вопрос нельзя задавать. И думать об этом тоже нельзя. Желать начать всё сначала — это желать исчезновения нашим детям.

    — А тебе, Витя, не хотелось бы начать всё сначала? — Этот вопрос нельзя задавать. И думать об этом тоже нельзя. Желать начать всё сначала — это желать исчезновения нашим детям.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
12. «

    Мне хочется залезть в какой-нибудь сосуд и похоронить себя в морской пучине, как старик Хоттабыч.

    Мне хочется залезть в какой-нибудь сосуд и похоронить себя в морской пучине, как старик Хоттабыч.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
13. «

    В Сашиной красоте было что-то грустное, словно отцветающее, словно красивой Саша была последний день.

    В Сашиной красоте было что-то грустное, словно отцветающее, словно красивой Саша была последний день.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
14. «

    Именно мелочи глубже всего задевают.

    Именно мелочи глубже всего задевают.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
15. «

    До Нового Года остаётся полчаса. Прошедший год был разный — хороший и плохой, тяжёлый и лёгкий. Давайте в оставшееся время помолчим и вспомним то, чего потом не будем уже вспоминать, чтобы войти в будущее без лишнего багажа.

    До Нового Года остаётся полчаса. Прошедший год был разный — хороший и плохой, тяжёлый и лёгкий. Давайте в оставшееся время помолчим и вспомним то, чего потом не будем уже вспоминать, чтобы войти в будущее без лишнего багажа.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга