Подборка из книги: 69 цитат — «Алексей Пехов. Крадущийся в тени»

Ниже 69 цитат из книги «Алексей Пехов. Крадущийся в тени»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В этот поздний август было очень много дождей, казалось, сам мир плакал, наблюдая за происходящей на земле войной.

   В этот поздний август было очень много дождей, казалось, сам мир плакал, наблюдая за происходящей на земле войной.
2. «

   Невинных богатеев в нашем мире не существует.

   Невинных богатеев в нашем мире не существует.
3. «

   Вот оно, шаманство темных эльфов. Долгие шепотки, танцы, фигуры и различный мусор вроде сушеного дерьма летучей мыши.

   Вот оно, шаманство темных эльфов. Долгие шепотки, танцы, фигуры и различный мусор вроде сушеного дерьма летучей мыши.
4. «

   Мы ведь уже все мертвы, — с какой-то необъяснимой тоской подумал старый воин. — Мы ходячие мертвецы. И я, и Лис, и Шлюха, и волшебница, которой взбрело в голову стать героиней, и еще триста мужчин и женщин, решивших добровольно расстаться с жизнью только для того, чтобы другие хоть ненамного прожили дольше, чем они.

   Мы ведь уже все мертвы, — с какой-то необъяснимой тоской подумал старый воин. — Мы ходячие мертвецы. И я, и Лис, и Шлюха, и волшебница, которой взбрело в голову стать героиней, и еще триста мужчин и женщин, решивших добровольно расстаться с жизнью только для того, чтобы другие хоть ненамного прожили дольше, чем они.
5. «

   Сколько это длилось? Не думаю, что больше чем вечность, да и та когда-нибудь должна кончиться. Вечность, как и сны, имеет такую неприятную особенность — подходить к концу в самое неподходящее для этого время.

   Сколько это длилось? Не думаю, что больше чем вечность, да и та когда-нибудь должна кончиться. Вечность, как и сны, имеет такую неприятную особенность — подходить к концу в самое неподходящее для этого время.

   — Гаррет · книга
6. «

   Это потом появились гномы и карлики, доралиссцы и люди, кентавры и великаны, а также множество других рас, населяющих Сиалу. А первыми, первыми были неудачные дети — орки и эльфы.

   Это потом появились гномы и карлики, доралиссцы и люди, кентавры и великаны, а также множество других рас, населяющих Сиалу. А первыми, первыми были неудачные дети — орки и эльфы.
7. «

   — Гаррет, ты всегда настроен так мрачно? — Все зависит от обстоятельств.

   — Гаррет, ты всегда настроен так мрачно? — Все зависит от обстоятельств.

   — Миралисса · книга
8. «

   Боги не очень-то жаловали своим присутствием мир, который они сами и создали.

   Боги не очень-то жаловали своим присутствием мир, который они сами и создали.
9. «

   Все в мире меняется, только скверные привычки демонов остаются прежними.

   Все в мире меняется, только скверные привычки демонов остаются прежними.
10. «

    Ночь — лучшее время для таких, как я.

    Ночь — лучшее время для таких, как я.
11. «

    Огром рожденный на снежных равнинах, Веками проживший у эльфов в Листве, Он Гроку был отдан как память о мире, Возникшем меж расами в Долгой Зиме. Предан покою он Ордена силой В час, когда выжил Авендум в боях. Славный средь мертвых с ним делит могилу В мрачных пещерах на древних костях. Годы проходят, лежит он в Храд Спайне Ветер гробниц в свое ложе зовет. Час подойдет, обнажит свои тайны, Магию проклятых правдой сожжет. Коль смел ты и быстр, коль храбр ты и ловок, Коль легок твой шаг и остра твоя мысль, Избегнешь расставленных нами уловок, Земли, воды, пламени ты берегись. А дальше — иди же! Распахнуты створки В Уснувшего Шепота залов покой. Здесь мозг человека, и эльфа, и орка В безумии гаснет… Погаснет и твой. Сквозь залы Уснувшего Эха и Мрака, Минуя слепых сторожей Кайю, Под взгляд Великанов, сжигающих в пепел, К гробницам Великих, погибших в бою, Зазубренным строем, обнявшись с тенями, Усопшие рыцари молча стоят, И только один не умрет под мечами, Один, что сам тени стал ближе, чем брат. Бледной Селены замерзшее тело К ложу святому тебя вознесет. Здесь тысячи лет солнце камни не грело, Веками здесь ветер холодный поет. И помни, пришелец, душа живет в Роге. Во имя людей силу даст он тебе. Но корысть воров покарает он строго. Навек ты останешься гнить в страшной Тьме.

    Огром рожденный на снежных равнинах, Веками проживший у эльфов в Листве, Он Гроку был отдан как память о мире, Возникшем меж расами в Долгой Зиме. Предан покою он Ордена силой В час, когда выжил Авендум в боях. Славный средь мертвых с ним делит могилу В мрачных пещерах на древних костях. Годы проходят, лежит он в Храд Спайне Ветер гробниц в свое ложе зовет. Час подойдет, обнажит свои тайны, Магию проклятых правдой сожжет. Коль смел ты и быстр, коль храбр ты и ловок, Коль легок твой шаг и остра твоя мысль, Избегнешь расставленных нами уловок, Земли, воды, пламени ты берегись. А дальше — иди же! Распахнуты створки В Уснувшего Шепота залов покой. Здесь мозг человека, и эльфа, и орка В безумии гаснет… Погаснет и твой. Сквозь залы Уснувшего Эха и Мрака, Минуя слепых сторожей Кайю, Под взгляд Великанов, сжигающих в пепел, К гробницам Великих, погибших в бою, Зазубренным строем, обнявшись с тенями, Усопшие рыцари молча стоят, И только один не умрет под мечами, Один, что сам тени стал ближе, чем брат. Бледной Селены замерзшее тело К ложу святому тебя вознесет. Здесь тысячи лет солнце камни не грело, Веками здесь ветер холодный поет. И помни, пришелец, душа живет в Роге. Во имя людей силу даст он тебе. Но корысть воров покарает он строго. Навек ты останешься гнить в страшной Тьме.
12. «

    Ни темные, ни светлые эльфы, побери их пламя дракона, не отличались сдержанностью характера и на любое оскорбление, настоящее или мнимое, отвечали железом.

    Ни темные, ни светлые эльфы, побери их пламя дракона, не отличались сдержанностью характера и на любое оскорбление, настоящее или мнимое, отвечали железом.
13. «

    Союзы как заключаются, так и расторгаются.

    Союзы как заключаются, так и расторгаются.
14. «

    Тень — моя подруга, моя любовница, моя напарница. Я прячусь в тени, я живу в ней, только она всегда готова принять меня, спасти от стрел, злобно сверкающих в лунной ночи клинков или от кровожадных золотых глаз демонов.

    Тень — моя подруга, моя любовница, моя напарница. Я прячусь в тени, я живу в ней, только она всегда готова принять меня, спасти от стрел, злобно сверкающих в лунной ночи клинков или от кровожадных золотых глаз демонов.
15. «

    Ожидание — это самая плохая штука, по себе знаю. Иногда терпение просто кончается, не выдерживая пытки временем. В такие моменты хочется выть, чтобы хоть чем-то себя занять.

    Ожидание — это самая плохая штука, по себе знаю. Иногда терпение просто кончается, не выдерживая пытки временем. В такие моменты хочется выть, чтобы хоть чем-то себя занять.

    — Гаррет · книга
16. «

    Интересно, почему в некоторых ситуациях некоторые личности страдают избирательной потерей слуха?

    Интересно, почему в некоторых ситуациях некоторые личности страдают избирательной потерей слуха?

    — Гаррет · книга
17. «

    Мир завис на грани войны. Страшной войны.

    Мир завис на грани войны. Страшной войны.
18. «

    Фанатика очень сложно убедить в том, что он не прав.

    Фанатика очень сложно убедить в том, что он не прав.
19. «

    Туман вспыхнул, превратившись в стену жидкого огня, и внутренности оврага стали больше напоминать горнило гномов. Плотная рука жара ударила Харьгану в лицо, ему почудилось что брови и волосы вспыхнули. Люди отшатнулись от разверзнувшейся огненной бездны, закрывая лица руками от нестерпимого жара невесть как вспыхнувшего тумана, и лишь одна волшебница, не сгибаясь, смотрела в горящее пламя.

    Туман вспыхнул, превратившись в стену жидкого огня, и внутренности оврага стали больше напоминать горнило гномов. Плотная рука жара ударила Харьгану в лицо, ему почудилось что брови и волосы вспыхнули. Люди отшатнулись от разверзнувшейся огненной бездны, закрывая лица руками от нестерпимого жара невесть как вспыхнувшего тумана, и лишь одна волшебница, не сгибаясь, смотрела в горящее пламя.
20. «

    Риск растревожить осиное гнездо был велик, но, когда осы поймут что к чему, меня в гнезде уже давно не будет.

    Риск растревожить осиное гнездо был велик, но, когда осы поймут что к чему, меня в гнезде уже давно не будет.