Подборка из книги: 14 цитат — «Алексей Пехов. Проклятый горн»

14 цитат из книги «Алексей Пехов. Проклятый горн» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Разум людей часто пожирает жадность или страх.

   Разум людей часто пожирает жадность или страх.
2. «

   …Мир нельзя сделать лучше. Это не в человеческой власти <...>. Нельзя спасти того, кто этого не хочет. Не имеет никакого смысла показывать свиньям солнце, когда их интересует лишь грязь. Иначе они запачкают даже его, лишат света тех немногих, кто этого достоин, но так и не поднимут задницу из лужи.

   …Мир нельзя сделать лучше. Это не в человеческой власти <...>. Нельзя спасти того, кто этого не хочет. Не имеет никакого смысла показывать свиньям солнце, когда их интересует лишь грязь. Иначе они запачкают даже его, лишат света тех немногих, кто этого достоин, но так и не поднимут задницу из лужи.

   — Мириам · книга
3. «

   У меня нет никакого объяснения. Хотя есть одно — магия. Не правда ли, это удобно? Сказать «магия» и больше не ломать голову над проблемой, прикрыв наше незнание стыдливой ширмой обычного объяснения непонятного, невероятного и чудесного.

   У меня нет никакого объяснения. Хотя есть одно — магия. Не правда ли, это удобно? Сказать «магия» и больше не ломать голову над проблемой, прикрыв наше незнание стыдливой ширмой обычного объяснения непонятного, невероятного и чудесного.
4. «

   Ночь — жестокое время.

   Ночь — жестокое время.

   — Людвиг ван Нормайенн · книга
5. «

   — Говорят, когда в Солезино появился первый заболевший юстирским потом, герцог отдал приказ, и его кавальери уничтожили все суда в портах, включая рыбацкие лодки. <..> — И тем самым он обрек сотни своих подданных на бессмысленную гибель. <..> — И спас тысячи в соседних странах. И умер сам, хотя мог попытаться сбежать от мора на собственном корабле. <..> — Думаешь, кто-нибудь об этом припомнит через сто лет? Что сильный мира сего поступил как правитель, а не как обычный человек?

   — Говорят, когда в Солезино появился первый заболевший юстирским потом, герцог отдал приказ, и его кавальери уничтожили все суда в портах, включая рыбацкие лодки. <..> — И тем самым он обрек сотни своих подданных на бессмысленную гибель. <..> — И спас тысячи в соседних странах. И умер сам, хотя мог попытаться сбежать от мора на собственном корабле. <..> — Думаешь, кто-нибудь об этом припомнит через сто лет? Что сильный мира сего поступил как правитель, а не как обычный человек?

   — Проповедник · книга
6. «

   Ведьма должна разбираться в травах. На то она и ведьма.

   Ведьма должна разбираться в травах. На то она и ведьма.
7. «

   По сути своей люди везде одинаковые.

   По сути своей люди везде одинаковые.

   — Людвиг ван Нормайенн · книга
8. «

   Скорее бы все сдохли. Никто и не заметит такой «потери». Господь, сделай так, как я прошу. Они вконец охренели.

   Скорее бы все сдохли. Никто и не заметит такой «потери». Господь, сделай так, как я прошу. Они вконец охренели.

   — Проповедник · книга
9. «

   Здоровье у меня со времен смерти не важное. Чихаю по утрам.

   Здоровье у меня со времен смерти не важное. Чихаю по утрам.

   — Проповедник · книга
10. «

    Я услышал крики на улице, выглянул вниз, увидел фигуры с факелами. Почти с десяток пытались выбить дверь в соседнем доме, используя для этого дубовую лавку. <...> — Чего они хотят? <...> — Чего обычно желают люди, когда наступает беззаконие? Убить, ограбить, сломать, поджечь и изнасиловать. Не поручусь, что именно в таком порядке. <...> Горожане одуреют от крови и вседозволенности и устроят такое, чего постыдились бы банды ландскнехтов.

    Я услышал крики на улице, выглянул вниз, увидел фигуры с факелами. Почти с десяток пытались выбить дверь в соседнем доме, используя для этого дубовую лавку. <...> — Чего они хотят? <...> — Чего обычно желают люди, когда наступает беззаконие? Убить, ограбить, сломать, поджечь и изнасиловать. Не поручусь, что именно в таком порядке. <...> Горожане одуреют от крови и вседозволенности и устроят такое, чего постыдились бы банды ландскнехтов.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
11. «

    — С кем вы говорите? — С одной светлой душой. Не бойтесь. — Сегодня я боюсь только людей.

    — С кем вы говорите? — С одной светлой душой. Не бойтесь. — Сегодня я боюсь только людей.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
12. «

    — Если на человека слишком долго давить, он ломается. — Или же обрастает шипами.

    — Если на человека слишком долго давить, он ломается. — Или же обрастает шипами.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
13. «

    — Ты все шутишь. — Мне больше ничего не остается.

    — Ты все шутишь. — Мне больше ничего не остается.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
14. «

    Будем исходить из хорошего и думать о плохом.

    Будем исходить из хорошего и думать о плохом.

    — Луиза · книга