«Алистер Кроули. Дневник наркомана»: 19 цитат

Ниже 19 цитат из книги «Алистер Кроули. Дневник наркомана»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Наркотики, как старость, убирают недавние воспоминания и оставляют, оживляя, чьи-то давно забытые идеи...

   Наркотики, как старость, убирают недавние воспоминания и оставляют, оживляя, чьи-то давно забытые идеи...
2. «

   В самом деле, мне частенько приходила в голову мысль, что никакого «Я» вообще нет; что мы — простые средства выражения чего-то ещё; и полагая, что мы принадлежим самим себе, становимся просто жертвами глубокого заблуждения.

   В самом деле, мне частенько приходила в голову мысль, что никакого «Я» вообще нет; что мы — простые средства выражения чего-то ещё; и полагая, что мы принадлежим самим себе, становимся просто жертвами глубокого заблуждения.
3. «

   Возьмем финансы! Мошенничество превратилось в разновидность изящного искусства и повсеместно практикуется способами, которые были бы бесполезны, если бы не было законов, созданных для защиты общественности.

   Возьмем финансы! Мошенничество превратилось в разновидность изящного искусства и повсеместно практикуется способами, которые были бы бесполезны, если бы не было законов, созданных для защиты общественности.

   — Царь Лестригонов · книга
4. «

   Между прочим, каждый человек, в конечном итоге, ненормальный, потому что он — уникален. Однако мы позволяем себе раскладывать людей по полочкам, не особенно заботясь о том, что же каждый из них представляет сам по себе...

   Между прочим, каждый человек, в конечном итоге, ненормальный, потому что он — уникален. Однако мы позволяем себе раскладывать людей по полочкам, не особенно заботясь о том, что же каждый из них представляет сам по себе...
5. «

   В нашем сознании есть нечто, что мешает думать о том, чего тебе не хватает.

   В нашем сознании есть нечто, что мешает думать о том, чего тебе не хватает.
6. «

   Забирайся на вершину и оставайся на ней, и застрели любого другого, кто посмеет на нее забраться!

   Забирайся на вершину и оставайся на ней, и застрели любого другого, кто посмеет на нее забраться!
7. «

   Что ж, пока нам разрешено есть, дышать, и передвигать ноги, не бывать нам никогда расой праведников!

   Что ж, пока нам разрешено есть, дышать, и передвигать ноги, не бывать нам никогда расой праведников!
8. «

   Глубокий вдох! И легкие полны! И мозг летит, летит ко всем чертям!

   Глубокий вдох! И легкие полны! И мозг летит, летит ко всем чертям!
9. «

   Одни рождаются великими, другие достигают величия, третьи его навязывают...

   Одни рождаются великими, другие достигают величия, третьи его навязывают...
10. «

    Улыбкой демона мне мозг порви. В коньяк, любовь и кокаин меня макни.

    Улыбкой демона мне мозг порви. В коньяк, любовь и кокаин меня макни.
11. «

    Похоже, великим людям нравится выступать в окружении уродов. Я полагаю по этому же принципу короли в старину держали при себе для забавы шутов и карликов. «Одни рождаются великими, другие достигают величия, третьим его навязывают». Как бы то ни было, его бремя обычно оказывается слишком тяжким для их плеч.

    Похоже, великим людям нравится выступать в окружении уродов. Я полагаю по этому же принципу короли в старину держали при себе для забавы шутов и карликов. «Одни рождаются великими, другие достигают величия, третьим его навязывают». Как бы то ни было, его бремя обычно оказывается слишком тяжким для их плеч.
12. «

    Нормальная жизнь — это аэроплан до взлета. Сначала серия мелких толчков, более менее движемся, только и можно сказать. Потом она начинает четко взлетать. И уже ничто не препятствует полёту. Но по-прежнему существуют психические препятствия...

    Нормальная жизнь — это аэроплан до взлета. Сначала серия мелких толчков, более менее движемся, только и можно сказать. Потом она начинает четко взлетать. И уже ничто не препятствует полёту. Но по-прежнему существуют психические препятствия...
13. «

    Любить знание — значит ненавидеть жизнь.

    Любить знание — значит ненавидеть жизнь.
14. «

    В твоём поцелуе есть горечь кокаина...

    В твоём поцелуе есть горечь кокаина...
15. «

    Но нет никакого человеческого общения. Каждый человек одинок навсегда. Однако, если вы окружены более-менее приличной компанией, вы можете забыть про этот ужасающий факт на достаточно долгий период, чтобы дать вашему мозгу оправиться от острых симптомов заболевания — то есть от размышлений.

    Но нет никакого человеческого общения. Каждый человек одинок навсегда. Однако, если вы окружены более-менее приличной компанией, вы можете забыть про этот ужасающий факт на достаточно долгий период, чтобы дать вашему мозгу оправиться от острых симптомов заболевания — то есть от размышлений.
16. «

    Чувствуешь себя вне всяких отношений с посторонними вещами, даже самыми насущными. И всё-таки сознаешь, что всё о чём тебе было ведомо — лишь картинка, выдуманная твоим же умом. Вселенная, этот мир — не более чем зеркало твоей души.

    Чувствуешь себя вне всяких отношений с посторонними вещами, даже самыми насущными. И всё-таки сознаешь, что всё о чём тебе было ведомо — лишь картинка, выдуманная твоим же умом. Вселенная, этот мир — не более чем зеркало твоей души.
17. «

    Жизнь — физическая мука, болезнь ума и смерть из неё не выход...

    Жизнь — физическая мука, болезнь ума и смерть из неё не выход...
18. «

    Люди считают, что многословие – признак многомыслия. По большей части это не так; даже напротив – это механическая уловка организма, с целью снять с себя мыслительное напряжение; также как упражнения мышц помогают телу забыть на время о своём весе, о своей боли, изношенности, и о своей предопределенной гибели.

    Люди считают, что многословие – признак многомыслия. По большей части это не так; даже напротив – это механическая уловка организма, с целью снять с себя мыслительное напряжение; также как упражнения мышц помогают телу забыть на время о своём весе, о своей боли, изношенности, и о своей предопределенной гибели.
19. «

    Страсти преисподней находят выход только в шумном безумстве скотства.

    Страсти преисподней находят выход только в шумном безумстве скотства.