14 цитат из книги «Анатолий Алексин. Сердечная недостаточность», которые захочется сохранить

14 цитат из книги «Анатолий Алексин. Сердечная недостаточность» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всё на свете с чем-нибудь входит в противоречие.

   Всё на свете с чем-нибудь входит в противоречие.
2. «

   Когда нас волнует что-то своё, мы глухи к чужим заботам и бедам. Я, по крайней мере, была глуха.

   Когда нас волнует что-то своё, мы глухи к чужим заботам и бедам. Я, по крайней мере, была глуха.

   — Галя · книга
3. «

   — Не предупреждайте заранее, что в комнату войдёт красивая женщина, если не хотите добиться эффекта разочарования, — посоветовал Геннадий Семёнович. — Это известно, но истина не бывает банальной.

   — Не предупреждайте заранее, что в комнату войдёт красивая женщина, если не хотите добиться эффекта разочарования, — посоветовал Геннадий Семёнович. — Это известно, но истина не бывает банальной.
4. «

   Минуя юность в зрелость не проскочишь — возразил Геннадий Семёнович. А мне посоветовал: И не старайтесь.

   Минуя юность в зрелость не проскочишь — возразил Геннадий Семёнович. А мне посоветовал: И не старайтесь.

   — Геннадий Семёнович · книга
5. «

   Перечислять чужие несчастья — не значит сострадать им, а произносить возвышенные слова — не значит им следовать.

   Перечислять чужие несчастья — не значит сострадать им, а произносить возвышенные слова — не значит им следовать.

   — Галя · книга
6. «

   — Люди ведь только делают вид, что не осознают своих подлых поступков. Они всё осознают: хорошее — вслух, а скверное — молча, про себя, так?

   — Люди ведь только делают вид, что не осознают своих подлых поступков. Они всё осознают: хорошее — вслух, а скверное — молча, про себя, так?

   — Печонкин · книга
7. «

   — Вы сказали, что возродились «для слёз, для жизни, для любви». Нет, только для слёз! Для чужих... На которые вам наплевать. Для слёз Нины Игнатьевны, Гриши... — я рывками вытаскивала из карманов бумажки, вероятно нужные мне, и ожесточённо рвала их. — Вы гораздо старше меня... Но я всё равно скажу, что вы поступили отвратительно, подло. Испортили людям праздник. И каким людям! Они освобождали этот город, эту землю, по которой вы сейчас ходите. На которой спасаете своё здоровье! «Жизнь на одного»? А они сражались и погибали ради всех. Слышите! Ради всех!..

   — Вы сказали, что возродились «для слёз, для жизни, для любви». Нет, только для слёз! Для чужих... На которые вам наплевать. Для слёз Нины Игнатьевны, Гриши... — я рывками вытаскивала из карманов бумажки, вероятно нужные мне, и ожесточённо рвала их. — Вы гораздо старше меня... Но я всё равно скажу, что вы поступили отвратительно, подло. Испортили людям праздник. И каким людям! Они освобождали этот город, эту землю, по которой вы сейчас ходите. На которой спасаете своё здоровье! «Жизнь на одного»? А они сражались и погибали ради всех. Слышите! Ради всех!..

   — Галя · книга
8. «

   Трудно благодарить от души ежедневно. Всё, наверно, может стать будничным: и забота, и готовность пожертвовать за тебя жизнью. Несправедливые чувства... Но Павлуша другого отношения к себе и не ждал.

   Трудно благодарить от души ежедневно. Всё, наверно, может стать будничным: и забота, и готовность пожертвовать за тебя жизнью. Несправедливые чувства... Но Павлуша другого отношения к себе и не ждал.
9. «

   Превыше всего простота! — уверял меня Геннадий Семёнович. — Не та, которая хуже воровства, а та, к которой приходишь через сложность. Я не знаю ни одного великого творца, произведения которого были бы непонятны. Непонятность иные заменяют талант. А у Пушкина, вспомните: «Пора пришла, она влюбилась...» Два подлежащих и два сказуемых. Всего — навсего! Но нам становится ясно, что от любви невозможно уйти, как от смены времён года или от другого чередования: за утром — день, а за ним — вечер. И от этого никуда не денешься!

   Превыше всего простота! — уверял меня Геннадий Семёнович. — Не та, которая хуже воровства, а та, к которой приходишь через сложность. Я не знаю ни одного великого творца, произведения которого были бы непонятны. Непонятность иные заменяют талант. А у Пушкина, вспомните: «Пора пришла, она влюбилась...» Два подлежащих и два сказуемых. Всего — навсего! Но нам становится ясно, что от любви невозможно уйти, как от смены времён года или от другого чередования: за утром — день, а за ним — вечер. И от этого никуда не денешься!

   — Геннадий Семёнович · книга
10. «

    Уметь жить чужой радостью — самое редкое искусство.

    Уметь жить чужой радостью — самое редкое искусство.
11. «

    Он был самородком. И, подобно самородкам, извлекаемым из земных или горных пород, был небольшим, неотшлифованным, но бесценным.

    Он был самородком. И, подобно самородкам, извлекаемым из земных или горных пород, был небольшим, неотшлифованным, но бесценным.
12. «

    Я знала, что у людей, сильных духом, в минуты опасности обостряются лучшие качества. У слабых же наоборот, обнажается то, что они скрывают от окружающих, чего сами стыдятся... Всё у них происходит как у неопытных шофёров, попавших в аварийные обстоятельства: не в ту сторону крутят руль, не в то мгновение нажимают на тормоза.

    Я знала, что у людей, сильных духом, в минуты опасности обостряются лучшие качества. У слабых же наоборот, обнажается то, что они скрывают от окружающих, чего сами стыдятся... Всё у них происходит как у неопытных шофёров, попавших в аварийные обстоятельства: не в ту сторону крутят руль, не в то мгновение нажимают на тормоза.

    — Галя · книга
13. «

    Мама подчёркивала, что нельзя привыкнуть к добру, что надо неустанно ценить его — и тогда оно не иссякнет.

    Мама подчёркивала, что нельзя привыкнуть к добру, что надо неустанно ценить его — и тогда оно не иссякнет.
14. «

    В детстве каждый день и каждый год кажутся бесконечными, пояснил он. — Потому что в этом возрасте — вавилонское столпотворение впечатлений. Всё незнакомо: события, люди. А потом, в мои годы, от одной встречи Нового года до следующей вот такое расстояние... — Он указал на отлакированный ноготь. — Привычность происходящего убыстряет бег времени. Только новизна и неожиданность фактов создают впечатление протяжённости.

    В детстве каждый день и каждый год кажутся бесконечными, пояснил он. — Потому что в этом возрасте — вавилонское столпотворение впечатлений. Всё незнакомо: события, люди. А потом, в мои годы, от одной встречи Нового года до следующей вот такое расстояние... — Он указал на отлакированный ноготь. — Привычность происходящего убыстряет бег времени. Только новизна и неожиданность фактов создают впечатление протяжённости.

    — Геннадий Семёнович · книга