31 цитата из книги «Андре Моруа. Превратности любви» — от иронии до философии

Собрали 31 цитата из книги «Андре Моруа. Превратности любви» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ничто не порождает большего цинизма, как неразделенная глубокая любовь, но в то же время ничто не внушает человеку большей скромности.

   Ничто не порождает большего цинизма, как неразделенная глубокая любовь, но в то же время ничто не внушает человеку большей скромности.
2. «

   Главное в жизни – люди, а не обстановка.

   Главное в жизни – люди, а не обстановка.
3. «

   Самые прек­рас­ные мгно­ве­ния всег­да пол­ны грус­ти. Чув­ству­ешь, что они мимо­лет­ны, хочет­ся их удер­жать, а это невоз­мож­но.

   Самые прек­рас­ные мгно­ве­ния всег­да пол­ны грус­ти. Чув­ству­ешь, что они мимо­лет­ны, хочет­ся их удер­жать, а это невоз­мож­но.
4. «

   Подозрения, заложенные в наше сознание, взрываются не одновременно, а одно за другим, как цепь подземных мин, и уничтожают любовь лишь путем последовательных взрывов.

   Подозрения, заложенные в наше сознание, взрываются не одновременно, а одно за другим, как цепь подземных мин, и уничтожают любовь лишь путем последовательных взрывов.
5. «

   Прелесть новых встреч в том и состоит, что мы надеемся преобразить в глазах незнакомых людей наше прошлое, которое должно было быть совсем иным, — преобразить, опровергнув его.

   Прелесть новых встреч в том и состоит, что мы надеемся преобразить в глазах незнакомых людей наше прошлое, которое должно было быть совсем иным, — преобразить, опровергнув его.
6. «

   Я готова была на полное самоотречение и даже на рабство. Помимо тебя, ничто не существовало для меня в мире. Если бы какой нибудь катаклизм уничтожил вокруг нас всех, кого мы знали, но ты уцелел бы, – такую катастрофу я не сочла бы особенно тяжкой. Ты был моей вселенной. Давать тебе понять это и говорить об этом было, пожалуй, неосторожно. Но меня это не тревожило. С тобой, бесценный мой, я не собиралась вести мудрую политику. Я не могла притворяться, быть осмотрительной. Я любила тебя.

   Я готова была на полное самоотречение и даже на рабство. Помимо тебя, ничто не существовало для меня в мире. Если бы какой нибудь катаклизм уничтожил вокруг нас всех, кого мы знали, но ты уцелел бы, – такую катастрофу я не сочла бы особенно тяжкой. Ты был моей вселенной. Давать тебе понять это и говорить об этом было, пожалуй, неосторожно. Но меня это не тревожило. С тобой, бесценный мой, я не собиралась вести мудрую политику. Я не могла притворяться, быть осмотрительной. Я любила тебя.
7. «

   Единственное, что может сделать любовь прекрасным чувством, – это верность, верность несмотря ни на что и до самой смерти.

   Единственное, что может сделать любовь прекрасным чувством, – это верность, верность несмотря ни на что и до самой смерти.
8. «

   Счастье – это передышка в смятении.

   Счастье – это передышка в смятении.
9. «

   Жить надо в настоящем. Главное – извлекать из каждого мгновения то, что в нем есть действенного.

   Жить надо в настоящем. Главное – извлекать из каждого мгновения то, что в нем есть действенного.
10. «

    Единственная истинная любовь, которая стоит того, чтобы ей посвятить Жизнь, заключается в полном взаимном доверии; она должна быть как хрусталь, в котором, сколько ни смотри, не увидишь ни единого пятнышка.

    Единственная истинная любовь, которая стоит того, чтобы ей посвятить Жизнь, заключается в полном взаимном доверии; она должна быть как хрусталь, в котором, сколько ни смотри, не увидишь ни единого пятнышка.
11. «

    Я начинал понимать некую истину – для меня совершенно новую – об отношениях, какие должны существовать между мужчинами и женщинами. Последние, думал я, крайне неустойчивы и всегда ищут твердого руководителя, который помог бы укорениться их блуждающим мыслям и желаниям; быть может, эта потребность обязывает мужчину стать своего рода непогрешимым компасом, незыблемой точкой опоры. Великой любви недостаточно, чтобы привязать к себе любимое существо, если не умеешь в то же время наполнять его жизнь все новыми и новыми радостями.

    Я начинал понимать некую истину – для меня совершенно новую – об отношениях, какие должны существовать между мужчинами и женщинами. Последние, думал я, крайне неустойчивы и всегда ищут твердого руководителя, который помог бы укорениться их блуждающим мыслям и желаниям; быть может, эта потребность обязывает мужчину стать своего рода непогрешимым компасом, незыблемой точкой опоры. Великой любви недостаточно, чтобы привязать к себе любимое существо, если не умеешь в то же время наполнять его жизнь все новыми и новыми радостями.

    — Филипп · книга
12. «

    Вы оцениваете меня в триста, а стою я не больше сорока, и это, Филипп, ужасно. Когда вы обнаружите свою оплошность, вам покажется, что я стою десять, а то и вовсе ничего не стою.

    Вы оцениваете меня в триста, а стою я не больше сорока, и это, Филипп, ужасно. Когда вы обнаружите свою оплошность, вам покажется, что я стою десять, а то и вовсе ничего не стою.
13. «

    ...разлука придает женщине величайшее могущество, что вдали от человека мы забываем его недостатки, его причуды, тогда мы обнаруживаем, как много ценного, необходимого он привносит в нашу жизнь, — чего мы не замечали только потому, что были слишком тесно связаны с ним. Это все равно, что соль — мы даже и не осознаем, что потребляем ее, но стоит только изъять ее из нашей пищи, и мы, несомненно, умрем.

    ...разлука придает женщине величайшее могущество, что вдали от человека мы забываем его недостатки, его причуды, тогда мы обнаруживаем, как много ценного, необходимого он привносит в нашу жизнь, — чего мы не замечали только потому, что были слишком тесно связаны с ним. Это все равно, что соль — мы даже и не осознаем, что потребляем ее, но стоит только изъять ее из нашей пищи, и мы, несомненно, умрем.
14. «

    Мы любим тех, кто таит в себе некую таинственную субстанцию, какой недостает нам самим и без которой мы не можем стать стойким химическим соединением.

    Мы любим тех, кто таит в себе некую таинственную субстанцию, какой недостает нам самим и без которой мы не можем стать стойким химическим соединением.
15. «

    Наша судьба часто зависит от какого-нибудь жеста, какого-нибудь слова: вначале достаточно сделать малейшее усилие, чтобы остановить ее, а позже уже приходит в движение гигантский механизм.

    Наша судьба часто зависит от какого-нибудь жеста, какого-нибудь слова: вначале достаточно сделать малейшее усилие, чтобы остановить ее, а позже уже приходит в движение гигантский механизм.
16. «

    Больше всего отчуждает людей друг от друга, пожалуй, то, что одни живут преимущественно в прошлом, а другие – только в настоящем мгновении.

    Больше всего отчуждает людей друг от друга, пожалуй, то, что одни живут преимущественно в прошлом, а другие – только в настоящем мгновении.
17. «

    Я называю снобами людей, которые притворно восхищаются тем, чего в действительности не любят и не понимают. Снобизм — это порок.

    Я называю снобами людей, которые притворно восхищаются тем, чего в действительности не любят и не понимают. Снобизм — это порок.
18. «

    Любовь лучше переносит разлуку и смерть, нежели сомнения и измену.

    Любовь лучше переносит разлуку и смерть, нежели сомнения и измену.

    — Филипп · книга
19. «

    Любовь, даже если она взаимна, страшная вещь.

    Любовь, даже если она взаимна, страшная вещь.
20. «

    Я не хотел ничего принимать всерьез; я подходил к идеям и к людям настороженно, старался всегда быть готовым к их утрате, чтобы меньше страдать, если и в самом деле лишусь их.

    Я не хотел ничего принимать всерьез; я подходил к идеям и к людям настороженно, старался всегда быть готовым к их утрате, чтобы меньше страдать, если и в самом деле лишусь их.

    — Филипп Марсен · книга