«Анна Борисова (писатель). Vremena goda»: 31 цитата

Ниже 31 цитата из книги «Анна Борисова (писатель). Vremena goda»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В счастливых семейных парах есть что-то неприличное. Им никто не нужен, они никого в свой мир не пускают.

   В счастливых семейных парах есть что-то неприличное. Им никто не нужен, они никого в свой мир не пускают.
2. «

   Не зря говорят: по-настоящему ценишь только то, что у тебя в любую минуту могут отобрать. Жизнь, просто жизнь — абсолютное счастье.

   Не зря говорят: по-настоящему ценишь только то, что у тебя в любую минуту могут отобрать. Жизнь, просто жизнь — абсолютное счастье.
3. «

   Восточная медицина, в отличие от западной, не придает большого значения дипломам. Сколько ею ни занимайся, остаешься вечным учеником.

   Восточная медицина, в отличие от западной, не придает большого значения дипломам. Сколько ею ни занимайся, остаешься вечным учеником.
4. «

   Переход на личности — это способ раздавить оппонента, но не опровергнуть его точку зрения. Притом способ нечестный. А нечестная победа хуже честного поражения.

   Переход на личности — это способ раздавить оппонента, но не опровергнуть его точку зрения. Притом способ нечестный. А нечестная победа хуже честного поражения.

   — Клим Звонарев · книга
5. «

   У счастья есть один большой минус, а у несчастья — один большой плюс: и первое, и второе когда-нибудь заканчиваются.

   У счастья есть один большой минус, а у несчастья — один большой плюс: и первое, и второе когда-нибудь заканчиваются.
6. «

   Дом — расширение твоего внутреннего пространства, вторая кожа с собственной системой дыхания.

   Дом — расширение твоего внутреннего пространства, вторая кожа с собственной системой дыхания.

   — Клим Звонарев · книга
7. «

   Счастье тем и отличается от зарплаты или прибыли, что его ничем не заслуживают. Оно — дар небесный.

   Счастье тем и отличается от зарплаты или прибыли, что его ничем не заслуживают. Оно — дар небесный.
8. «

   Человек — такое существо, что в одних обстоятельствах он может быть великаном, в других же — карликом.

   Человек — такое существо, что в одних обстоятельствах он может быть великаном, в других же — карликом.

   — Иван Иванович · книга
9. «

   Но делить жизнь можно лишь с тем единственным, кого любишь, а если такого существа у тебя нет и не будет, то лучше обходиться собственными ресурсами.

   Но делить жизнь можно лишь с тем единственным, кого любишь, а если такого существа у тебя нет и не будет, то лучше обходиться собственными ресурсами.
10. «

    Долгие истории лучше всего рассказывать и выслушивать во время долгой дороги.

    Долгие истории лучше всего рассказывать и выслушивать во время долгой дороги.

    — Иван Иванович · книга
11. «

    Главный признак правильно устроенного общества — если в нем старость не страшна и старики не вызывают жалости.

    Главный признак правильно устроенного общества — если в нем старость не страшна и старики не вызывают жалости.
12. «

    Не усложняй простое, не упрощай сложное.

    Не усложняй простое, не упрощай сложное.

    — Вероника Коробейщикова · книга
13. «

    Человек так устроен, что, если поместить его в психологически комфортную, абсолютно бесконфликтную среду, он начнёт генерировать стрессовые ситуации из-за ерунды.

    Человек так устроен, что, если поместить его в психологически комфортную, абсолютно бесконфликтную среду, он начнёт генерировать стрессовые ситуации из-за ерунды.
14. «

    Это закон выживания... Чем большего человек лишается, тем сильнее он должен становиться — у него просто нет иного выхода.

    Это закон выживания... Чем большего человек лишается, тем сильнее он должен становиться — у него просто нет иного выхода.
15. «

    Тратить деньги на брачное оперение, которое тебе никогда не понадобится, Вера считала глупостью. Одежде должна быть зимой — теплой, летом — легкой и любое время года удобной. Точка.

    Тратить деньги на брачное оперение, которое тебе никогда не понадобится, Вера считала глупостью. Одежде должна быть зимой — теплой, летом — легкой и любое время года удобной. Точка.

    — Вероника Коробейщикова · книга
16. «

    Знаете, что такое революция? Это когда сначала все бегают с горящими глазами, надевают красные банты и шумно радуются. Потом мир начинает разваливаться, всё быстрей, всё необратимей, и каждый новый день хуже предыдущего. Перестают мести дворы и улицы. Товары сначала дорожают, затем исчезают. Ночью на улицах кричат «Караул! Грабят!», но никто не свистит в свисток. Во время осенней стрельбы прямо перед нашим подъездом лежал мертвый человек, и целый день его не подбирали — боялись выйти.

    Знаете, что такое революция? Это когда сначала все бегают с горящими глазами, надевают красные банты и шумно радуются. Потом мир начинает разваливаться, всё быстрей, всё необратимей, и каждый новый день хуже предыдущего. Перестают мести дворы и улицы. Товары сначала дорожают, затем исчезают. Ночью на улицах кричат «Караул! Грабят!», но никто не свистит в свисток. Во время осенней стрельбы прямо перед нашим подъездом лежал мертвый человек, и целый день его не подбирали — боялись выйти.

    — Сашенька Казначеева · книга
17. «

    У него была собственная теория воспитания. Детей нужно дрессировать, как породистых щенят, для самостоятельной жизни — вот в чем главный долг отца и матери, а вовсе не в том, чтоб тешить родительские инстинкты.

    У него была собственная теория воспитания. Детей нужно дрессировать, как породистых щенят, для самостоятельной жизни — вот в чем главный долг отца и матери, а вовсе не в том, чтоб тешить родительские инстинкты.

    — Клим Звонарев · книга
18. «

    Никогда не понимала, как могут люди ностальгировать по своей молодости и умиляться ей. Вспоминая себя в том возрасте, я чаще всего чувствую досаду, а бывает, что и жгучий стыд. Такое ощущение, словно в тринадцать лет я — это еще не я, а десятая часть меня; в двадцать семь — максимум четвертинка. Даже пребывая в нынешнем беспомощном положении, я лучше и больше, чем была двадцать, сорок или, того паче, восемьдесят лет назад. Иначе, по-моему и не может быть. Чего стоит человек, если, двигаясь по жизни, он становится хуже, слабее, неинтересней?

    Никогда не понимала, как могут люди ностальгировать по своей молодости и умиляться ей. Вспоминая себя в том возрасте, я чаще всего чувствую досаду, а бывает, что и жгучий стыд. Такое ощущение, словно в тринадцать лет я — это еще не я, а десятая часть меня; в двадцать семь — максимум четвертинка. Даже пребывая в нынешнем беспомощном положении, я лучше и больше, чем была двадцать, сорок или, того паче, восемьдесят лет назад. Иначе, по-моему и не может быть. Чего стоит человек, если, двигаясь по жизни, он становится хуже, слабее, неинтересней?

    — Мадам · книга
19. «

    Самая ужасная мука — когда хочешь отдать самое дорогое, что у тебя есть — всё, что у тебя есть, а человеку это совсем не нужно.

    Самая ужасная мука — когда хочешь отдать самое дорогое, что у тебя есть — всё, что у тебя есть, а человеку это совсем не нужно.

    — Сашенька Казначеева · книга
20. «

    Удивительная манера смотреть на людей: сверху вниз, хоть сама на полголовы ниже.

    Удивительная манера смотреть на людей: сверху вниз, хоть сама на полголовы ниже.